Читать книгу - "Фантастика 2025-33 - Владимир Николаевич Малый"

поженились — я знаю. Мы здесь быстро получаем новости. Когда я убью Камаэля, Ормак взойдёт на трон, а его дети станут наследниками. Урдисабан получит новую династию.

— Не самую лучшую, надо сказать, — заметил Нармин.

— Я знаю, ты любишь нашу страну, — Сафир говорил сдержанно, но его руки сжались в кулаки, — и не допустишь этого!

— Что я могу сделать? — Армаок взглянул на него с удивлением. — Думаешь, Ормак подпустит меня к себе с оружием? И ещё телохранителей отправит погулять?

— Ты ассасин! — воскликнул Сафир.

Нармин расхохотался.

— Посмотри, где я! — проговорил он. — Вот, чего стоит моё умение!

— У тебя был слишком сильный противник, — заметил Сафир.

— Да, с твоим приятелем трудно тягаться, — согласился Нармин.

— Но до Ормака ты сможешь добраться!

Армаок задумался. Ему совсем не хотелось, чтобы Урдисабаном правил такой человек, как Джестра. Это означало бы расцвет коррупции, репрессий и вообще всяческого произвола.

— Допустим, — сказал он, наконец. — Но как быть с его детьми? Они ведь от Армиэль.

— Возможно, никаких детей не будет. Если ты поспешишь.

— Ты сам задерживаешь меня. Думаешь, мужу и жене много нужно времени, чтобы…

— Хватит! — перебил Сафир. — Не говори об этом! — он прошёлся по комнате. — Ладно, если родится наследник, пусть получит трон!

— Квай-Джестры завладеют Урдисабаном, — напомнил Нармин.

— Но только не Ормак! — Сафир остановился напротив него. Во взгляде у него плясали злобные огоньки. — Умоляю, убей его, если любишь Урдисабан!

Армаок поднялся на ноги.

— Измени своё решение, и ничего этого не будет, — сказал он. — Камаэль ещё долго сможет править.

— Нет! — Сафир отступил на шаг, качая головой. — Не могу! Кроме того, это лишь отсрочит неизбежное.

Они с Армаоком почти минуту смотрели друг другу в глаза. Первым нарушил молчание Нармин.

— Хорошо, — сказал он, протянув Сафиру руку. — Я обещаю: если у меня будет хоть малейшая возможность убить Ормака, я это сделаю.

Сафир схватил его ладонь и крепко сжал.

— Он не должен править! — прошептал он.

Нармин кивнул.

— А теперь давай, что принёс, — напомнил он.

Сафир нырнул в брешь и через несколько секунд вернулся с большим мотком верёвки и вещами, упакованными в узел.

— Я должен идти, — сказал он. — Справишься?

— Без твоего волшебства, вряд ли, — отозвался Армаок, бросив выразительный взгляд на решётку.

— А, да! — Сафир подошёл к окну и аккуратно отворил его, чтобы не делать лишнего шума.

В комнату ворвался холодный ветер и задул свечу. Стало темно. Нармин на ощупь принялся искать свечи и кресало. Тем временем Сафир бормотал что-то у окна. Затем раздался негромкий скрежет.

Армаок чувствовал, как в комнату врывается дождь: мелкие брызги попадали ему на лицо. Он торопливо шарил по комоду, но не мог найти того, что было нужно. Сафир, кажется, совершал какие-то движения — вероятно, магические пассы.

Когда Нармин, наконец, нашёл и зажёг свечу, оказалось, что решётка аккуратно вынута из стены и лежит справа от окна. Сафир с гордостью указал на свою работу.

— Браво! — прошептал Армаок.

Он был действительно впечатлён. В Урдисабане магия находилась под запретом, так что он не мог похвастать, что видел в жизни много чудес.

— Что-нибудь ещё? — спросил Сафир.

— Нет, дальше я справлюсь сам.

Сафир подошёл к Нармину и порывисто обнял его.

— Прощай! — сказал он с чувством.

— И ты, — отозвался Армаок.

— Удачи тебе, — с этими словами Сафир полез в брешь.

Нармин проводил его взглядом. Он понимал, почему Маград не стал дожидаться ответа: разве мог Армаок пожелать ему удачи?

В стене начали появляться удалённые ранее фрагменты. Постепенно она приобретала прежний вид, и через несколько минут уже никто не смог бы сказать, что совсем недавно в ней зияла дыра.

Нармин взял верёвку, подошёл к окну, выбросил один конец наружу и принялся аккуратно разматывать трос, следя за тем, чтобы тот не спутался. Когда с этим было покончено, он тщательно обвязал второй конец вокруг спинки кровати — благо, она была привинчена к полу. Затем выбросил из окна мешок с едой и вещами. Он не видел, как тот упал — было слишком высоко и темно. Но он должен лежать неподалёку, и его будет нетрудно отыскать. Теперь оставалось только выбраться самому.

Нармин сел на подоконник, взялся за верёвку, обмотал её один раз вокруг себя и слегка соскользнул вниз. Отталкиваясь ногами от стены, он принялся спускаться.

Дождь лил прямо в лицо, и очень скоро Армаок промок насквозь, но он знал, что этолишь первая неприятность, которая ждёт его на пути. Ему придётся долго бежать через лес, прежде чем он сможет обсушиться, согреться и поесть. Эл наверняка уже послал своих стражников убить его людей, и теперь вместо них Нармин может найти лишь трупы. Лошадей, конечно, забрали в башню, и добираться придётся пешком. По крайней мере, до тех пор, пока не встретится какое-нибудь поселение. А насколько помнил Армаок, в округе их было немного.

Словом, добраться до Урдисабана раньше Сафира возможности действительно не было. Что ж, оставалось только выполнить обещанное. И Армаок был полон решимости именно так и поступить.

Глава 91

Ящер сделал плавный вираж и завис напротив балкона одной из башен дома Джестров.

— Ты уверен? — тихо спросил Сафир, поглаживая его морщинистую шею.

Мануол укоризненно скосил на него жёлтый глаз с кошачьим зрачком. Мол, обижаешь! Что за дурацкий вопрос⁈

— Ладно-ладно! — проговорил Маград, отстёгиваясь от седла. — Подожди меня где-нибудь неподалёку. Смотри только, чтоб тебя не заметили.

Сафир спрыгнул на балкон и прислушался. Из-за двери не доносилось ни звука, и он осторожно толкнул одну из створок. Она подалась, и Сафир проскользнул в комнату.

Здесь было темно и душно, пахло духами и ароматическими маслами. С трудом можно было различить очертания громоздкой мебели: комода, трюмо, двух кресел, пуфа и огромной кровати с балдахином. Сафир замер на несколько секунд. Он никогда не был прежде в этой святая святых — спальне принцессы. Но Армиэль в комнате не было. Зато из-под ведущей в соседнюю комнату двери пробивалась тоненькая полоска света.

Сафир бесшумно подкрался к ней и приник ухом. До него донёсся негромкий разговор. Голоса были женские, и один из них