Читать книгу - ""Фантастика 2025-31". Компиляция. Книги 1-27 - Роман Корнеев"

Главный редактор прокашлялся.

— Господин Клопп, мы только выпустили промо-ролик, там ничего криминального нет. Мы думаем, что это спланированная атака на наше издание.

— На «Вена Тудей»? — брови Альберта поползли вверх. — Какая-то обиженная дива решила устроить хакерскую атаку? По-моему, вы себя переоцениваете, ПОКА ещё главный редактор.

При этих словах главный редактор тоже начал икать.

— Рассказывай, — обратился он к журналистке. — Это ведь твоя работа?

— Да, господин Клопп, — судорожно сглотнула журналистка. — Мы запустили промо-ролик и начали съёмки, но так ничего и не отсняли. В школе нам не дают снимать, и тут этот скандал. Нас специально подставили.

— Кто вам не даёт снимать? — удивился Альберт.

— Администрация школы ставит палки в колеса, говорит, что мы всё должны согласовывать с старостой класса, а тот ставит нам ультиматумы, — выпалила журналистка. — Вот они, наверное, и подстроили этот скандал.

«Ты недалека от правды», — подумал Альберт, — «Патрик точно замешан в этом».

— И как зовут старосту и что он хочет? — спросил господин Клопп.

— Патрик Шарп, господин Клопп. Он постоянно убегает от нас.

«Всё-таки он», — подумал Альберт, — «видимо журналисты попробовали надавить на него».

— Значит так, ситуацию нужно исправлять, и как можно быстрее.

— Мы сейчас же удалим промо-ролик, — предложил Сильвио.

— И наплодим ещё больше ненужных слухов? Нет, вы продолжайте работать, а я прослежу, чтобы вам оказали всю посильную помощь. И да, если детям что-то требуется, вы сразу же помогаете. Мне сейчас не нужно слухов о том, что кто-то притесняет неодарённых. Открытый бюджет. Вам понятно?

Все трое быстро закивали головами.

— Ну вот и отлично. Так что поезжайте в школу прямо сейчас, я распоряжусь, чтобы вам предоставили всё необходимое.

Сидя на заднем сиденье своего автомобиля, Альберт размышлял. Скорее всего, Император прав, и у парня проявились первые симптомы неуправляемого источника. Журналистка лишь попыталась надавить на него, и тут же получила отпор. Патрик не стал открыто конфликтовать с ней, а просто пошёл и утопил "Вена Тудей", попутно вызвав: политический кризис в Империи, инфаркт у Сильвио Бертоцци и красный код ИСБ.

****

«Эта история ещё будет иметь продолжение», — думал я, идя по коридору и глядя на разрозненные группы школьников, уткнувшихся в свои смартфоны. — «Мда, школа уже взбудоражена, а тут ещё и по телевизору объявили, что разразился внешнеполитический кризис. Я немного перестарался, факт. Наверное, не учёл местный менталитет. Кто же мог подумать, что в этом мире люди верят всему, что написано в интернете? Если это правда, то передо мной открывается огромное пространство для манёвра. Эх, знать бы это заранее. Сейчас же фильм скорее всего закроют, и все мои выстроенные планы рухнут. Придётся начинать всё сначала. Нет, я не паникую, я воспринимаю своё поражение философски. Главное — не повторять совершённых ошибок. Что же, это тоже хороший опыт, который станет для меня уроком на будущее».

С такими мыслями я вошел в класс.

«Боже, меня окутала аура страха и тоски. А что это с ними? Ах, блин, дурак я, их же на опыты отправляют. Ладно, надо немного развеселить класс.»

— Народ, — подняв руку, громко произнес я, — я только что был у директора. Волноваться не надо, на органы будут отчислять только за неуспеваемость!

Моя шутка не удалась, и все ещё больше приуныли. Не достигнув желаемого эффекта, я прошёл к своей парте.

— Ай, ты чего дерёшься? — воскликнул я, получив локтём под рёбра от Сары.

— Дурак, им же страшно, — прошипела она.

Я уже хотел ответить, как вошёл классный руководитель.

— Патрик, тебя вызывают в администрацию, - сходу прознёс он.

Ну вот, началось. А чего сразу я? Неужели они смогли вычислить меня? Теоретически они могли вычислить по IP интернет-кафе, а я был там в школьной форме. Ну я и дурак, что подставил себя таким образом. Надо же было так опростоволоситься и пойти в школьной форме. Это как в анекдоте про диверсанта: «его вычислили по парашюту на спине». Но я и не предполагал, что это вызовет такой резонанс. Сейчас важно отбрехаться, накину-ка я всё, что можно, на себя. Я навесил на себя обострение чувств, реакции, спокойствия, чтобы никто не смог прочитать мои эмоции. Вот, теперь можно идти.

****

Ауру раздражения я почувствовал, едва войдя в приёмную Олле. В своём углу сидела пришибленная секретарша; видимо, ей тоже досталось на орехи. «Ну, с Богом», — и мысленно помолившись всем известным богам, — я толкнул дверь в кабинет.

— Господин Олле, вызывали? — спросил я, просунув голову в приоткрытую дверь.

— Проходи, садись, — резко бросил он.

Кроме Олле, в кабинете сидела Вероника и какой-то лысый дядечка с усами. Осторожно ступая, я вошёл в кабинет и занял место от греха подальше, то есть подальше от Олле. Может, это моё обострение чувств так действует, но мне казалось, что из него ещё чуть-чуть и повалит пар, как из самовара.

— Все вы в курсе, что произошло сегодня? — спросил он, дождавшись, когда я сяду. — Патрик, ты в курсе?

— В общих чертах, господин Олле.

— Тогда я повторю еще раз, — глядя на тех двоих, мрачно произнес он. — Вчера, Венскую школу номер 13 оклеветали, покрыли позором на весь мир. А знаете ли вы, кто соучредитель этой школы? Не знаете? Его высочество, принц Виктор! Ваша газетёнка оклеветала Императорский род.

Лысый смешно икнул.

— И, поверьте, если бы не особое распоряжение, — Олле поднял глаза в потолок, — то вы бы сейчас общались с нашими адвокатами, и уж они бы разорили вашу газетёнку в два счета. Однако, как бы мне не хотелось уничтожить вас, нам придётся сотрудничать, но уже на моих условиях. Я понятно излагаю?

— Да, господин Олле, — прохрипел усатый.

— Значит, так: никакой отсебятины, работаете по утверждённым сценариям, всё идет ко мне на цензуру, вам ясно? — продолжал Олле.

— Ясно, господин Олле, — пропищала Вероника.

— Патрик будет вам помогать, составлять графики интервью, чтобы вы не мешались под ногами. Патрик, тебе ясно?

«Нет, такой хоккей мне не нужен. Это моя поляна, и все ягоды на ней тоже мои. Не отдам! Однако спорить с ним сейчас бесполезно, он не отступит. А давайте-ка мы его еще позлим немного»,