Читать книгу - "Фантастика 2025-40 - Ольга Ярошинская"

все присутствующие здесь, твои существа, начали ломать пирамиду. Стены, перегородки… В общем, должны наносить максимальные повреждения объекту.

— Хм… — нахмурился хозяин. — Ты думаешь, это хорошая мысль?

— Это, я тебе скажу больше… это единственная мысль, которая у меня есть, — я достал меч Создателя и потыкал в пол, который был непробиваемый. — Если она не сработает, то весь наш план накроется медным тазом.

— Ясно, — сказал Хозяин. — Прикройте уши.

Я прикрыл. Хозяин не нашёл ничего лучшего, чем громко заорать, отдавая приказ на своём гоблинском. Я реально чуть не оглох. Но тут же раздались весёлые гоблинские крики. Я услышал грохот, стук, треск и прочие звуки, обычно сопровождающие весёлый демонтаж здания. Про себя я успел подумать, что как бы гоблины не перестарались и не обрушили пирамиду себе на голову. Но, с другой стороны, это ж гоблины, не огры. Так быстро и качественно ломать они не могут. В общем, я достал меч и упёр остриё в пол. Нажал. Всё ещё ничего. Но мне показалось, что пол немножко прогнулся, как будто резиновый.

— Жгите! — кивнул я Хозяину.

Тот тоже подумал и без разговоров долбанул голым кулаком в стену, пробив её насквозь.

— А прикольно! — раздалась гоблинская морда в широкой улыбке…

— Рад, что тебе нравится. Жги! — кивнул я.

Хозяин начал «жечь», пробивая одну за другой перегородки.

Когда присоединился он, дело пошло веселее, и буквально через пару часов меч с хрустом разрезал поверхность, обнажив внутренности, куда тут же проскользнула Ворчунья.

Ещё несколько минут, и она выскочила наружу. Полностью целая и вполне себе симпатичная.

— Ну как я тебе? — крутанулась вокруг оси амазонка. — Могу вот так одеться.

В мгновение ока на ней оказались белые чулочки, коротенькая юбочка и короткий клетчатый топик, завязанный прямо под немаленькой грудью. И когда я говорю, что топик маленький, он был действительно маленький. Он едва прикрывал соски.

— Так лучше? — уточнила Система.

— Если ты немедленно не вернёшь нормальную форму и когда-нибудь покажешься в таком виде, то я уверен, что Лира тебя развоплотит.

— Меня нельзя развоплотить, я уже взрослая Система. И самостоятельная, — надула губки девушка и откуда-то достала большой розовый леденец, засунув его за щёку.

— Так, блин… Ну-ка живо вернула старую форму!

— Ну с тобой неинтересно, — надулась Ворчунья, но вернулась в свой образ бронированной амазонки.

— И да, всё, что ты сказала, что ты взрослая, независимая — всё это похрен против ревнивой эльфийки. Уверен, она найдёт способ, как с тобой справиться.

— Это да, — моим жестом почесала затылок Ворчунья. — Лира может.

— Вот! — внезапно я понял, что демонтаж вокруг продолжается. — Эй, Хозяин, хорош! Мы закончили.

— Да я только во вкус вошёл, — огорчился рядом с нами большой гоблин.

— Клетка готова? — спросил я.

— Да, сейчас будет, — Хозяин хлопнул в ладоши, и мелкие гоблины притащили большую клетку, сделанную из остатков плоти Создателя.

Я ещё не знал про его свойства, но чуйка у меня работала уже тогда. Я, в принципе, понял, что если из этого материала делаются самые лучшие доспехи, значит, и клетка должна быть самая прочная, которая не выпустит Тузика в момент нашей драки. И я оказался прав.

— Полетели в подземелье. Отдыхаем и отправляемся на битву.

Сказано — сделано.

Вот только отдохнуть мне особо не пришлось. Лира внезапно проявила повышенную активность. На мой вопрос, неужели она думает, что мы не затащим и погибнем, она меня проигнорировала, просто сказав, что заряд бодрости от секса перед боем превосходит все остальные баффы вместе взятые. Ну, учитывая, что она была ещё и лекарем, в её словах была доля правды.

Что было приятно, что мои вывихнутые конечности в момент изображения очередной позы из этой долбаной эльфийской Камасутры она тут же вставляла на место.

Ещё половину утра я потратил на то, чтобы успокоить скулящего Тузика, который безропотно зашёл в клетку. Но когда я закрыл дверь и начал от него уходить, он начал жалобно скулить и проситься со мной. Пришлось с ним поговорить, сказать, что оставляю его ненадолго и что Марта за ним присмотрит.

Марта была не очень радостная. Но она и в принципе была не очень радостная, учитывая, куда мы шли и чем мог закончиться наш поход. Но, здраво размышляя, что чем просто сидеть и ждать смерти, она лучше посидит и покормит моего пёсика, принеся кучу вкусняшек.

Ну и в итоге наша команда из сорока человек выступила к Грёзам Мировинга.

— Давай, Белатрисс, разгоняй всех нахрен! — кивнул я гоблинше.

Она заскочила внутрь. Один за другим наружу начали вылетать другие существа нашего мира. Сегодня Белатрисс не стеснялась и реально выкидывала всех пинком под зад.

На какое-то время поток существ прекратился. А затем появилась удивлённая Белатрисс.

— Не могу найти одного.

— В смысле? — сказал я.

— Да всё перерыла, одно место занято и найти не могу.

— Вот как… давайте мы посмотрим.

Потратили мы ещё битый час, обойдя все подземелья, но кроме боссов реально никого не было. Но Система уверенно показывала плюс один к находящемуся у нас количеству. И что делать с этим, я понятия не имел.

— Твою мать! — я смотрел на таймер. — Времени нету! — выскочив наверх, сказал Мирелле и Роману: — Одного из рейд-группы придётся оставить. Выбирайте кого.

— Дай пять минут, — сказали бывшие главы кланов.

Собрали своих, переговорили, и ровно через пять минут, перестроив тактику, сказали, что они готовы. Ну и мы зашли. Тридцать девять разумных существ, чтобы противостоять сильнейшему монстру этого мира.

Мы шли мимо боссов, и каждый, кто как мог, нас подбадривал. Ариэль пела песню. Альф распихал нам в карманы только что приготовленные зелья. Все пытались быть полезными, кроме Хирона, который стоял угрюмый с пустыми руками, скрещёнными на груди, и неодобрительно смотрел на Лиру, которая лучезарно ему улыбнулась, помахав его копьём.

Ну а потом мы прошли внутрь и рассредоточились вокруг капсулы, по заранее оговорённому плану.

Секунды шли одна за другой, и наконец они обнулились. С шипением трубки отлетели. Саркофаг медленно открылся, и из клубов пара раздалось недовольное:

— Ну, деби-и-илы…

Секунда, и, показательно кряхтя, из капсулы вылез обычный мужчина средних лет — крепкий, поджарый, но ничего особенного. Ах да, ещё абсолютно голый. С презрительным выражением