Читать книгу - "Сталинградская Богородица - Валерий Шамбаров"

Борьба Советского Союза становилась ориентиром для других народов. Они привыкали оглядываться на нашу страну, связывать с русскими надежды на собственное освобождение. В Югославии никакие зверства не помогали задушить партизан. В 1942 г. гитлеровцы, итальянцы, болгары, хорватские усташи, а также и сербские четники, превратившиеся в их союзников, организовали вторую масштабную операцию против повстанцев. Оцепили мятежные районы, планомерно сжимали их. Штаб Тито приказал своим бойцам уходить в Боснийску Краину Партизаны прорывались окружений штыками и гранатами, просачивались горными тропинками.

Но на маршах разобщенные и поредевшие отряды стягивались вместе. Присоединялись крестьяне и горожане, возмущенные бесчинствами карателей. Бегство превратилось в наступление! Повстанцы очистили от неприятелей значительную территорию в западной Боснии и Словении, возникла так называемая Бихачская республика. Развернулось формирование уже не отдельных отрядов, а бригад Народно-освободительной армии. Потом бригады стали сводить в дивизии. В ноябре 1942 г. в Бихаче было созвано Антифашистское вече народного освобождения. Четники, сторонники прежнего королевского правительства, окончательно себя скомпрометировали, и вече приняло решение – власть в стране передается народу, сражающемуся против фашистских захватчиков и их пособников. Вместо королевства провозглашалось образование Народной республики Югославия.

В Польше наряду с Армией Крайовой, ориентирующейся на лондонское эмигрантское правительство, появились структуры коммунистической Гвардии Людовой, ею руководили из Москвы. Произошло здесь и первое открытое восстание против оккупантов, в Варшавском гетто. Основную часть еврейского населения, около 300 тыс. человек, осенью 1942 г. отправили в Треблинку на уничтожение. Немцы оставили 60 тыс. евреев покрепче и помоложе, которых использовали на разных работах. Но и их со временем намечали ликвидировать.

Евреи догадывались, что терять им нечего. Сионистские подпольные группы объединились с коммунистическими, доставали оружие. Возникли формирования численностью около 500 человек. Ликвидацию гетто немцы не без издевки назначили на 19 апреля 1943 г., вечером этого дня начинался Песах, иудейская Пасха. Но когда подразделения вермахта, литовские и украинские батальоны СС вошли в гетто, по ним был открыт огонь, они понесли потери. Гитлеровцы не стали штурмовать гетто. Они вызвали бомбардировщики, сформировали команды саперов и факельщиков. Принялись планомерно поджигать дома, выкуривая евреев. Повстанцы укрывались в канализационной системе, перебирались по трубам. Их обрабатывали ядовитым газом, закидывали колодцы полуразложившимися трупами.

В ночь на 14 мая помогла советская авиация. Два часа бомбила казармы СС. Это отвлекло врагов, позволило некоторым евреям выбраться. Пыталась помочь и польская Гвардия Людова. Но надо сказать, что пробританская Армия Крайова никакой поддержки евреям не оказала. А многие варшавяне собирались просто поглазеть на редкое зрелище. Толпились и любовались, как горят дома, как мечутся полыхающие живые факелы. Даже подсказывали германскому оцеплению, где из домов выскочили люди, куда открыть огонь. С удовольствием глазели и на тех, кого захватили в плен – среди карателей прошла установка, будто молодые еврейки прячут пистолеты в нижнем белье, и их раздевали догола. К 16 мая с восстанием было покончено. При подавлении было убито 18 немцев и 93 ранено. Украинские и литовские потери не считали. В гетто перебили и сожгли 12–13 тыс. человек, 56 тыс. отправили в концлагеря. Около 3 тыс. сумели вырваться из ада и скрыться.

