Читать книгу - "Цареубийство. Николай II: жизнь, смерть, посмертная судьба - Семен Резник"

По постановлению Синода, патриарх Алексий II отказался участвовать в похоронах, и то же было рекомендовано всем епископам. В качестве компромисса, рядовым священникам не возбранялось отпевать «екатеринбургские останки», а некоторым даже рекомендовали, хотя более радикальные красно-коричневые патриоты требовали на своих сходах, чтобы никто из духовенства в нем не участвовал.

Афронт настолько смутил президента Ельцина, что он тоже решил не появляться на похоронах. Это вызвало цепную реакцию отказов со стороны высших чинов правительства и депутатов Думы. Но в последний момент Ельцин все-таки приехал, отозвавшись на страстный призыв всеми почитаемого академика Д.С. Лихачева.

В телевизионном обращении накануне похорон Борис Ельцин сказал:

«Долго раздумывая, разговаривая со многими нашими гражданами России, особенно работниками культуры, я пришел к выводу, что мне надо поехать завтра в Санкт-Петербург на захоронение останков царя Николая II и его семьи. Считаю это как покаяние нашего поколения перед ними. 80 лет эту правду скрывали, о ней ничего не говорили. И надо завтра эту правду сказать, а мне там принять участие. Это будет по-человечески справедливо»^[365].

По-человечески или по-божески?

Похороны были крайне двусмысленными. Останкам вроде бы отдавались царские почести, и — не отдавались. Священники в своих молитвах не называли имен тех, кого хоронили. «Екатеринбургским останкам» было отказано лежать в традиционной усыпальнице Романовых в Петропавловском Соборе. Их пристроили в боковом притворе собора.

Для того, чтобы не смущать паству, как заявляли церковные владыки? Как раз напротив: чтобы смущать Дабы не затухали пересуды о еврейском ритуальном цареубийстве, от коего-де и пошли все российские беды.

В 1998 году Николай II еще не был официально канонизировал Русской православной церковью, но влиятельные церковные круги добивались его канонизации. А, значит, и поклонения царским останкам как святым мощам. Для этого им нужен был царь-великомученик, убиенный от евреев. Святость царя, убитого большевиками, лишь усилила бы разлад церкви с компартией, которая, после падения советской власти, стала стратегическим и тактическим партнером национал-патриотов православно-монархического толка. Глава богоборческой компартии Геннадий Зюганов, став другом православной церкви, был озабочен тем, чтобы «отразить духовную агрессию заморских проповедников и тоталитарных сект, мутным потоком обрушившихся на Россию». Компартии остро не доставало «внутренних и внешних врагов, объединенных стремлением лишить Святую Русь ее духовного богатства, оторвать русский народ от его исконных святынь». Она поднялась на защиту Святой Руси от «соблазнов экуменизма, стремящегося растворить Православие в «плавильном котле» единой «мировой религии», грозя [щей] Русской Церкви тяжелыми внутренними потрясениями»^[366].

Такой альянс не был случайным: в руководстве церкви доминировали недавние агенты влияния и просто агенты КГБ. Патриарх московский и всея Руси Алексий II (в миру Ридигер Алексей Михайлович), академик Российской академии образования, почётный член Российской академии художеств, лауреат государственной премии, доктор богословия, и прочая, и прочая, и прочая, с 1958 года был завербованным агентом КГБ по кличке Дроздов. КГБ высоко ценил его услуги и способствовал продвижению по лестнице церковной иерархии. «Согласно исследованию Кристофера Эндрю и Василия Митрохина The Mitrokhin Archive, в 1975 году А. Ридигер основал общество “Родина“, служившее организацией прикрытия для деятельности КГБ; деятельность “Родины“ курировалась офицером ПГУ КГБ СССР П.И. Васильевым. Публикации о сотрудничестве “Дроздова“ с КГБ были основаны на документах архивов КГБ, к которым был ползшей официальный доступ рядом лиц в конце 1991 года»^[367].

«Ряд лиц», полнивших доступ, это, в первую очередь, известный диссидент, священник, борец за права верующих Глеб Якунин (1934–2014). После того, как, благодаря его архивным исследованиям, стало известно, что агент КГБ Дроздов и патриарх Алексий II — одно и то же лицо, положение Алексия в церкви не пошатнулось. А Глеб Якунин, который в советское время подвергался гонениям как борец за права верующих, в последние годы жизни подвергался гонениям со стороны руководства церкви. Он был лишен сана, отлучен и предан анафеме.

Показательна и такая подробность. В феврале 1974 году, когда А.И. Солженицын был лишен советского гражданства и насильственно выслан из страны, митрополит Таллинский и Эстонский Алексий (Ридигер) благословил эту «правильную и даже iy-манную» акцию, заявив, что «церковные люди полностью одобряют такое решение и считают, что к А. Солженицыну и ему подобным применимы слова апостола Иоанна Богослова: “Они вышли от нас, но не были наши“». А в 1998 году патриарх Алексий II торжественно вручил Солженицыну орден святого благоверного князя Даниила Московского. Солженицын, гордо отвергнув награду президента Ельцина, эту с благодарностью принял. Бывший агент Дроздов и бывший агент Ветров зла друг на друга не держали.

У меня нет сомнений, что если бы опирающаяся на науку судебно-медицинская экспертиза не отвергла мракобесную версию ритуального убийства царской семьи, а оставила бы для нее хотя бы небольшую лазейку, Священный Синод РПЦ с готовностью одобрил бы идентификацию «екатеринбургских останков». Патриарх возглавил бы службу в Петропавловском Соборе, и царская семья была бы торжественно похоронена, как того требовала вековая традиция.

К религии все это отношения не имеет. Естественное сочувствие миллионов людей к трагической судьбе царской семьи российские национал-патриоты переплавляют в свой политический капитал.

Рекордсмен по части разоблачений еврейского заговора Олег Платонов писал о ритуальном убийстве Николая II уже не как о предполагаемом, а как об установленном факте^[368]. Платонова никак не назовешь одиноким стрелком, донкихотски воюющим с ветряными мельницами еврейского сатанизма. В погоне за антисемитскими материалами он объездил весь мир. Только в Соединенных Штатах, по его словам, он побывал семь раз, месяцами колеся по стране, работая в архивах и библиотеках ведущих исследовательских центров и университетов. Он публиковал свои изыскания толстенными томами, причем больше половины каждого тома занимала перепечатка «классики» антисемитизма. Тома выходили в твердых кожаных переплетах, на мелованной бумаге самого высокого качества, с цветными иллюстрациями. Продавались по демпинговым ценам, так что были заведомо убыточными. Хотя Россия переживала тяжелый финансовый кризис, нагнетание ненависти к евреям и, в особенности, пропаганда кровавого навета щедро финансировались. Главным покровителем Олега Платонова был митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн (Снычев). Он почил в 1995 году, но отважный борец с сионистско-масонским заговором без покровителей не остался.