Читать книгу - "Среди богов. Неизвестные страницы советской разведки - Юрий Колесников"

Стоявшие близко к генсеку ВКП(б) партийные деятели, знавшие его крутой нрав, чтобы выслужиться и оправдать доверие, доказать безграничную преданность, всячески подогревали и без того повышенную подозрительность Сталина новыми сенсационными раскрытиями негативных явлений и дурных настроений в той или иной части населения, нашёптывали про якобы имеющие место «неправильные», «вредные», «антипартийные», антигосударственные» и «шпионские» действия.

В юношеские годы семинарист Иосиф Джугашвили в Бога не верил и позднее на его помощь не рассчитывал, а с противниками расправлялся решительно. Полагал и сейчас, что только так нужно избавляться от недругов, лишить внешних врагов возможности создать в стране «пятую колонну».

Средневековый перехлёст губительно сказывался на стране в целом, на её обороноспособности, удручающе действовал на народ, на экономику, культуру, на настроение людей.

Возникавшие в этой связи неудачи генсеку приходилось расхлёбывать. Он лавировал.

Этим в определённой мере объясняется «странная война» союзников с Германией. Их стратегическая цель состояла в том, чтобы уничтожить большевизм в России и заодно лишить её природных ресурсов как основного экономического потенциала.

В свою очередь, и германские войска вели себя «по-джентльменски». Не беспокоили англо-французских противников. На суше заигрывали с ними. А на море как бы между прочим наносили чувствительные удары. Один только линкор «Адмирал граф Шпее» за первые три месяца военных действий потопил семь, а в декабре ещё три судна. Общие потери англо-французских союзников за полгода этого же периода составили более четырёхсот судов, тоннаж которых достигал полутора миллионов!

Немцы тоже, конечно, несли потери, но гораздо меньшие. Правительства Англии и Франции, ожидая столкновения нацистов с большевиками, заботились больше о том, как отвлечь свои армии от безделья, аморфности и начавшегося разложения. Они настолько увлеклись досугом личного состава, что стали проводить в войсках спортивные состязания, устраивали всякого рода развлечения; французское командование, например, закупило около пятнадцати тысяч футбольных мячей. Премьер-министр Даладье издал декрет об отмене налогов на игральные карты, чтобы они стали более доступными скучавшим фронтовикам. В некоторых частях создавались специальные «службы развлечения», в которых не последнее место занимали девицы, промышлявшие первой древнейшей профессией.

«Горячка антикоммунизма достигла своего пароксизма и приняла формы эпилепсии», – писал далёкий от симпатий к СССР французский журналист Кериллис. Задавал тон глава правительства Великобритании Чемберлен. Он спал и видел большую коалиционную войну против Советского Союза, в которой вместе с Францией участвовали бы Германия и Соединённые Штаты Америки.

Знал об этом генсек Сталин? Несомненно.

Комитет начальников штабов Великобритании в разработанном в том же октябре 1939-го, сразу после разгрома Польши, плане военных действий против СССР, в частности, отмечал: «Если уничтожить русские нефтепромыслы – все они представляют собой разработки фонтанирующего типа и поэтому могут быть без особого труда разрушены, – то нефти лишится не только Россия, но и любой союзник, который надеется получить её у этой страны».

Как должен был реагировать глава Советского государства, когда ему стало известно об этом? Вывод для него оставался прежний:

– Не поддаваться на провокации ни той, ни другой стороны. Вооружаться. Наращивать военный и экономический потенциал. Днём и ночью. Беспрерывно. Использовать все возможности, все силы, все ресурсы. Людские и природные. Ничего и никого не жалеть. Вопрос может коснуться жизни и смерти Советского государства. Только аполитичные элементы способны недооценивать международное положение. Не понимать сложность обстановки – означает наносить вред социалистическому строительству, становиться на путь измены, предавать завоевания Великого Октября. Мы на это не пойдем и подобного не допустим!

После короткой паузы генсек продолжил:

– Для этого у нас имеются необходимые средства, соответствующие возможности и настоящие большевики.

Зал содрогался от рукоплесканий, от одобрительных возгласов.

…Между тем Чемберлен настолько уверовал в правильность проводимой его кабинетом политики, что, выступая в палате общин, высмеял германского фюрера, грозившегося некоторое время назад преподнести своим противникам «молниеносную» войну. Но вот, дескать, прошло более полугода, а положение остаётся прежним. На фронте без перемен…

Чемберлен считал, что немцы не обладали реальными возможностями для осуществления своего замысла, а Гитлер безвозвратно упустил момент, так как за истекшее время Великобритания и Франция увеличили свою военную мощь до ранее недостававшего уровня.