Но даже такие вспышки не шли в сравнение с партизанской войной, расплескавшейся по оккупированным территориям СССР. Поначалу враги строили прогнозы, что она должна пойти на спад к зиме – в лесах станет холодно, голодно. Партизаны станут расходиться по деревням, и их нетрудно будет выловить. Но лесные воины вырабатывали опыт выживания в зимних условиях. А вместо того чтобы рассыпаться, они начали объединяться в крупные соединения. Тут-то сыграли ключевую роль партийные органы – подпольные обкомы, райкомы. У них была связь с Москвой, из-за линии фронта прилетали самолеты, сбрасывали снабжение, строились лесные аэродромы. Появились признанные вожди, настоящие народные герои – Ковпак, Бегма, Вершигора, Федоров и др.

Блокировать партизанские районы не удавалось. Крупные соединения прорывали заслоны и применили новую тактику – выступали в дальние рейды. Зимовали в дороге, передвигаясь от села к селу, разгоняя полицейские гарнизоны [60, 135]. В 1943 г. сменилась и главная партизанская специальность. Москва нацеливала партизан осваивать профессию подрывников. Через фронт посылали инструкторов, краткие и доходчивые наставления. В отрядах создавались специальные курсы. Взрывчатку тоже присылали с «Большой земли» или добывали на месте, собирали по местам боев неразорвавшиеся снаряды, бомбы. А ведь вражеские железнодорожные коммуникации растянулись на сотни километров от границ до передовой! Теперь они очутились под ударами. На перегонах загремели взрывы, громоздились обломками воинские эшелоны, товарные поезда.

Что же касается друзей и сателлитов Гитлера, то для них зимние сражения 1942/43 г. обернулись отрезвляющим душем. Казалось – выбрали выигрышную сторону, победа гарантирована, можно заранее примерять и оценивать приобретения. Но химеры вдруг стали таять. Засуетились японцы. Настаивали, что необходимо срочно мириться с СССР, а еще лучше – заключить с ним союз и воевать с западными державами. В Италии после гибели в России 8-й армии прокатились массовые забастовки и демонстрации. Люди писали на транспарантах: «Хлеба, мира и свободы». Муссолини согласился с японцами, обратился к Гитлеру и доказывал, что со Сталиным надо заключать мир и перебросить все силы против США и Англии. Прикрыть от вторжения Италию, отбить утраченные африканские колонии.

Антонеску никак не хотелось возвращать Молдавию, Транснистрию, поэтому он ухватился за противоположную идею – предлагал мириться с Вашингтоном и Лондоном, а с русскими продолжать войну. Крепко призадумалась Финляндия. Маннергейму вдруг приспичило лечиться в Швейцарии. Здесь он через представителей нейтральных стран принялся наводить контакты с американцами. В руководстве Венгрии одна группировка заговорила о примирении с русскими, другая – с Западом, и Хорти тоже засобирался «лечиться» в Швейцарию. Словакия вывела из России свой разгромленный корпус. Уклониться от дальнейшего участия в войне не осмелилась, но после переформирования направила на восток уже не корпус, а одну «Быструю дивизию» из добровольцев.

Выискивая подкрепления, Гитлер надумал привлечь к операциям в России Болгарию. Но советники и «пророки» царя Бориса из «Всемирного белого братства» отчетливо соображали, что дело пахнет жареным. Внушали ему, что выгоднее выступить миротворцем. Борис прилетел к Гитлеру, о чем-то беседовал, а на обратном пути почувствовал себя плохо и скончался. Одни исследователи полагают, что немцам не понравились предложения Бориса и его отравили. Другие – что его отравили собственные приближенные. Третьи – что сердце Бориса, и без того расшатанное алкоголем, не выдержало взбучки от фюрера.

Недовольство стало проявляться даже в самой Германии. В Мюнхенском университете обнаружилась подпольная организация «Белая роза». Правда, она состояла лишь из шести человек, только один раз составила и раскидала листовки. Всех участников сразу взяли и обезглавили на гильотине. Но случай был вопиющим для Третьего рейха, до сих пор не наблюдалось ничего подобного! Ко всему прочему, для восполнения потерь в России выскребали не только солдат. Забирали зенитки, истребители из тыловых районов. А в Англию как раз стали прибывать эскадрильи американских «летающих крепостей». С весны 1943 г. союзная авиация начала регулярные бомбежки немецких городов. Поддержанию «духа нации» это никак не способствовало.