Читать книгу - "Фантастика 2025-184 - Олег Александрович Волков"

«Астеры» на эту тему. Олечка в изнеможении закатывала глаза и устало говорила: «Все, что может идти паршиво, скорее всего, так и пойдет». Кто бы мог подумать, что еще совсем недавно я была близка к тому, чтобы полюбить Артура. Любить его, быть им любимой… Это казалось мне огромной радостью.

А Гаррет угрюмо продолжал:

— Тебя должны были убить, а…

Надо прекращать эту «исповедь».

— Знаю… Нанятые тобой бандиты не оправдали надежд. Как видишь, я жива. — Про себя подумала: «А вот ты неизвестно! Если очень скоро не вмешается Артур, ты почти покойник».

Меня ко всему дискомфорту стало раздражать его желание очернить брата. От этого моя логика ожила и вернулась ко мне, и я вспомнила, что не имею права ни надеяться, ни обижаться на графа Инсбрука.

— Я рада, что Артур не один. — Я чуть было не вставила «останется».

— Она сейчас в Италии, — прошептал Дрейк, звякнув цепями.

— Счастливица! Я всегда мечтала туда попасть.

На меня накатила тоска. После этих долгих часов в подвале, неотступно преследуемая тревогой за неопределенное будущее, я ощущала себя усталой и совершенно выдохшейся, словно спущенный воздушный шарик. Задание осложнилось и пошло совсем не так, как мы планировали его в институте.

Гаррет в это время что-то говорил о том, как повезло Артуру, и что его любят просто так, со всеми недостатками, и прочий бред…

Наработанной кривой из системы вариантов динамика наших отношений с графом привычно появилась в мозгу: от «почти люблю» до «бросила и не обернулась посмотреть». Я так и видела этот зигзаг «вверх-вниз». Он стоял перед глазами. И что мне делать? Вижу только один выход — не давать своим ожиданиям возноситься высоко, сгладив, в конце концов, линию отношений до нуля.

Тут-то и заключается главная загвоздка!

Он мужчина, а с этой частью человечества я умела легко общаться только на рабочие темы. И по тем же параметрам объективно судить… Но, как показывают последние события, беспристрастность суждений в общении с мужчинами, видимо, не является моей сильной стороной. Нет, не срабатывает это только с Артуром, с остальными мне почему-то все понятно.

Я тяжело вздохнула. Спина совсем окоченела. Когда это кончится?! Мои размышления прервал хриплый голос кузена:

— Джулиана, почти утро… Скоро сюда придут.

На самом деле скоро за дверью раздались тяжелые шаги. Я, как было задумано, успела лечь подальше от Гаррета.

Артур

Ледяные струи проливного дождя обрушились на меня, едва я открыл дверь и вышел на улицу. Пригнувшись под порывом ветра, бегом направился к каретному сараю, чтобы забрать вороного.

Сначала к графине! Быстро оседлав коня, не дожидаясь конюхов, я рванул в темноту…

Дорогу не помню. Все было как во сне, я несся во весь опор по опустевшим улицам к дому Торнхиллов. Начиналась настоящая гроза. Вспышка молнии высветила ряд домов. Вот и владения графини.

Слетев с коня, я привязал его под дождем у дома, быстро поднялся по ступеням и влетел в открытую дверь. Рольф поприветствовал меня кивком и отвел глаза в сторону.

Часы, стоявшие на изящном мраморном камине, коротким серебряным звоном отметили половину десятого. В гостиной появилась заплаканная служанка, она аккуратно кочергой поправила дрова в камине. Как ее зовут? Бетти или Летти?

— Милая, ты можешь рассказать, что тут произошло? — как терпеливый доктор, спросил я, опасаясь ее истерики.

Девушка, закончив возиться в камине, повернулась ко мне и, словно хозяйка, сказала:

— Садитесь, лорд Артур, мы с Рольфом сейчас все расскажем.

Я, сдерживая раздражение, сел. Вокруг плаща по золотой парче дивана медленно расползалось мокрое пятно. В комнате было жарко — скоро от моей одежды повалит пар.

Рольф принес поднос с рюмочкой арманьяка. Я выпил и вмиг согрелся.

— Я слушаю…

— Бетти сейчас все принесет… — Рольф взял рюмку и поставил ее на поднос.

Дворецкий был задавлен чувством вины, которое можно было пощупать руками. В чем дело? Не уберег? Или еще что? Я подозрительно разглядывал странного слугу, но тот впал в тяжелые раздумья и не замечал моих подозрительных взглядов. Отвернувшись, я предложил:

— Вы начните, а позже я выслушаю Бетти и остальных… Кстати, где графиня?

С меня уже натекла громадная лужа на толстые персидские ковры. Все молчали, в комнате было слышно, как часы отмеряют мое терпение. Боже, дай мне сил вынести это все!

Рольф наконец заговорил:

— Сегодня вечером после всех дел по подготовке к свадьбе мисс Дункан вылетела на улицу, размахивая подсвечником. Мимо несся всадник на пегом коне. Двое бродяг подскочили к ней и помогли джентльмену посадить Джулиану к нему на коня. Она не сопротивлялась… Вот и все.

Я молчал. Рольф подумал и добавил:

— Но все оказалось не так просто… Это и добило графиню. Когда мы ворвались в комнату мисс Джил, у нее на столе-пюпитре для писем обнаружили подписанные завещания. То есть она готовилась… к ночному отъезду. Поэтому все решили, что она сбежала с тем… кто ее увез…

— Еще бы! — ядовито сказал я, еле выдержав все запинки дворецкого. — Она же назавтра покидала дом бабушки! Конечно, она готовилась к отъезду! Жена должна жить у мужа!

Рольф буквально воспрял.

— И правда, а мы подумали… — Его глаза буквально засверкали от радости.

А вот мне так и не стало легче.

— Кто видел, как ее похищали?

— Я и Бетти… Графиня, когда прочла завещания мисс Джил, потеряла сознание. Доктор Джемирсон дал ей лауданум.

— Значит, она спит, — равнодушно констатировал я. — А что точно ты видел?

— Двух бандитов… Всадника, закутанного в шейный платок до глаз, на пегом коне… и все…

— А Бетти что видела?

— Что возмущенная хозяйка неслась вниз по лестнице. А на улице закричала: «Полиция!»

Появилась заплаканная Бетти. Одной рукой она аккуратно прикрыла дверь, в другой держала стопку листов, исписанных ровным дамским почерком. Вручив их мне, служанка вновь расплакалась, прижав белоснежный передник к глазам.

Пробежав глазами распоряжения моей невесты о щедрых пожертвованиях слугам, я встал и успокоил расстроенных слуг:

— Я вам со всей ответственностью заявляю, мисс Джил похитили против воли. Я даже знаю кто… А завещания она написала, потому что у нас завтра свадьба! Ей в любом случае придется уходить из этого дома.

— Ох… Милорд, я так рада, что вы любите Джил! — Бетти, забыв о слезах, тут же смущенно хихикнула, завернув руки в передник.

— Да, истинная правда! — выдохнул я. — Люблю безумно. Мое почтение графине!

Я распрощался и вышел.

Буря, разразившаяся с новой силой, как только я покинул дом Торнхиллов, выказала весь свой воинский арсенал. Проливной дождь снизил видимость до одного шага, но