Читать книгу - "Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин"

боялась, что никогда не будет свободной. Я был не в силах ответить ей, моё горло не подчинялось мне, мне даже дышать было трудно, а Эми держа меня за руку постоянно говорила. Она рассказывала, как ей снится цепь, как каждое утро, просыпаясь, она первым делом проверяет что на её шее нет ошейника. Как кроха скучает по доброй Каори, которая баловала её пирожками, как ей нравилось выбирать и мерять разные платья под радостный смех. Она знает, что они ушли и больше не вернутся, она знает, как это тяжело когда тебя покидают. Она молила меня не покидать её, ведь я тот, кто дал ей новую жизнь, и если я её покину все вернется, и та цепь опять будет для нее единственным другом, с которым можно будет поиграть.

Не в силах и дальше быть в сознании я опять провалился в сон. Это был простой сон и я больше не мучился хоть и не получил новую цель в жизни, да и боль от потери не утихла. Когда ты нужен кому-то так просто уходить значит наплевать на него, а я точно знаю, моя мать и сестра без боя не сдались и всеми силами старались выжить не только для себя. Так просто умерев без боя и оставив Эми я оскорблю память о них. Тело, почувствовав возрождающееся желание жить, начало бешеным темпом восстанавливать повреждения, и урчащий от голода желудок заставил меня проснуться. Погладив спящую рядом со мной Эми я полез в сумку в поисках еды. С этого дня я начал своё восстановление как духовное, так и физическое.

Оставшиеся дни до прибытия в Федерацию Гатсен я решил посвятить Эми и восстановительным тренировкам. Я не боялся показать команде что слаб, моих сил как физика хватит чтобы справиться с ними не задумываясь даже о защите, всё-таки они не на военном корабле, а на простом сухогрузе. С силой психокинетики вышла оплошность, она перестала быть стабильной. Переход на внутреннее зрение просто оглушал меня тем количеством информации и дальностью видимости что причинял ужасную боль, заставляя скрючится на полу. Не сложно было догадаться что произошел качественный рывок в моей силе, но то что я использовал силу психокинетики той ночью не обращая внимания ни на боль, ни на переутомление, ни на перегрузку на пользу мне не пошло. Тогда я действовал на износ несмотря ни на какие последствия, и все это вылилось в то, что мне теперь сложно было как контролировать силу, так и вообще пользоваться ею из-за нестерпимой боли, которая просто разрывала мой мозг и скручивала спину в спираль. С силой физика тоже все было печально, я не стал слабей, но вот предел моих возможностей стал ощущаться иначе. Раньше потолок моих возможностей был как стена, которую сложно преодолеть и которая не даёт использовать силу на максимуме, теперь же это граница, которая слабо ощутима, но как только ты её пересечешь тебя наказывает болью и временным параличом. Как я предполагаю, одной из причин является повреждение позвоночника, а именно шеи, которая со временем восстановится, по крайней мере я на это надеялся.

Воспитание Эми было очень сложной задачей, весь оставшийся путь я учил её читать, писать и даже кушать. Она очень нервничала, когда её окружали незнакомые люди, и поэтому мы стали постоянно обедать и ужинать в компании команды корабля. Не знаю, что повлияло на отношение команды к нам, но они очень дружелюбно к нам относились, особенно команда полюбила Эми. Я разрешал крошке гулять и общаться с командой без моего присмотра, я, конечно, переговорил со всеми и рассказал часть её истории, и они с радостью согласились присматривать за ней. Сперва она стеснялась и побаивалась, но потом стала более общительной. Один из матросов непонятно откуда достал и подарил ей разноцветные мелки, ей даже выделили один из контейнеров и она могла часами рисовать на нем, кроха была счастлива. Перед сном она аккуратно складывала мелки в небольшой полиэтиленовый мешочек и прятала его под подушку, а днем и вовсе не расставалась с ним. Отличился и корабельный кок, он варил прекрасную шоколадную пасту, от которой Эми была без ума. Смотря на то, как она с наслаждением облизывала ложечку, я понимал как мало ребенку надо для счастья. Меня радовало, что её психика еще гибка и у нее не будет проблем с общением в будущем, да и мужики внесли свой вклад. Такой успех за короткий срок был только благодаря их пониманию и искреннему дружелюбию, которое они проявляли к маленькой девочке.

Когда я не занимался с Эми, то уделял время контролю силы психокинетики, пытаясь аккуратно, как в детстве, прикоснуться к ней и постепенно, без скачка, попытаться поднять небольшую монетку. Результаты тренировок были неутешительны — я не мог контролировать силу воздействия, монетка словно пуля срывалась с места и ударялась об стену контейнера, где я и тренировался. Один раз монетка даже пробила стенку, и я сперва порадовался, что моя сила так возросла, но когда я за весь день не смог обратиться к силе психокинетики и монетка осталась неподвижна, я понял что все будет не так просто. Ночью меня вновь накрыло болью, мышцы выкручивало, а из носа хлестала кровь. Бедная Эми страшно перепугалась, она теперь постоянно когда я засыпал перебиралась ко мне под бочек, где свернувшись калачиком мило посапывала носиком.

Чем ближе становился порт Федерации, тем беспокойней становилась команда судна, и когда меня попросили зайти к капитану я уже подозревал, что он мне скажет:

— Господин, вас ждут в порту, по рации передали, что какие-то наемники расспрашивают все команды кораблей, прибывшие из Империи за последнюю неделю. — Капитан постоянно поглаживал медальон на шее при разговоре. — Через час мы встретим рыболовецкое судно, промышляющее в этом районе, оно держит путь в направлении диких земель и, если вы пожелаете, я свяжусь с капитаном этого судна, после чего вы сможете покинуть борт моего корабля.

— Связывайтесь, через час я с Эми будем готовы к пересадке, спасибо вам, капитан. — Уже на выходе из каюты я задал ему вопрос, который сейчас меня беспокоил. — Капитан, почему вы нам помогаете? Ведь за информацию о нас вам наверняка заплатят неплохие деньги?

— Обещают огромные деньги, но я не могу так поступить, Эми похожа на моих дочерей, я никогда бы себе не простил, если бы по моей вине с ней что-нибудь случилось. — Капитан сжал в своей руке медальон.

— Господин, вы это, при малейшем признаке недопонимания с