Читать книгу - "Сотня цветов. Японская драма о сыне, матери и ускользающей во времени памяти - Гэнки Кавамура"

что она сейчас чувствует. А пока взрослые зевали, в синей тарелке осталась только одна печенюшка: пшеничного цвета летучая мышь так и уставилась на Идзуми.

* * *

Через круглое окошко над входной дверью в прихожую просачивался оранжевый солнечный свет. Идзуми нагнулся было к кроссовкам, но его тут же поднял взволнованный голос Миеси:

– Я кое-что вспомнила! Как-то я отводила Мику, мы подходили уже к дому, а Касай-сенсей внезапно из него вышла.

– У Мику-тян тогда был урок с мамой? – уточнил Идзуми, неловко покачиваясь на бетонной плитке прихожей: он не успел нормально надеть кроссовки и стоял теперь буквально на носках. Эта пара была ему не по размеру.

Покупать обувь через интернет-магазин, вероятно, было опрометчивым решением.

– Да. Я спросила у нее: «Ой, а вы куда-то уходите?» А она сказала, что ей нужно кого-то встретить. Я спросила кого, но она не ответила. Тогда я напомнила: «Так у нас же сейчас урок». После этих слов она словно очнулась от какого-то полузабытья: «Точно-точно, прости, Мику, милая, ну, идем». Наверное, она просто забыла про занятие, но было в этом что-то такое странное.

– А как давно это было?

– Месяца три назад… Прости, такой глупый пустяк вспомнила. Сначала подумала, что это странно было, но как рассказала, так теперь кажется, что и ничего особенного. Да и все занятия в принципе проходили как обычно…

– Нет-нет, не стоит извиняться. Я вот тоже все это время не замечал, что у нее что-то не так…

Правая пятка все никак не могла влезть в кроссовку. Идзуми несколько раз ударил носком об пол, пытаясь втиснуть стопу. Но в результате только послышался хрустящий звук: надорвалась передняя часть подошвы.

Идзуми невольно вздохнул. Из открывшейся щелки виднелись следы грязно-коричневого клея. И пока Идзуми застыл в созерцании обуви, Миеси заговорила:

– Идзуми-кун, если что, мы не будем искать нового учителя, мы будем ждать возвращения Касай-сенсей. Мику тоже говорит, что ни с кем другим заниматься не хочет. Передай маме, что мы желаем ей поскорее поправиться, хорошо?

* * *

При входе в аптечный бутик у станции потемнело в глазах от слишком мощного света потолочных ламп. Внутри крутилось звуковое объявление, сообщающее о действующих акциях. У одного из стендов стоял аптекарь, он неспешно расставлял по полкам товары. Идзуми, покинув дом Миеси, не был настроен сразу возвращаться к маме и решил прогуляться. За пятнадцать минут он добрался до станции.

– Я скоро вернусь. Я тут в магазине, тебе что-нибудь нужно купить? – спросил Идзуми, позвонив матери.

Юрико попросила захватить кондиционер для белья и средство для мытья посуды. Идзуми сложил в корзину все, что она просила, и отправился к входу, где видел упаковки туалетной бумаги. Дома не было ни одного рулона: рядом с унитазом на полу стоял бокс с бумажными салфетками. Когда они жили вместе, моющие средства и туалетная бумага у них всегда стояли про запас. Юрико терпеть не могла, когда эти принадлежности заканчивались в самый неподходящий момент.

Подгузники для взрослых, урологические прокладки, одноразовые защитные простыни, стоматологические гели, специализированные продукты для сбалансированного питания, готовые перетертые каши… Пока Идзуми шел до кассы, ему то и дело попадались на глаза товары для ухода за пожилыми людьми. До этого он и не замечал, что вещи из этой категории представлены в таком огромном ассортименте. А чего удивляться: что в аптечном бутике, что на самой станции или в магазинах – везде полно пожилых людей. Этот буквально недавно застроенный городок стал постепенно состариваться. Идзуми казалось, что он прямо сейчас наблюдает, как предсказание врача об эпохе, где каждый пятый пожилой – с деменцией, сбывается у него на глазах.

На ужин был купленный Идзуми в супермаркете набор суши. Сразу после еды Юрико, не промолвив ни слова, удалилась в спальню. Совсем как ребенок, который, не в силах противостоять сну, валится с ног. А ведь на часах всего девять вечера.

Идзуми же зашел на кухню, вымыл скопившуюся в раковине посуду, отчистил плиту от жира и нагара. В холодильнике он наткнулся на утрамбованные контейнеры, причем добрая часть продуктов уже была просрочена. В резервуаре от чудо-машины по производству водородной воды активно росла плесень. Все это Идзуми, не разбирая, сгреб в мусорный мешок.

В ванной комнате он прочистил засорившийся слив. Извлек оттуда целый моток спутанных тонких седых волос. А ведь в детстве, когда Идзуми сразу после ужина уносило спать, мама, наверное, проделывала все то же самое.

В шкафу с различной утварью, который стоял возле обеденного стола, в одном из ящиков Идзуми обнаружил сваленные беспорядочной кучей квитанции. Он взялся сортировать бумаги и откопал под ними целый склад справочных листовок для больных деменцией и книжки о лечении. Когда мама только успела все это купить?

У Идзуми появилось плохое предчувствие, он вытащил все из ящика. Из одной книги торчал край заложенного между страницами конверта.

* * *

– Может, было бы лучше взять маму к нам?

Сидевшая перед Идзуми Каори сжимала края сумки, на ручке которой виднелся специальный брелок для беременных.

– Если бы все можно было решить так легко. У нас же скоро пополнение. Мы все в одной квартире не поместимся, – заметил Идзуми. Он, уцепившись за поручень над головой, смотрел сверху на Каори.

Вагон метро утром был переполнен. Идзуми и Каори приходилось общаться потише.

– Ну я не против переехать куда-нибудь.

– Куда переехать? У нас ипотека за эту квартиру еще не погашена. – Им предстояло расплачиваться за квартиру в роскошном районе Синдзюку еще тридцать лет. – Да и с ребенком – знаешь, сколько внимания дети требуют? – у тебя на маму времени просто хватать не будет. И не ты ли хотела при первой возможности вернуться к работе?

– А мама твоя что говорит?

– Сказала, хочет попробовать в одиночку пока справляться. И город, в котором мама уже прижилась, покидать она вряд ли захочет.

– Обо мне не беспокойся, – заверяла Юрико, провожая вчера сына. – Я еще в полном порядке, – для придания пущей достоверности своим словам она улыбалась, но это успокаивало разве что саму Юрико.

– Я на следующей неделе приеду. Если что-то случится, ты мне сразу звони! – Идзуми не удалось натянуть улыбку в ответ. Он переступил порог дома. Лицо матери, на которое нельзя было спокойно смотреть, скрылось за створкой раздвижной двери.

* * *

– Тогда будем искать кого-нибудь, кто будет присматривать?

– Мама говорит, пока не нужно. Но в ближайшее время, наверное, придется. На начальном этапе, скорее всего, можно будет рассчитывать только на приходящую сиделку или