Читать книгу - "Фантастика 2024-78 - Андрей Коткин"

никогда не видел живую химеру. Болт в одиночку пытался отстреливаться, то ли автомат заклинило, то ли он решил, что хватит и дробовика, но стрелял он именно из второго, мешкая слишком долго, чтобы перезарядить. Химера замахнулась лапой, ударила наотмашь, Болт отлетел к стене, все еще пытаясь совладать с дробовиком, я вытащил пистолет и, уже расстрелял пол-обоймы. Без толку! Химера даже не развернулась в мою сторону, я схватил какой-то стул, и шарахнул огромную кошку, что было силы, в дверном проеме показался Фел, дал очередь из калаша, химера рыкнула на него, но не повернулась. Фонтанчики темной крови вспыхивали на ее лоснящейся шкуре, и почти тотчас раны затягивались. Она прыгнула на Болта, одно движение челюстей и все было кончено. На помощь к Феликсу пришел Алик они изрешетили тварь, и она с рыком выскочила в окно, но не удержалась, рухнув с огромной высоты. Раздался протяжный вопль на грани человеческого. Химера была мертва, так же как и Болт. Она выбрала его. Черт, почему я сразу не понял. Я зачем-то пытался запустить регенерационный артефакты, остановить кровь из разорванной сонной артерии. Мне казалось, что он еще дышит, а Алик и Феликс стояли, боясь приблизиться.

Сильный удар по затылку опрокинул мое сознание в темноту.

Приходил в себя я как-то мучительно долго. Меня тошнило, перед глазами разбегались красные круги. Кто-то не пожалел сил.

— Ты хоть видел, кого ты пытался спасти? — хмыкнул Алик, обрабатывая шишку у меня на голове.

— Болта, кого же еще. А кто шарахнул меня по башке прикладом? — наугад спросил я.

— Ты уж прости… мы думали, ты не оклемаешься… — потупился Феликс.

— Ладно… как Призрак?

— Жить будет. Ты хоть знаешь, кем был этот Болт?

— Да.

— Ты уверен?

— А что ты хочешь мне рассказать? — нехороший холодок послышался мне в голосе Фела.

— Это был контролер. Наверняка он взял нас под контроль и привел на съедение химере.

— Что за бред ты несешь, он спасал жизнь Призраку! Да я знаю, что Болт был не человеком! — в запале выдал я, и понял, что лучше бы я этого не делал.

Все взгляды присутствующих устремились на меня, а Алик поднял ствол.

— Да пошли вы к черту! — схватив автомат я рванул к дверному проему, мои недавние спутники стреляли мне в спину, наугад врубившись в какую-то дверь, я рванул к окну, хорошо, что меня перенесли на нижний этаж, собственно, судя по всему, мы готовились уезжать…

Я вломился в окно, вынося остатки стекла, в конце моего полета я почувствовал, как свинец достал меня, я свалился в жидкую грязь и застыл.

— Оставь ты его, — послышалось где-то далеко, — у него мозг совсем спекся… хорошо, что эта тварь не достала нас, нам надо спешить.

— Забери его ПДА…

— Да ну нафик, еще трупы обыскивать буду, давайте зачистим коридоры, и уберемся отсюда.

— Помнишь, он рассказывал, что мутанты бывают разные? Может зря мы так…

— Зря? Сво, ты понимаешь, о чем ты говоришь? Ты сам все видел! Наверняка это этот наплел ему, ну свою программу зарядил, а мы уши-то и развесили. Надо рассказать Эдду.

— Я думаю, не стоит, — отозвался Феликс. Спишем как потери.

— Идет.

Когда на этажах, занятых раньше бандитами уже гудело пламя, я осторожно поднялся на ноги, цепляясь за стену, кое-как дохромал до одного из входов в здание, перед глазами картинка сильно расплывалась, а левая рука, наливающаяся железом, говорила о том, что пуля внутри. эрго больше не действовал. Черт…

Я забрался в подсобку, забаррикадировал дверь с внутренней стороны и включил фонарь, применив к нему усилитель в виде кристалла люм. Хорошо, что с меня не сняли подсумок! Тут должна оставаться одна армейская аптечка. Первым делом я вколол себе обезболивающее и средство против столбняка. Мыслить сразу стало легче. Ранение было слепым — огнестрельный заряд остался в теле. Слепые ранения обычно причиняются пулями, имеющими небольшую кинетическую энергию, вследствие малой начальной скорости пули, неустойчивого полета пули, конструктивных особенностей, приводящих к быстрому разрушению в тканях, большого расстояния до поражаемого объекта, предварительного взаимодействия пули с преградой, поражение в теле большого массива плотных и мягких тканей, внутреннего рикошета пули, например в полости черепа. Перед извлечением огнестрельного снаряда его локализация устанавливается рентгенографически. Огнестрельный снаряд следует извлекать с осторожностью. Кажется так муштровал Сторож своих молодых сталкеров-добытчиков.

Старые куски разговоров всплывали в памяти, пока я выудил нож из подсумка. Эх, неудобно-таки орудовать одной рукой.

Я усмехнулся. Где в МГУ мне взять работающий рентгеновский аппарат? Учитывая, что половина здания скоро выгорит дотла? После пары неудачных попыток дотянуться до раны под нужным углом, я бросил это занятие. Эрго не действует, что толку оттого, что я выну пулю?

Кое-как перевязав руку, я проверил затвор автомата, для верности вытащил рожок, пересчитал патроны, снова зарядил. Простые действия позволяли отвлечься от мыслей о моем незавидном положении.

Самозатягивающийся бинт, наконец, сделал свое дело, лекарство проникло в рану и стало намного легче. Я достал флешку, которую дал мне Сыч, и вставил ее в свой ПДА. «Только этого мне сейчас не доставало… наверняка какая-нибудь гадость, вроде, философского камня в почках», — я усмехнулся, открывая файлы, и почти сразу же опустился на пол, когда прочел первые строки, и увидел фотографию смутно знакомого паренька.

«…после неудачной попытки штурма Арбатской, юношу в последний раз видели в компании трех неизвестных вооруженных людей. Говорят, он пошел с ними сам, никто его не принуждал, он хотел принести пользу людям. Штурм был успешно отбит, а все кто хотели уйти, ушли со станции. Во главе группы штурмовиков был капитан Воронин. Он не успел найти достаточно квалифицированных бойцов, а штатские в условиях полной неразберихи были почти бесполезны. Но Воронин знал, что делает, он хорошо рассчитывал количество пушечного мяса, потому скоро предпринял новую попытку штурма, которая была так же отбита. На станции уже было много федералов.

Парня видели среди защитников станции. После второго штурма он и пропал бесследно. Известно, что его прозвище было Вереск, ушел получить ПДА у военных, якобы кто-то пеленговал его в районе площади революции».

Скорее всего, именно поэтому Сыч вызвался защищать Царицыно, старался уйти подальше от центра, все время рисковал и, был занят любой работой. Он понимал, что не готов один отправиться в рискованное путешествие к Кремлю, чтобы попробовать узнать, что случилось с его сыном, боялся, что тот мог превратиться в зомби, но продолжал надеяться, что тот вопреки всему жив.

В тот же момент я понял, что станет моей целью. Я не знал,