Читать книгу - "Колесо в заброшенном парке - Борис Тараканов"

— Куда ты денешься, — ласково пропела она наконец.

«Интересно, — подумал Бурик, — как повел бы себя Добрыня на моем месте?»

— Я… я сам в вас эту иголку воткну, если только еще сунетесь!

«Кажется, знаю…» — продолжал думать Бурик.

— Ха! Ты будешь воевать с женщиной?

— А вы не женщина! — выпалил Антонио. Казалось, эта мысль давно уже пришла ему в голову, а не родилась только что, в этой неожиданной перепалке. — Вы — ведьма!

«Стоит попробовать… Именно как Добрыня. Только есть маленькая проблема — он смелый, а я… законченный трус. Добрыня, помоги мне!!..»

Лоредана молча подошла к двери, открыла ее радиокарточкой.

— Раз так, сидеть тебе здесь еще неделю. Пока в моей власти продлевать твой карантин, я буду его продлевать. И запомни, мой мальчик, следующая процедура будет еще болезненнее. Эту «ведьму» ты у меня отработаешь сполна, обещаю тебе!

Дверь с легким щелчком закрылась, прозвучал сигнал запирающего устройства.

Бурик откинул покрывало и вылез из-под кровати.

Антонио сидел на металлическом кресле бледный, понурый, совершенно потерянный. Бурик расправил штаны и еще раз посмотрел на нового знакомого.

— А ну, слезай!

— Что? — не понял Антонио.

— Слезай, говорю!

Прозвучало ну просто совершенно по-добрынински.

Антонио послушно спрыгнул на пол. Бурик схватил стоящий рядом медицинский табурет за металлические ножки, примерился и изо всех сил опустил его на стоящий перед ним аппарат. Посыпались осколки и какие-то детали — пластиковые, металлические, стеклянные… Что-то заискрилось, появился небольшой, но едкий дымок.

— Что ты делаешь?! — в ужасе спросил Антонио.

— Я? Это я так удивляюсь, — ответил Бурик, нанося аппарату очередной сокрушительный удар.

— Чему?!

— Тому, что ты, придурок, не сделал этого раньше!

С этими словами он запустил в стену большой круглой банкой, напоминающей капельницу. Красноватая жидкость образовала на стене обширную кляксу. Бурик полюбовался ее очертаниями.

— Хм… На бегемота похожа.

— Ага… Очень… — сомнамбулически согласился Антонио.

Бурик перевел взгляд на останки аппарата и двинул табуреткой по большому жидкокристаллическому монитору. Во все стороны брызнула вязкая сероватая жидкость. «Наверное, жидкие кристаллы», — подумал Бурик, не переставая громить монитор.

— Ну вот, теперь порядок, — сказал он, садясь на кровать и утирая пот со лба. — А ты: «Я вам иго-олку воткну… не да-амся…»

Антонио удивленно глядел то на Бурика, то на поверженный стабилизатор.

— Ты знаешь… — сказал он. — Я никогда-никогда бы так не сделал.

— Испугался бы?

Антонио в задумчивости наклонил голову.

— Наверное… Но не в этом дело. Я просто не догадался бы, что его можно… вот так… — он сделал рукой характерный жест.

Внезапно внимание Бурика привлекло какое-то движение в левом верхнем углу комнаты. Приглядевшись, он увидел небольшую телекамеру, которая, бликуя наглым зрачком, неспешно поворачивалась в их сторону.

— Бли-ин! — сообщил Бурик по-русски, и через мгновение табурет полетел в угол, разнося камеру вдребезги. — Одевайся, пошли отсюда!

— Ку… куда? — промямлил Антонио.

— Да хоть куда! Нечего здесь торчать.

Антонио быстро надел цветастую пижаму — другой одежды в комнате не нашлось.

— Пошли! — нетерпеливо сказал Бурик.

— А… разве можно?

— Нет, конечно.

Он взял Антонио за руку и решительно повел к двери. Карточка скользнула по считывающему устройству, раздался негромкий гудок. Бурик толкнул дверь, и та послушно отворилась.

— А нам не попадет? — поинтересовался Антонио, наконец-то обретя полноценный дар речи.

— Не знаю, — Бурик пожал плечами. — Но хуже, наверное, уже не будет…

Его прервал звук сигнала тревоги — не очень громкий, но отчетливый, равномерно заливающий все помещение.

— Бежим! — скомандовал Бурик, хватая охнувшего Антонио за руку.

По толстому ковру бежалось легко. Коридор резко свернул влево, потом сразу вправо. Было видно, что впереди, метров через сто, он вновь делает поворот — очевидно, здание в этой зоне замыкалось в кольцо. Или в спираль? Ведь коридор, кажется, шел под уклон. Да, он изменял очертания! При каждом шаге! Бурик уже порядком запыхался. Антонио не отставал, но бежал, как загипнотизированный.

«Странно, — думал Бурик. — В этих коридорах совсем нет дверей». Однако дверь тут же показалась — впереди. Она преграждала путь. Коричневая, обитая дерматином с повылезавшей кое-где ватой. Свет ламп тускло отражался от фигурных шляпок гвоздей по периметру. «Совсем как дверь добрыниной квартиры», — подумал Бурик и вдруг почувствовал, как на него наваливается странная дремота… да-да, совсем такая, как была тогда, в тот день, как он проснулся на рассвете, сел на одну из первых электричек, доехал до Колеса, и…

— Мы пришли? — раздался сзади голос Антонио. Он все еще продолжал держать Бурика за руку. Некрепко, доверчиво — словно младший братик…

Бурик, что есть силы тряхнул головой. Сонливость почти отошла.

— Не знаю, — ответил он Антонио. — Сейчас проверим.

«Так ведь это же добрынина дверь! — думал Бурик. — Ведь если очень захотеть, значит можно сразу оказаться у него дома. Так же, как я оказался здесь. Надо только очень-очень захотеть. Ну же, Добрыня! Помоги мне!!!» Секунды застывали и падали. Пространство вокруг двери медленно колыхнулось, сквозь него явно проступили стены холла, выкрашенные зеленой краской, шкафчик пожарного крана справа от двери…

Бурик весь напрягся и взялся за ручку (когда-то она нажималась вниз, но сейчас была безнадежно сломана). Потянул на себя. Дверь бесшумно приоткрылась. Бурик вдохнул запах добрыниной квартиры и резко открыл дверь.

…Перед ним стоял Магистр. За его спиной таяли и исчезали очертания кухни и двери в добрынину комнату. Печально мигнул и исчез надтреснутый светильник в прихожей.

Бурику вновь стало тепло и спокойно. За себя. Но не за Антонио, стоящего за спиной.

Магистр смотрел с упреком, но чуть улыбаясь. Бурик попытался успокоить дыхание.

— Что вам… от него… надо?

— Браво, молодой человек, — ответил Магистр. — Ваш фейерверк со стабилизатором и камерой слежения меня позабавил. Но ваше умение искривлять пространство застало врасплох. Еще немного, и вы действительно оказались бы в квартире вашего друга. Хорошо, что мои специалисты вовремя усилили пространственную блокаду. Видите, я с вами полностью откровенен…