Читать книгу - "Жизнь Джейн Остин - Клэр Томалин"

Известно, что Генри часто навещал мать в Чотоне в последние годы ее жизни. Она продолжала спокойно жить там после того, как Эдвард добился подтверждения своих прав на чотонские владения. С 1820 года уверенность миссис Остин в завтрашнем дне укрепило ежегодное содержание в сто фунтов от ее невестки Ли-Перро. Как и многие ипохондрики, миссис Остин оказалась крепче своих с виду более здоровых друзей и родных. «Ах, дорогой мой, ты видишь меня ровно там же, где и оставил, — на диване, — сказала она внуку Джеймсу Эдварду, приехавшему ее навестить. — Порой мне думается, что Всемогущий Бог позабыл обо мне, но осмелюсь сказать, Он призовет меня в Свое время». Она дожила до восьмидесяти семи; ее зрение сильно ухудшилось, а в последний год она испытывала постоянные боли и почти не вставала с постели. В январе 1827 года она умерла в окружении своих терпеливых сиделок, Кассандры и Марты Ллойд, в ясном сознании и готовая к концу. Стойкая, уверенная, замечательная женщина, она была средоточием жизненных сил семейства Остин. Пусть ей не всегда удавалось ладить с самым блестящим своим чадом, она все же помогла формированию ее таланта своими стихотворными опытами, своим читательским вкусом… Похоронили миссис Остин на церковном погосте Чотона, и ее дети, Кассандра, Чарльз, Фрэнсис, Генри и Эдвард, установили мемориальную плиту в ризнице.

Эдвард ничем не болел, спокойно и уютно жил в Годмершеме под присмотром дочери и невестки, достиг возраста восьмидесяти пяти лет и тихо умер во сне. Его дочь Фанни, получившая от своей тетушки Джейн столько ценных советов по поводу любви и брака, в двадцать семь лет вышла замуж за богатого землевладельца и баронета сэра Эдварда Нэтчбалла. Он был вдовцом с шестью детьми, так что Фанни вновь приняла на себя знакомую с пятнадцати лет роль чужой «мамы», да еще и произвела на свет девять собственных отпрысков. Судя по ее дневникам, только благодаря твердой христианской вере ей удавалось справляться с ежедневными жизненными испытаниями. Ее муж заседал в парламенте и отличался таким крайним консерватизмом, что отказался от своего места, когда дело дошло до принятия Билля о реформе^[234] (правда, потом поддался на уговоры и вернулся). Он был придирчивым, нервным человеком и до навязчивости боялся всевозможных скандальных ситуаций. Дважды отказывал от места гувернанткам, которые привлекли внимание молодых домочадцев мужского пола, а еще довел свою старшую дочь до того, что она сбежала со своим возлюбленным^[235]. Доходы в Кенте продолжали расти, и старший сын Фанни был возведен в звание пэра, лорда Брабурна. В 1884 году он выпустил первое издание писем Джейн Остин, после чего распродал или растерял большую часть рукописных оригиналов.

Жена Фрэнка Мэри стала еще одной жертвой бесконечных родов. Как и супруга Эдварда Элизабет, она умерла, произведя на свет одиннадцатого малыша в съемном жилье в Госпорте в 1823 году. Вторую жену, спутницу и хозяйку, Фрэнсис весьма благоразумно выбрал из ближайшего окружения своей семьи: ею стала Марта Ллойд, верный друг и компаньонка его сестер, которой уже исполнилось шестьдесят три года. Марта согласилась выйти за него и взять на себя заботу о его доме и семье. Дети Фрэнка проявили недовольство таким поворотом, как и тетушка Ли-Перро, подумывавшая было оставить ему в наследство свой дом, Скарлетс. Но его она, как мы уже знаем, завещала Джеймсу Эдварду, а Фрэнсису выплатила единовременно десять тысяч фунтов, чему он был только рад, поскольку это позволило ему купить собственный дом, Портс-даун-хаус, под Портсмутом. А тут и продвижения по службе и в чинах не заставили себя долго ждать: в 1830 году он стал контр-адмиралом, одним из последних награжденных Вильгельмом IV кавалеров ордена Бани III степени, а в 1838-м — вице-адмиралом.

Чарльза, также продолжавшего службу во флоте, трудолюбивого и добросердечного, как и все Остины, преследовали невзгоды и бедность. В 1820 году он женился на сестре своей усопшей жены и обрел с ней вторую семью, ко всеобщему неодобрению. Много лет он служил в береговой охране Корнуолла, а когда в 1826 году получил наконец корабль под свое командование и возвратился на морскую базу в Вест-Индии, сильно пострадал при падении с мачты и целых восемь лет был вынужден провести на суше. На тридцать лет он застрял в капитанах. В 1838 году снова вышел в море, ходил в Средиземноморье с двумя своими сыновьями и в конце концов дослужился до контр-адмирала — чтобы в семьдесят три года умереть от холеры в Бирме, будучи командующим Ост-Индской морской базой. Его невезение настойчиво преследовало и некоторых из его потомков. Если дети и внуки его братьев оставались представителями среднего и высшего классов, то семьи наследников Чарльза скатывались все ниже по социальной лестнице^[236].

После того как Марта вышла замуж за Фрэнка, Кассандра еще семнадцать лет жила одна в чотонском коттедже, занимаясь вязанием, шитьем и садом. Поблизости, в Чотон-хаусе, проживал ее племянник Эдвард Найт-младший, а еще она иногда навещала Фрэнсиса с Мартой да время от времени говорила с племянницами и внучатыми племянницами о Джейн. Тогда-то она и поведала Каролине о поклоннике Джейн из Девоншира. А дочь Фрэнка Кэтрин впоследствии вспоминала слова Кэсс о том, что «некоторые из ее [Джейн] писем, исполненные торжества над замужними женщинами из их окружения и радости собственной свободе, были весьма забавны». Образ торжествующей Джейн, отпускающей шутки в адрес окружающих, разительно отличается от того, что постарались создать ее родственники, и в то же время так правдоподобен… Жаль, что эти письма не сохранились.