Читать книгу - "Китай и китайцы. Жизнь, нравы, обычаи - Эрнест фон Гессе-Вартег"

особенности китайского этикета не замедлили сказаться и тут. В южной стене Ворот цветов литературы три входа, к которым ведут три каменных крыльца. Пока посланники являлись носителями собственноручных императорских посланий, их проводили через парадное, покрытое ковром среднее крыльцо, которое вообще предназначено лишь для императора; с аудиенции же их провели уже по боковому крыльцу.

В общем нельзя сказать, чтобы обстановка приема была лишена известной царственной торжественности. Император восседал, как сказано, на троне, перед которым на том же возвышении стоял покрытый желтым шелком столик. Позади трона возвышались обычные атрибуты императора: зонтик и высокие опахала из павлиньих перьев; направо стояли двое принцев императорского дома, налево принц Гун и принц Син. По обеим боковым стенам покоя выстроилась шпалерами вооруженная мечами гвардия, затем евнухи и придворные. Главный интерес всей церемонии сосредоточивался, конечно, на особе самого юного императора, одетого в соболью шубу и государственную шапку. Необыкновенно большие, блестящие, черные глаза придавали симпатичное выражение нежному, почти детскому личику, которому не вредила даже особая бледность – следствие недавнего приступа лихорадки.

При выходе из аудиенц-залы глазам бывших на приеме иностранцев представилось живописное зрелище. На обе стороны, к востоку и к западу, развернулась широкой дугой дворцовая гвардия, а перед и за ее рядами двигались толпы придворных чиновников в длинных одеяниях, с пестрыми четырехугольными нашивками на груди и спине, обозначающими чин и должность. Никаких признаков суетливости или замешательства; все делалось со свойственной китайцам торжественностью и достоинством. Направо, в конце обширной площади виднелись высокие, облицованные желтыми глазурованными изразцами стены, которыми обнесены внутренние покои дворца. В южном конце площади виднелись тройные ворота Цзо-ань-мынь (левые ворота правосудия), а по ту сторону их возвышалась мощная Тай-хо (тронная зала), являющаяся самым замечательным в архитектурном отношении дворцовым зданием. В общем, дворцовый город не столько замечателен отдельными зданиями, сколько грандиозностью общих размеров и группировкой зданий.

В дипломатических кругах с радостью приветствовали решение китайского двора, наконец, открыть для иностранных послов столь ревниво охраняемый внутренний дворцовый город, и тем раз навсегда разрешить затруднительный и долго тянувшийся вопрос об аудиенциях. Насколько же трудно было правительству китайскому решиться на это, показывают длившиеся годами переговоры.

Главные обязанности императора китайского сводятся к принесению жертв своим предкам, посещению через каждые пять дней старой императрицы, экс-регентши, вознесению молитв в храмах Неба и Земли и назначению аудиенций высшим сановникам, во время которых и решаются все текущие государственные дела. По отзывам европейских дипломатов, молодой император гораздо развитее и энергичнее своих предшественников. Он маленького роста, худой, безбородый, с не по росту большой головой; впечатление он, однако, произвел на тех немногих посланников, которые удостоились лицезреть его, самое благоприятное. Многие факты свидетельствуют также о том, что круг его интересов далеко не ограничивается пределами Пурпурного города. Так, он начал изучать английский язык, сам прочитывает поступающие к нему для утверждения бумаги и, как только заподозрит со стороны чиновников лихоимство или нерадение, немедленно поручает цензору произвести строгое дополнительное расследование дела. Несколько лет тому назад весь Китай был всполошен вестью, что император лично произвел испытание членам Пекинской Ханьлинской академии. Событие неслыханное! Академия эта – высшее учено-литературное учреждение в Китае. Членами ее состоят сановники, мандарины, посланники и т. п., из которых, по удачной сдаче ими экзаменов, выбираются провинциальные экзаменаторы кандидатов в чиновники, а также преподаватели для наследника престола и для других детей императора. Хотя нынешний император, уже десять лет состоящий в браке с несколькими супругами, и не имеет еще потомства, штат преподавателей для его детей давно составлен. Но вот процветающее в Китае лихоимство дерзнуло пробраться и в Ханьлинскую академию: кандидаты на важные и доходные должности провинциальных экзаменаторов стали прилагать к своим конкурсным сочинениям крупные куши денег. И вдруг как снег на голову испытательной комиссии свалилось приказание императора представить все сочинения кандидатов на его личный просмотр. Результатом же личного просмотра оказалась полная перетасовка назначений: кандидатам, которых комиссия удостоила лишь последних степеней отличия, император пожаловал высшие отличия, причисленных комиссией к первому разряду низвел во второй, третий, а некоторых и вовсе вычеркнул из списка. Между прочим, среди кандидатов находился бывший китайский посланник в Соединенных Штатах, уважаемый, почтенный мандарин второго ранга и преподаватель императорского наследника. Его работа, однако, так мало удовлетворила императора, что приказано было лишить мандарина шарика второго ранга и разжаловать из преподавателей.

Император проявляет вообще большую самостоятельность. Казни и разжалованья генералов во время войны с Японией приписываются его непосредственным распоряжениям. Он настаивает также на реорганизации всей армии по европейскому образцу, вопреки упорной оппозиции большинства мандаринов. Словом, если царствующая династия переживет нынешний серьезный кризис, есть надежда, что для Китая скоро наступят лучшие времена, под условием, конечно, что от императора не поторопятся избавиться каким-нибудь порошком. Состоящие при нем придворные чины, евнухи и телохранители, разумеется, из кожи лезут, чтобы ограничить непосредственные сношения императора с внешним миром и устроиться так, чтобы все проходило через их загребущие, вечно протянутые руки. Даже высочайшие аудиенции приходится иной раз покупать за высокие суммы; торговля же знаками отличия – павлиньими перьями и шариками – ведется почти открыто; словом, все в Китае доступно для того, кто может заплатить. В существовании таких постыдных условий в непосредственной близости к престолу много виновны, пожалуй, принцы императорской крови, из которых лишь немногие пользуются от казны содержанием, приличным их сану. Другие, правда, имеют доступ к высшим должностям и пользуются влиянием, но окладов не получают, почему часто и торгуют своим влиянием. Многие, наконец, занимают крайне невысокое положение, даже попросту состоят в услужении при иностранных посольствах или у других иностранцев, но все в общем составляют все-таки одну императорскую фамилию, главой которой является сам император и которая имеет собственное управление и собственный суд.

Пекинская обсерватория

Все принцы императорского дома делятся на две группы; к первой, Цзун-ши, принадлежат лишь прямые потомки основателя династии и первого императора; их отличительной приметой служит желтый пояс. Ко второй, Гиоро, – все потомки боковых линий; они отличаются красным поясом. Общее число мужских представителей императорской фамилии около шести тысяч человек. Архив, в котором хранятся все родословные членов императорской фамилии, находится в Мукдене, главном городе Маньчжурии и подчинен особому «княжескому приказу», который и контролирует притязание и права принцев. Все родственники императора делятся, по степени близости родства, на 12 классов. Принцы первого класса, именуемые Цзин-ван, т. е. принцами крови, получают из императорской казны ежегодное содержание приблизительно в 35 000 марок, шелковые материи на одежды, съестные припасы и придворный штат в 350 человек; принцы второго класса получают половинное против первых содержание и штат, принцы третьего класса уже только