Читать книгу - "Восток - Запад. Звезды политического сыска. Истории, судьбы, версии - Эдуард Макаревич"

Символичный, пропагандистский мир, созданный в Германии Гитлера, ежедневно держал в своих объятиях почти 70 миллионов немцев. Групп сопротивления было крайне мало, да и те пали под ударами гестапо. Последняя летом 1944 года — заговор генералов обернулся массовыми казнями и тюремными заключениями. Были сопротивленцы из числа интеллигенции, что в душе восставали против режима. Но, конечно, на массовое явление это не тянуло.

Интересно и другое. Судьба и участь тех групп сопротивления, что прошли через гестаповские застенки и нацистские суды — самые известные: «Красная капелла» и «Белая роза», — так и не всколыхнули немцев. «Предатели и есть предатели!» — думало большинство. Отечество, Гитлер и нацизм оставались вне сомнений. Конечно, настроение немцев до 1941 года и после 1942-го было разное. До 41-го — безраздельная поддержка режима, зачастую переходящая в любовь, после 42-го накатывающаяся апатия, некоторое безразличие, в ряде случаев переходящее в раздражение. Но в массе своей это настроение никогда не становилось возмущенным, агрессивным по отношению к власти. Немцы верили и подчинялись власти до конца.

Это самое выдающееся достижение Геббельса. Мир символов, мир пропаганды и массовой культуры держал немца лучше любого штыка. Да, радио и кино, газеты и митинги, воспитание и образование в школе и «Гитлерюгенде», акции в стиле «паблик рилейшнз» — «Зимняя помощь», «Наши враги мешают нам жить», организация «Сила через радость», и десятки других — в наступлении на сознание и настроение немцев достигли наивысшей эффективности. За счет чего? Конечно, за счет мастерства пропагандистов, деятелей массовой культуры и главного организатора доктора Геббельса. Но и за счет науки.

В 20-е и 30-е годы двадцатого века в Германии велись интенсивные исследования в сфере пропаганды. Они отражали и нацистские взгляды и требования. В этот период заметны работы профессора Э. Дофифата, автора двухтомного труда «Газетная наука», профессора О. Грота, автора четырехтомника «Газета», социолога Э. Ноэль-Нойман, у которой в 1940 году вышла монография «Изучение мнений и масс в США». Все они работали в Институте Дофифата при Берлинском университете. В 1937-1941 годах в этом институте были опубликованы десятки трудов по вопросам пропаганды, журналистики, общественного мнения. Один из учеников Э. Дофифата тогда вывел основные законы публицистики: закон умственного упрощения, закон ограничения материала, закон вдалбливающего повторения, закон субъективности, закон эмоционального нагнетания. Эти законы неплохо корреспондировались с пропагандистскими постулатами, изложенными Гитлером в «Майн кампф». В те же годы Э. Ноэль-Нойман писала: как в США, так и в Германии существует взгляд, что «без участия и поддержки общественности правительство не имеет права на существование». И это общественное мнение, по Э. Ноэль-Нойман, необходимо изучать в целях более эффективного воздействия на него через прессу.

Вот за что ухватился Геббельс, прочитав Э. Ноэль-Нойман. Пропаганда дурна, а то и бесполезна, если она действует вслепую, без изучения реакции на пропагандистские усилия, без выяснения общественного мнения, без представления о настроениях людей. Да и не просто людей, а целых социальных групп и слоев. Он говорил: «Я должен точно знать, насколько хуже или лучше был принят фильм, который мы оценили как хороший. Все случившееся в обществе среди людей, все политические, экономические, культурные события должны регистрироваться и изучаться с точки зрения психологии для ведения пропаганды». Поэтому нужна разведка политических мнений, неотрывный мониторинг настроений.

И кто же эту разведку должен вести? «Ну, конечно, политическая полиция», — подумал Геббельс. Здесь он вспомнил свою встречу в начале 1933 года с Вальтером Николаи, шефом германской разведки в Первую мировую войну, и его совет: создать разведывательную службу по линии пропаганды33. Хотя тогда речь шла о пропаганде на зарубежные страны, но почему бы эту идею не распространить на внутреннюю пропаганду? Политическая полиция должна обеспечивать процесс пропагандистского влияния на человека, размышлял Геббельс, и обеспечивать не только разведкой настроений и мнений, но и подавлением оппозиции, альтернативных точек зрения и выступлений, в том числе и иностранного радио. Единство пропаганды и политической полиции увеличивает на порядок мощь воздействия на человека — вот к такому открытию пришел однажды доктор Геббельс.