Читать книгу - "Фантастика 2026-134 - Мария Заболотская"

писем, ни весточек. Полное молчание. Я понимала, что он занят восстановлением королевства, приведением в порядок всего того хаоса, что оставила после себя ложная реальность. Моя гордость не позволяла мне написать первой, а его, видимо, позволяла ему молчать. Или он просто забыл, кто я такая, посреди всей этой королевской суматохи? Иногда я сомневалась, но потом гнала эти мысли прочь. Он обещал вернуться. И я ждала. Где-то глубоко внутри, под слоями привычной циничности, я ждала. Но не писала, ибо знала, что, если придет ответ, я не удержусь и сорвусь в Ратан. А этого нельзя было допустить. Моя миссия по восстановлению магического фона в обоих королевствах теперь была важнее меня, важнее нас с кронпринцем. От этого зависело благополучие двух держав. Я не могла все бросить. Артефакт доверили мне, и он отлично работал в моем Логове, распространяя свое влияние там, где находилась я. Поэтому три дня в неделю я проводила в Лесовичке, а четыре в Шангесе. Так и появился рабочий график. Иногда, в сезонные обострения, Зарза оставался в Парноне и работал за меня с легкими случаями, пока я вынужденно оставалась в Зирее.

Однажды, когда я готовила очередную порцию зелья от сглаза, дверь лавки тихонько скрипнула.

– Славненько пахнет, – раздался за моей спиной знакомый, но чуточку изменившийся голос. – Надеюсь, это не для меня?

Я обернулась. На пороге стоял Дин. Тот самый Дин, мой бывший спутник в безумном путешествии по фальшивой реальности. Он выглядел старше, мужественнее, но все равно оставался тем же амбициозным мальчишкой, который верил в великую миссию. В руке он держал небольшой мешочек.

– Дин! – я широко улыбнулась. Я была так рада его видеть! – Что ты здесь делаешь? И что за вид у тебя? Ты выглядишь так, будто месяц спал на камнях.

Он не узнал меня. Его взгляд был вежливым, но совершенно не понимающим. В нем не было и тени того искреннего восхищения, которое он испытывал к Истине ранее.

– Извините, сиятельная ведьма, – он слегка поклонился. – Я заблудился. Ну, то есть, путешествовал. И ногу натер. Нужна мазь от мозолей. А вот… Этот мешочек, – он потряс им, – это плата. За ваши… Э-э-эм… Труды.

Я почувствовала укол грусти. Линар хорошо поработал. Стер меня из его памяти начисто и все наши приключения. От этого было не по себе, но я понимала, что так необходимо.

– Мазь от мозолей? Конечно, есть. – Я подошла к полке, доставая нужную склянку. – И для путников, потерявших память, у меня тоже кое-что найдется. Судя по тому, что ты заблудился на центральной площади, она тебе точно не повредит.

Дин слегка покраснел.

– Я… Я не терял память. Просто долгий путь. Ну так что, мазь?

Я протянула ему склянку, взяв мешочек. Внутри было несколько небольших, но явно ценных реликвий. Зирейские сокровища. Линар не солгал.

– Вот. Пользоваться два раза в день. А если вдруг вспомнишь что-то странное, заходи. У меня и для таких случаев есть кое-что.

Дин благодарно кивнул, взял мазь и быстро ретировался, не задавая лишних вопросов. Я смотрела ему вслед, чувствуя одновременно печаль и облегчение. Он был счастлив в своей новой, простой жизни. И это было главное.

Через некоторое время, когда я уже почти привыкла к размеренной жизни ведьмы, в лавку зачастил ещё один посетитель. Им оказался барон Армин, местный аристократ, приближенный к короне Шангеса. Он был видным мужчиной, хотя и несколько самодовольным, и обладал достаточно внушительным состоянием. Сначала он приходил под предлогом купить амулет от сглаза или отворотное зелье для какой-то дамы, но очень быстро его визиты стали носить исключительно личный характер.

Зарза, разумеется, был в восторге.

– Нея! Смотри, какой видный кавалер! И деньги есть! Может, хватит уже играть в недотрогу? – шептал он мне, когда барон Армин в очередной раз покидал лавку, осыпав меня комплиментами.

– Зарза, заткнись, – рычала я в ответ. – Мне нужны не деньги, а покой. А он слишком настойчив.

Но барон не сдавался. Он присылал мне цветы, сладости, редкие книги. И всегда, когда я его отваживала, он лишь улыбался и говорил, что настоящая красота требует настойчивости. Шарп, видя эти ухаживания, лишь хмыкал.

– Ну, Нея, он из высшей аристократии. Скучно, конечно, но стабильно. Ты подумай.

Даже Росинья в пекарне стала спрашивать:

– Ну что, Нея, свадьба скоро? Барон Армин такой завидный жених!

И вот, одним прекрасным днем, барон Армин пришел не с цветами, а с небольшим бархатным футляром. Он был одет в свой лучший камзол, его волосы были тщательно уложены, а лицо сияло от волнения.

– Госпожа Нея, – он опустился на одно колено прямо посреди моей лавки, игнорируя недовольное ворчание Зарзы, который как раз мыл котел. – Я пришел к вам с самым серьезным намерением. Я, барон Армин Лаврийский, прошу вашей руки и сердца. Вы сделаете меня самым счастливым человеком в Шангесе? – он говорил так уверенно, будто у него даже мысли не возникало, что я могла ответить отказом. Надо же, какой самоуверенный.

Конечно, барон был красивым, статным и породистым. Умел ухаживать и предлагал достаток и уважение. Вот только вряд ли он вынесет мой характер. Этот мужчина просто нарисовал себе образ сильной ведьмы, которую уважает весь Шангес, ирешил прибрать к рукам это сокровище. Еще одна ценная вещь в его коллекцию. А я на такое не подписывалась. Денег мне хватало, жилось не скучно и не одиноко. И к тому же, у меня уже была на примете рыбка по крупнее, и этого мужчину я искренне любила.

Я глубоко вздохнула. Предложение было неожиданным. И в то же время, вполне предсказуемым.

– Барон Армин, – я посмотрела на него. – Я ценю вашу настойчивость и ваше предложение. Но я должна вам отказать. Мое сердце занято. И моя жизнь… Она слишком необычна для размеренного брака, который принят в высших кругах.

Лицо барона вытянулось. Он явно решил, что отказ ему послышался. Тогда я повторила и еще раз все доходчиво объянила. Не то, чтобы это помогло, но… Вежливость.

– Но… Но почему? Я могу дать вам все! Статус, богатство, защиту!

– У меня все это уже есть, барон, – я улыбнулась, стараясь быть максимально терпеливой. – И даже больше. Прошу прощения.

Барон Армин поднялся, его лицо было красным от смущения и гнева. Еще бы, ведь он даже не закрыл за собой