Читать книгу - "Фантастика 2025-46 - Маркус Кас"

Богдан с братьями покинул поле боя, унося все ружья. Но Баск не спускал с меня глаз, помня о своей работе охранять меня. Отставая на шаг, он молча шел сзади с окровавленным клинком наготове. Любопытные жители Мехика потянулись на место боя: проходя мимо, кланялись, неизменно сопровождая поклон словами: — «Макс Са».

У моего дома стоял заслон в лице братьев Богдана: клинки их топоров были в высохшей крови. Демонстративно закинутое на плечи оружие внушало ужас прохожим, огибавшим группу здоровяков по максимальной дистанции.

— Где Богдан? — спросил одного из братьев. Они всё были так похожи друг на друга, что я постоянно путался в именах.

— В доме, разбирает и чистит ружья, — братья посторонились, освобождая проход.

Богдан чертыхался, сидя на каменном полу, перед ним лежали разложенные ружья. Гнев великана был понятен: с первого взгляда было ясно, что ружья пострадали. У двух ружей отсутствовали курки, ствол одного, вероятно, не выдержал удара копыта лошади: кольцо ствола разошлось, образовав щель по всей длине ствола.

— Это всё можно исправить, — успокоил вскочившего Богдана. — Теперь у нас есть образцы, будем их улучшать и производить сами. Думаю, что пора всерьез заняться огнестрельным оружием, время топоров и луков проходит.

— Надо сделать патроны, эти ружья долго заряжать, — прогудел Богдан. Выдержав паузу в несколько секунд, добавил: — Это была страшная резня. Я рад, что на твоей стороне, Макс Са!

Глава 10. Послевкусие победы

Командир немцев был без сознания: воины принесли его в мой дом и оставили под присмотром Наты, для охраны которой я оставлял Селида и Генда. Ната не была брюзгой и белоручкой: еще до моего прихода она промыла раны у пленного и перетянула их куском ткани. Поговорив с Богданом насчет трофейных ружей, — семь из них были в полном порядке, — перешел в комнату, где лежал немец.

Раненый был без сознания: пульс частил, скорее всего из-за кровопотери.

— У него ужасная рана на груди с правой стороны, — в полумраке не заметил Нату, сидевшую тихо. — Я промыла рану и перевязала его, но вряд ли он выживет, — грустно констатировала девушка.

— Если суждено — выживет, а если умрет — невелика потеря, он пришел к нам с войной. Ты как?

— Нормально, — Ната поднялась и, подойдя ко мне обвила меня руками, — я боялась за тебя, хоть и не верую ни в какие божества. Но просила Небо, чтобы оно пощадило своего Сына.

— Это уже попахивает шаманизмом и тотемизмом, — рассмеялся я, отвечая на поцелуй девушки. — Пожалуй, я тебя сделаю Верховной Жрицей Русов. Как только вернем себе Максель.

Ответить Ната не успела, потому что в комнату ворвался возбужденный Гуран:

— Великий Дух, благодарю тебя, — споткнувшись о тело немца на шкуре, Гуран еле удержал равновесие в полупоклоне. Его рука рванулась к кинжалу при виде немца, но я успел остудить пыл юнца:

— Успокойся, Гуран, этот раненый мне нужен живым. За что ты меня благодаришь?

Парню потребовалась почти минута, чтобы переключиться от раненого немца на мой вопрос.

— Борд сказал, что всех лошадей ты отдаешь мне, и надо собирать конный отряд.

— Да, это так. Нужно создать эффективную конницу, чтобы мы могли наносить молниеносные удары врагу. Сколько лошадей ты получил?

— Двенадцать, Макс Са, еще четыре ранены сильно. Несколько лошадей убиты.

— Раненых животных зарежьте и отдайте воинам, пусть отпразднуют победу. А своих будущих воинов отбери сам, пусть это будут лучшие. У тебя сейчас около двадцати всадников, будет тридцать. Как сможем довести конницу до ста, это будет очень мощная сила.

— Лошадей мало, — приуныл Гуран после моих слов.

— Тогда мы их добудем у врага, не забыл, что мы собирались нанести им удар на их землях?

Просияв, Гуран снова попробовал поклониться, но, увидев раненого, спросил:

— Зачем тебе этот человек? От него пахнет смертью.

— Хочу его допросить, а может, и перетянуть на нашу сторону. Если у тебя всё, Гуран, тогда займись подбором себе всадников.

Торопливо попрощавшись, сияющий командир кавалерии покинул нас. Встретившись со мной взглядом, Ната рассмеялась:

— Ему надо жениться, пока он не натворил бед: слишком активный мальчишка.

— Женится, как перебесится. Мне нужна горячая вода и чистая ткань. Хочу осмотреть его рану, пока в сознание не пришел. И, кстати, где Зира, я обещал ей свободу.

— Я ее поставила работать, надо было отмыть комнаты. Сейчас она задний дворик подметает, — в глазах Наты играли смешинки.

— Может убираться из Мехика, как закончит. Неси воду и чистую ткань.

Повязку Нату наложила умело: аккуратно сняв повязку, прилипнуть к ране она не успела, осмотрел немца. На уровне первого ребра по среднеключичной линии зияло отверстие. Плевра была пробита, а вот легкое, судя по картине, осталось не задетым. Поднеся ухо к ране, не почувствовал ни дуновения, ни хрипов, характерных для пневмоторакса. Немцу повезло, хотя была задета правая ветвь внутренней грудной артерии. Именно этим обуславливалось тяжелое состояние раненого — большой кровопотерей. С другой стороны, ветвь артерии имеет хорошо развитую сеть коллатералей. При должном уходе немец имел всё шансы на выздоровление и сохранение физической активности.

Послав Бакса за ячменкой для санации раны, а Нату — за иглой и парой волос из лошадиного хвоста, посмотрел на раненого, смутно представляя себе, к чему столько усилий, чтобы спасти его. В голове формировался план по использованию немца как троянского коня в стане врага, но успех этого зависел от многих переменных. Захочет ли немец сотрудничать? Можно ли ему будет доверять? Как сильно промыты его мозги ненавистью к другим народам и племенам? На всё эти вопросы у меня не было ответа, была клятва Гиппократа и чисто человеческое сострадание.

Закончив сшивать края раны, промокнул свой некрасивый П-образный шов ячменкой, прежде чем наложить повязку. Теперь выздоровление немца зависело от резервов его организма, хотя, на мой взгляд, он потерял около трех литров крови.

Немец по-прежнему пребывал без сознания, иначе и не могло быть при геморрагическом шоке тяжелой степени. О нем можно было забыть на пару дней, больше для него я не ничего не мог сделать. Всё будет зависеть от резервов его организма.

Следовало проверить, как выполняются мои поручения насчет уборки трупов и очистки площади. Перед входом в мою резиденцию успела собраться вся моя гвардия. Многие красовались с трофейным оружием: Шрам