Читать книгу - "Заповедное изведанное - Дмитрий Владимирович Чёрный"

свадебного багажника несётся, а процессия продолжает движение, словно порывами ветра спереди доносятся барабанно-свирельные трели, и парнишка удерживает капот машины: по турецким традициям мы обязаны поделиться щедротами, деньжатами – колым, колым! как там у Ильфа и Петрова-то? «дэньги давай, давай дэньги!»: уж коли шумно женятся, значит, богаты – пусть брызги достатка упадут и на пацанёнка. он упорен – аж подошвы по асфальту ползут, но нас удерживает. погазовавший устрашающе на пацана шофёр-буржуа, однако, скептично глядит и на парнишку, и на нас, как бы немного извиняясь за соотечественника и рудименты, – нет, мы подавать не будем явно, мы гости… и при этом моё дитя в белом тортовом платьишке на заднем сидении напугано – весь этот большущий взрослый спектакль несёт всё более неожиданные эпизоды, а растерянность наша и атмосферу праздника ставит под сомнение. растерянная тоже смуглая мордашка пацана за границей лобового стекла сигнализирует о том, что он не угадал машину: вот если б жених или невеста ехали… да и не от нищеты он кинулся на нас, конечно – сила традиции, даже почесть, наверное. вскоре ручной упор в капот слабеет и мы продолжаем путь через низкоэтажное сердце Муглы, напоминающей то ли старую часть Гагры сейчас, то ли какой-то крымский город моего наимельчайшего детства, ровесничающего нынче с дочкиным.

ах, эта свадебная кавалькада всё же миновала центр! и теперь поехали быстрее, и заметнее стало, как стемнело за время пути, придорожные огоньки окраины подкрались почти как звёзды…

наконец, мы прибыли, но припарковались не сразу, а когда всё же вышли, то расправив свои наряды дамы стали все сногсшибательны – вследствие чего гостеприимный хозяин уставленной столами поляны (буквально – поляны, с половину футбольного поля, за скромной сетчатой оградой) долго что-то говорил восхищённое по-турецки. но это не приблизило праздника: пока дамы-мамы ищут невесту, которая отстала в пути почему-то, дитя моё – на мне. мы ходим, осматриваем место грядущего действия: есть сразу у бокового входа подсвеченная электрогирляндами белая витая карета, есть напротив неё через поляну небольшая сцена и левее до ограды – теряются в сумерках десятки круглых столов, за которыми почти уже расселись гости. главное чтоб дождь не пошёл, хотя они тут редкость…

а ветерок-то прохладный, и если меня согреет белый пиджак, то вот самую младшую гостью свадьбы – ничто не греет, ручки-то открыты, поэтому грею, накрываю своими большими для неё ладонями самые продуваемые места: плечики, ушки. из стоящего поодаль домика-кухни, который в обычные дни работает, наверное, как кафе – несутся завораживающие запахи и посудные перезвоны… мы ходим вдвоём, белой парой среди предсвадебного хаоса, как бы не ведая, куда причалить. маленькая племянница уже появившейся и раздающей последние распоряжения невесты – так очаровательна в своём не по возрасту женственном наряде, что и официанты застывают в пути с посудами и блюдами: да, меж нами сегодня иноземное сокровище, которое я оберегаю от ветра и суеты.

появилась, с каким-то скромным торжеством во взорах семья жениха: по переливам, вариациям его и без того довольно нежных черт в женских лицах я узнал двух сестёр на выданье и маму (все в чёрном, по-мусульмански, но без аскетизма, от традиции – только цвет), а почтенный и обрадованный отец с улыбкой аксакала пожал руку мне, будущей, без пяти минут родне. все мы глядим друг на друга с дружелюбным любопытством, за секунды пытаясь вычитать в лицах работу поколений.

оказывается, ждали в основном представителя мэрии, и теперь, когда жених с невестой уже соединились на входе и настроили всех собранных на серьёзный лад, карета заполняется всеми должными пассажирами, троими. сооружение было нужно лишь для того, чтобы в нём поставить символические подписи и в микрофон сказать в ответ на вопрос чиновника…

невеста ответила своё «да» как-то уж слишком царственно, хотя и сексуально, как ей, наверное, хотелось. но мне понравилось, как ответил жених, не для всех, а глядя только в её глазищи:

– Да, и хотел этого всегда.

и тут Золушкина карета, словно из сказки, а может быть, наоборот, в сказку – выпустила их, и соединённую узами пару подхватил ветер запланированного танца. моя маленькая фея вместе со всеми ошеломлёнными стремительностью смены мизансцен зрителями подалась к сцене – она понимает, как-то чувствует этот драматизм куда серьёзнее, чем мы, взрослые! не отводит взгляда от нарядной тётушки в ореоле торжества, как будто влечёт пару на сцену не вступление к песне, а сама судьба. свой свадебный вальс, а может быть, танго (ни черта я в этом не разбираюсь) они исполнили под явно избранную невестой песню – кажется, Иглесиаса-старшего, где «амОр» звучало так прочувствованно, почти трагично, этим фирменно подрагивающим голосом… и все изгибы тела невесты, все повороты выдавали профессиональную танцовщицу – но это последний, переходный из куколки в бабочку танец, когда и нужно быть отчаянно, да, именно отчаянно (во взгляде на возлюбленного, когда подыгрыш танцу вдруг оборачивается внезапной искренностью) красивой! жених перехватывал, подхватывал и удерживал от того, чтобы ветер не унёс эту тренированную, шуршащую складками свадебных парашютов красоту – ему вверенную амОром жену. и ветер действительно – словно с песней, под танец раздухарился…

по окончании танца новобрачных, я подхватил свою маленькую феюшку под коленки и под мышки, и пока наша мама прощалась с представленными недавно гостями, понёс попутно с тёщей малышку в сторону машин – и поздно, и холодно!.. распорядитель свадьбы и хозяин ресторации долго звонил своим шофёрам, вследствие чего нам пришлось ждать, а ветер-то всё усиливался. продуть может запросто… тогда я встал к голодному ветру окраин строго спиной и как бы став белым парусом наоборот, ссутулившись упрятал мою девочку в себя, одновременно грея. всё-таки разумно сконструированы папы. автомобиль от стоянки подъехал, наконец, я вверил сокровище жене и они покатили к гостинице, а мы с тёщей вернулись на поляну…

всё, можно, как в таких случаях говорят, выдохнуть: в машине тепло, там два шага до гостиницы, и в номере точно уж не замёрзнут. а мне пора приступать к обязанностям – веселиться и веселить, это же свадьба, всё-таки! и согреться надо…

стол наш почти центральный, к сцене близкий, не только кругл, но и широк – поэтому усадив всю семью (включая спутника тёщи моей, прибывшего специально в качестве посаженного отца), то есть нас троих, распорядитель всё же не заполнил всей окружности. и нам досталась приятная во всех отношениях брюнетка Лена, подруга невесты. чуть подвитые чёрные, как бы отурЕченные волосы склонились ко мне в момент знакомства…

– Какой у вас бизнес? – спросила она томно, как