Читать книгу - "Конец света - Ребекка Уэйт"

– Прекрасно, – ответила Элинор.

– Но здесь его нет, верно? – Найджел покрутил головой, еще раз осматривая комнату. – Я бы хотел с ним познакомиться.

– Он сегодня дежурит, – сказала Элинор.

– Жаль. Нам всем было бы любопытно на него взглянуть. О нем говорили на собрании. Довольно необычный выбор для такой школы – мужчина, да еще молодой. В какой школе он раньше работал? Кажется, мисс Кристи упоминала Норфолк?

– Не помню, – осторожно ответила Элинор, гадая, что Мэтью сказал мисс Кристи и удалось ли ему не запутаться в собственном вранье. Кажется, для афериста он не слишком внимателен. – Может, в Лондоне?

– Нет, Лондон я бы запомнил. Не так часто к нам приезжают учителя из Лондона. А это правда, что некоторые ваши девочки дергаются?

К себе в комнату Элинор вернулась совершенно обессиленной, у нее даже разыгралась мигрень. Вечер был поистине ужасным, и она не могла понять, что больше ее расстроило – перспектива закрытия школы или все эти разговоры о больных девочках.

Может, поэтому она рассердилась, встретив Мэтью на лестнице по дороге к себе.

– Я как раз шел к вам, – сказал он. – Думал, что фуршет уже закончился и мы могли бы вместе выпить какао. У меня появились еще идеи насчет постановки.

– Может быть, завтра, – сказала Элинор.

– Да? Вера еще сидит в библиотеке, так что мы бы ей не помешали.

Внезапно, глядя на его оживленное лицо, она страшно захотела от него избавиться, закрыться в своей комнате, лежать в тишине на кровати и думать о том, что ей делать, если школа закроется. Элинор боялась таких моментов – когда она выбивалась из привычной колеи, когда будущее внушало ужас. В такие минуты в памяти неизменно всплывало воспоминание о смерти отца, как она нашла его, и ее затягивало в темноту, что преследовала ее с того дня. Она на секунду закрыла глаза и постаралась перевести дыхание.

– Что с вами? – спросил он. – Вам нехорошо? Принести вам что-нибудь? Воды?

– Все в порядке. Просто устала.

– Это фуршет с попечителями вас так измотал?

– Да. – Она попыталась улыбнуться. – Вы правильно сделали, что не пошли.

– Ну, дежурство, – сказал он неуверенно, хотя теперь, когда они были одни, не было никакого смысла цепляться за эту ложь.

– Вероятно, фуршеты с попечителями в Вестминстере были куда роскошнее, – сказала она, подчиняясь внезапному недоброму импульсу.

– Да, наверное, – сказал он. – Я не очень часто их посещал.

Голова болела все сильнее, и Элинор произнесла:

– Да, вероятно, вы нечасто их посещали. Тем более что вы никогда не работали в Вестминстере.

По тому, как изменилось его лицо, она поняла, что попала в цель. А она ведь все еще почти верила, что это недоразумение, или, по крайней мере, полагала, что он станет все отрицать. Но его плечи поникли, в глазах появился испуг.

– Как вы узнали?

– Вы, наверное, в курсе, что плохо умеете врать? – Теперь ее голос звучал мягче.

Они стояли молча, разглядывая друг друга.

Он сказал:

– Я не собирался врать. Оно само вырвалось. Все это просто глупая ошибка.

– Ошибка? – Она была разочарована и удивлялась собственному разочарованию. Возможно, в глубине души она надеялась, что у него есть какое-то объяснение, что она сможет его не презирать.

– Может, все-таки выпьем какао? – снова предложил он, пытаясь улыбнуться. – И я вам все объясню.

– Я устала, – повторила Элинор. На нее навалилась тяжесть, тоска. Она хотела пройти мимо него к своей двери, но он тронул ее за рукав:

– Пожалуйста, Элинор, позвольте мне объяснить.

Она помедлила, вздохнула:

– Ладно. Давайте.

Элинор прислонилась к закрытой двери и посмотрела на него выжидающе.

И тут оказалось, что он не знает, что говорить, особенно так – неловко переминаясь с ноги на ногу на лестничной площадке.

– Ну, – начал он наконец, – у меня не очень много преподавательского опыта. В общем, почти нет. То есть совсем нет. И мне нужна была работа, а мисс Кристи написала моему другу о том, что им нужен учитель, она работала с ним когда-то, но его предложение не заинтересовало. И я подумал, может, я смогу, я изучал историю в университете, так что какая-то квалификация у меня есть. Поэтому я ей написал и притворился более опытным сотрудником, чем на самом деле. Я не думал, что она меня возьмет. И вдруг я очутился тут, и все это перестало быть фантазией, и я думал, все сразу поймут, что я ни на что не гожусь, и поэтому я сказал, что раньше работал в хорошей школе.

– Но если вы раньше не работали учителем, чем вы занимались?

– Да разным, – сказал он, и его уклончивость, как всегда, была шита белыми нитками. Помолчав, он добавил: – В Норфолке я работал в компании, которая торговала канцелярскими товарами. А потом в местной администрации. Но у меня все всегда шло не так. Мне тридцать четыре, а я ничего не сделал в жизни. Ничего хорошего, по крайней мере. Важного. И я подумал: может быть, здесь я смогу начать сначала.

Элинор рассмеялась, и этот звук заставил обоих вздрогнуть.

– Это не то место, где можно начать сначала, – сказала она. – И, кроме того, школа, скорей всего, вот-вот закроется.

К своему ужасу, она обнаружила, что на глаза навернулись слезы. В течение нескольких ужасных, мучительных секунд она старалась взять себя в руки, но не смогла и все-таки расплакалась. Она не плакала ни при ком много лет. Она умирала от стыда, но не могла остановиться. Мэтью нависал над ней, по-видимому, в таком же смятении, как она сама. Потом его руки обхватили ее, что было еще более неловко, и они стояли в этом неподвижном объятии, пока Элинор не овладела собой. Она шмыгнула носом, высвобождаясь, и сказала:

– Простите, простите, я сама не ожидала… – Она еще отодвинулась. – Мне надо лечь. Голова болит.

– Давайте я принесу вам воды, парацетамола…

– Нет, спасибо.

Она поднялась на последние две ступеньки, подошла к двери, вытерла лицо рукавом, вставила ключ в замок. И хотя он ни о чем не попросил ее, а может, именно потому, что не попросил, она пообещала:

– Я никому не скажу про Вестминстер.

И, прежде чем он успел ответить, вошла внутрь и закрыла за собой дверь.

14

Только утром в день открытых дверей, проходя через вестибюль по дороге на завтрак, Ида наконец придумала подходящий план. Она подошла к стойке, за которой мисс Мортон рассеянно листала журнал.

– Можно мне ключ от музыкальной комнаты? – спросила Ида.

– Зачем? – с подозрением спросила мисс Мортон.

– Хочу попрактиковаться за фортепьяно.

– День