Читать книгу - "Фантастика 2026-46 - Галина Дмитриевна Гончарова"

сможет убить. Снова. Просто ради того, чтобы сытно есть и спать в тепле.

* * *

Пережитый катарсис[641] помог справится с душевными переживаниями, но взамен вогнал в странную апатию почти на две недели. Благо, денег на ночлежку и более-менее пристойное по трущобным меркам питание, хватало.

Местные Алекса особо не трогали – высокий по меркам девятнадцатого века рост и продемонстрированная решимость защищать своё имущество, подействовали. Хотя пожалуй, большую роль сыграло отсутствие денег… Попаданец на следующий день оплатил своё пребывание и питание в кабаке-ночлежке загодя, отдав заодно и запасные башмаки.

Свидетелей, видевших, как он выгребает мелочь по карманам, хватило – народ понял, что кроме старой одежды брать с него нечего. Нет, если бы он сунулся в глубь доков или ввязался в одну из азартных игр…

Десять дней Алекс только спал, ел, валялся целыми днями на нарах или сидел в кабаке, не заказывая выпивку. К трезвому образу жизни относились с пониманием, среди обитателей дна хватало запойных, не способных остановиться самостоятельно. За одного из таких запойных и принимали бывшего студента – вид у него соответствующий.

Однажды утром он как будто очнулся. Не сказать, что тело переполняла энергия и радость, но снова хотелось жить. Уже что-то.

Привычно почесавшись, Алекс впервые за много дней вышел на улицу. Под небольшим дощатым навесом стояла группа аборигенов, дымя табаком.

– Здоров, парни, – старательно имитируя немногословного кокни, сказал попаданец.

– Очухался? – Доброжелательно поприветствовал его Сэм, один из наиболее симпатичных завсегдатаев ночлежки, немолодой моряк, переживающий период между увольнением с одного судно и наймом на другое.

– Бормотуха, она такая, – поддержал разговор Фред, солидно дымивший старой обгрызенной трубкой пятнадцатилетний оборвыш, проигравшийся недавно в карты, – не токмо мозги вышибить может, но и всю душу вынет, зараза. Токмо и без неё никуда.

Сказав это глубокомысленное замечание, он смачно харкнул зеленоватой слюной, метя в проходившего неподалёку крысёныша. Попал, что выдало немалый опыт в подобных упражнениях.

Алекс кивнул, подтверждая догадки, и скривился от выглянувшего из облаков солнца.

– Да ты как вомпер, – засмеялся один из малознакомых моряков, – от солнца чуть не волдырями идёшь!

Постояли, посмеялись, переждали закончившийся наконец дождь и разошлись в поисках работы. Поиски предполагали обход местечек, где можно встретить брата-моряка.

Подобной работы в Британии предостаточно, но вот условия… Где-то капитан славится патологическим нежеланием отдавать заработанное, штрафуя за всякую мелочь, где-то излишне скор на кулачную расправу. Жалование, условия содержания… опытные моряки знали, на какие суда лучше не соваться.

Всякое бывало, особенно если брюхо подводит, но на многие суда нанимались только опустившиеся алкоголики, юнцы и те, кого вербовали ударом по голове или посыпанным зельем в выпивке.

Британские суда, наиболее многочисленные, пользовались самой дурной славой. А самой доброй – суда САСШ[642], где перебои с жалованием встречались ничуть не реже, чем на судах других стран, но условия содержания отличались самым положительным образом. По крайней мере, кормили там пусть и без изысков, но очень сытно, достаточно вкусно и по возможности свежими продуктами. Что ещё нужно неприхотливому моряку?

Россия же… сейчас у неё с Британией очередной период осложнений, так что русские суда встретить в британских портах можно нечасто. Навигационный акт[643] отменили несколько лет назад, но негласные препоны русскому торговому флоту англичанами постоянно выставлялись.

В настоящее время отношения России с Великобританией испортились из-за САСШ – британцы поддерживали южан, как производителей нужного им хлопка, а русские – северян с Линкольном. По мнению англичан, поддерживали скорее в пику британцам, не забыв Крымскую Кампанию. Поговаривали, что пару раз дело едва не дошло до морских баталий.

Пару раз Алексу предлагали помощь в устройстве на якобы нормальное судно, но у него напрочь отбило доверие к людям. Трущобы, а затем и работный дом, показали – их обитатели легко сдают даже своих, что уж там говорить о чужаках. Умом попаданец понимал, что такая паранойя, явление весьма нездоровое.

Среди местных встречаются и вполне порядочные люди, готовые пойти за друга на каторгу. Но проблема ещё и в том, что бывший студент просто не знал местных правил игры. Кому можно доверять и в каких случая, а кому нельзя в принципе… какие бывают исключения из правил, какие клятвы не нарушаются… Аборигены варились в этом с детства, но и то…

– К янки тебе надо, парень, – хрипловато сказал Фред, затянувшись со смаком, – я и сам туда намереваюсь податься – такие же англосаксы, приличные люди. Ну… пусть и разбавлены всякой швалью, вроде ирландцев и поляков, но всё равно – англосаксы у руля. В Нью-Йорк подамся, вот ищу судно попутное, чтоб не пассажиром идти.

– Нью-Йорк… хм… слыхал я о нём, – осторожно отозвался попаданец, – такие же трущобы.

– Знамо, что не мёд, – согласился парнишка, сплёвывая небрежно, – так оно везде так. Только вот в Лондоне ты хоть сдохни, а влезть повыше тебе не дадут – все эти лорды и сэры, якорь в жопы их мамашам… У янки попроще – ежели ты англосакс и протестант, то уже это… котируешься. Вот как мы с тобой.

Фред залихватски подмигнул приятелю и Алекс задумался. Податься в Штаты… а почему бы и нет? Ну то есть в Россию конечно получше – Родина и всё такое… Но как правильно Фред сказал Все эти лорды и сэры, тяжеловато в сословном обществе.

Чисто психологически даже – вроде как свои, расслабишься, душой отмякнешь… А тут на тебе – телесные наказания подлого сословия, которые только в начале двадцатого века отменят. Да необходимость быть не просто православным, а православным воцерковлённым[644] – чтоб церковь регулярно посещать, исповеди, статьи за богохульство…

В Штатах проще хотя бы потому, что там всё чужое, не будет тянуть расслабиться и обнажить душу. Ну и возможностей вроде как побольше… запатентовать там что-то из будущего… А через годик-другой можно будет и о России подумать, но уже на трезвую голову, сейчас-то ему это грёбаное попаданство на мозги сильно давит.

– А давай! – Согласился попаданец. Фред просиял, он не скрывал, что хочет подружиться с Алексом. Разница в возрасте невелика – Фреду пятнадцать, Алексею восемнадцать. С учётом куда как более впечатляющего жизненного опыта англичанина, работающего с восьми лет, какого-то старшинства в их тандеме не намечалось. Кузнецов уважал нового приятеля за жизненный опыт, Фред попаданца – за хорошее образование, прорывающееся даже в ночлежке.

Алекс сам не осознавал, какое впечатление производит он на местных, когда читает притащенную кем-то старую газету. Не водя пальцами по буковкам с напряжённым лицом, а выхватывая