Читать книгу - "Зыбкая почва - Клэр Фуллер"

домой, чтобы заняться хозяйством. Он законопатил окно на потолке и все прорехи, через которые проникала дождевая вода, починил навес, выкопал выгребную яму. Джулиус чувствовал бурление безграничной энергии, которая не давала ему усидеть на месте. За работой он придумывал название для их с Джини группы и размышлял о том, нужен ли им третий музыкант. Он представлял, как они выступят на площадке побольше, как будут гастролировать и как однажды станут звездами фолк-фестиваля. Бросив взгляд на публику, он увидит в первом ряду веснушчатую женщину, и они не смогут отвести глаз друг от друга. Пару раз после работы он заезжал в паб, чтобы пропустить несколько пинт, потратив полученное за дойку, а однажды заглянул в гости к Шелли Свифт.

Джулиус притащил к трейлеру найденные где-то обрезки досок и лист рифленого железа и сложил все это рядом со старой тачкой, которую вытащил из зарослей крапивы, надеясь купить для нее новое колесо и подлатать ржавое днище. Как-то вечером он взял у Дженкса смартфон, чтобы почитать про закон о «закреплении права собственности в результате фактического владения»[21].

Джулиус представил себе, как, прожив в этой рощице двенадцать лет, они официально заявят, что теперь это место принадлежит им. Он решил пока ничего не говорить Джини, но подумал, что надо бы найти время и написать краской на какой-нибудь доске: «Частное владение». А потом прибить ее к дереву рядом с автостоянкой. Джини больше не заговаривала о том, как бы найти другое пристанище, и ему стало казаться, что она привыкает к лесной жизни.

Она частенько отправлялась к коттеджу, чтобы поработать в огороде, но при этом успевала и убрать в трейлере, и подмести земляную площадку, которую они устроили перед входом, и приготовить что-нибудь на двухконфорочной плите. Однажды в обеденный перерыв они решили отдохнуть и присели рядом с трейлером на пластиковые стулья, которые Джулиус нашел на свалке. Он взглянул на сестру — словно давным-давно ее не видел — и удивился, какой довольной она выглядит. Он вспомнил, что такое выражение иногда появлялось на лице матери, но это случалось едва ли не раз в несколько лет. Порой Дот выглядела совершенно несчастной, но ему ни разу не пришло на ум спросить, в чем дело. То, что творится у других в голове, всегда оставалось для него загадкой. Он вспомнил, что иногда родители общались друг с другом через него и Джини:

— Попроси мать передать масло.

— Скажи отцу, чтобы снимал обувь за порогом…

А как-то раз мать отправила его в поле, где работал отец, со сложенной пополам запиской. Джулиус сунул ее в карман. Он не спешил к отцу, по дороге высматривая в высокой траве россыпь перьев, которая указала бы ему место, где хищник поймал птицу. Если бы ему повезло найти птичью голову, он принес бы ее домой, выварил и пополнил свою коллекцию. Когда он наконец добрался туда, где должен был работать отец, того на поле не оказалось. Джулиус вынул из кармана записку и прочел послание матери: «Если ты сейчас же не вернешься и не починишь ворота, как обещал, я от тебя уйду». Джулиус испугался. Он бежал до самого дома, готовый объяснить матери, что сам виноват в задержке. На кухне Джини играла на пианино, а родители танцевали вокруг стола и смеялись. Позже, после смерти отца, Джулиус взял свою коллекцию, все тридцать три черепа, каждый с аккуратной наклейкой — где найден, какой птице принадлежит, — и выбросил.

У Джини постоянно работал радиоприемник. Занимаясь делами, она прослушала постановку «Ярмарки тщеславия»; передачу, посвященную эволюции самого древнего языка; беседу о том, как Брексит скажется на стоимости натуральных молочных продуктов. Она шила новые занавески и чехлы для сидений. Слушала радио, вручную сшивая пестрые лоскуты, и старалась не думать о том, каково им придется зимой в этом трейлере — без отопления, с туалетом на улице, со всей этой грязью и сыростью. Она была уверена, что к наступлению холодов найдет способ вернуться домой, но не делилась этими мыслями с Джулиусом. Лишь по ночам, когда не спалось, ее снова охватывала злость на брата. Тогда, вместо того чтобы выходить на улицу, она вскакивала со своей лежанки и пускала мощную, яростную струю в ведро, стоявшее за занавеской, которую она повесила посреди трейлера. Джини знала, что этот звук разбудит Джулиуса.

Почти каждый день она вместе с Мод приходила к коттеджу. С тех пор как Эд забрал кур, там ничего не изменилось, но кто-то — она считала, что Роусон, — побывал в доме, потому что задняя дверь была закрыта изнутри на засов. Она не могла удержаться и заглядывала в окна, вспоминая прежнюю жизнь.

Огород требовал ухода. Все поспевало одновременно: редис размером с большой палец; белые облачка ранней цветной капусты; колючий крыжовник. Свеклу с влажным острым кончиком можно было бы отварить и замариновать с яйцами. Надо только найти несколько стеклянных банок… Но самую большую радость Джини всегда доставляла ранняя картошка. Вонзаешь вилы в мягкую почву вокруг пожелтевшего куста, а под ним — клад, настоящее сокровище. Она сидела на прогретой земле с дюжиной бледных клубней в руках и вспоминала, как мать в такие моменты шутливо подталкивала ее вилами, напоминая, что впереди еще много работы и времени на мечты о паре лишних картофелин нет. Джини снова начала возить овощи Максу: ей и Джулиусу столько не съесть. Когда-нибудь она полностью выплатит долги, накопившиеся у матери.

Дважды в неделю, как и договаривались, она бывала у Шафран и ее дочки. Во время обеденного перерыва они втроем пили чай, но Джини не рассказывала, где живет. Шафран продолжала выписывать чеки, и Джини приносила их домой в пластиковом пакете, который стала использовать вместо потерянной сумочки.

Джини изучила топографию их рощицы. По периметру этот треугольник можно было обойти за пятнадцать минут. Трейлер стоял примерно посередине, автостоянка и въезд находились на самой короткой стороне треугольника, а зады нескольких садов, обнесенных металлической сеткой, сходились у самого острого его угла. Никто ее здесь не видел. Никто не проявлял к ней интереса. Она стала как бы призраком — часто ей казалось, что и для Джулиуса тоже. Иногда он возвращался поздно, но она не спрашивала, где и с кем он проводит время. Джулиус сделал засов на двери внутри трейлера, а другой, с навесным замком, прикрепил снаружи, и постепенно она стала чувствовать себя в безопасности, даже сидя по вечерам на пластмассовом стуле рядом с устроенным ими небольшим очагом. Джини ждала