Читать книгу - "Царевна Софья и Петр. Драма Софии - Андрей Богданов"

А правление внутреннее государства продолжалось во всяком порядке и правосудии, и умножалось народное богатство.

И в 7193 (1684/85) годех[394]для подтверждения мира с поляки был держан совет в Палате, что с поляки ли мир подтвержать и аллианс противу татар учинить — или войну с поляки начать, а мир с татары учинить.

И о том было в Палате двух мнений противных, а именно, царевна Софья и князь Голицын (с) своею партиею были той опинии (точки зрения; букв.: мнения), чтоб мир с поляки подтвердить и войну против Крыму начать. Но другая партия бояр, как князь Пётр Прозоровской[395], Фёдор Петров сын Салтыков[396]и другие, были того мнения, чтоб войну против поляков начать.

И за несогласием тем (обсуждение вопроса) продолжалося 6 месяцев. И, наконец, согласилися мир с поляки подтвердить и аллианс с ними против Крыму учинить. И в 7194 (1986)[397]десяти договорам подтверждение учинено и аллианс заключен.

И в 7194 (1687) году война противу крымцов деклярована (объявлена) и бояре и воеводы с полками назначены. А именно: в Большом полку или воевода-аншев (главный воевода) — князь Василий Васильевич Голицын, а с ним товарищи, бояре с полками Алексей Семенович Шеин[398], Борис Петрович Шереметев, князь Василей Дмитриевич Долгорукой[399]и протчие, как увидишь о том в Разрядной книге обстоятельнее[400].

И вся Москва и городы, или все шляхетство было в том походе[401], что считалось с двести тысяч войск, и с гетманом казацким.

И того лета войска маршировали степью, и за поздним временем не могли дойти до Крыма, и поворотилися без всякаго плода. И при повороте сделали город Самару в степи, впредь для пристани, и тут все снаряды тяжелые оставили.

И на другое лето 7197 (1689)[402]году те ж воеводы с войски своими марш во(с) прияли к Крыму. И по приходе к Перекопу стояли три дни и учинили с татары перемирие. Также назад все войска поворотились без всякого плода.

Сие было первое падение князя Голицына к его несчастию.

И при повороте его, князя Голицына, из другаго (второго) походу царь Пётр Алексеевич не хотел допустить (его) своей руки целовать, как то обыкновенно было чинено.

Теперь напомянем о другом дворе — царя Петра Алексеевича и матери его, царицы Натальи Кирилловны, коим образом проводили свое время во все то правление царевны Софьи Алексеевны. А именно: жили по вся лето в Преображенском своим двором, аж до самой зимы, а зимою жили на Москве.

А двор их состоял из бояр, которые их партии были: князь Михайло Алегукович Черкаской[403], князь Иван Борисович Троекуров[404], князь Михаил Иванович Лыков, родом Урусов(ы)[405], родом Нарышкины, князь Борис Алексеевич Голицын кравчий, родом Стрешневы[406]; да спальники, которые привязаны все по чину своему и, почитай, все молодые люди были первых домов.

И царица Наталья Кирилловна[407]и сын ея ни в какое правление не вступали и жили тем, что давано было от рук царевны Софьи Алексеевны. И во время нужды в деньгах ссужали (их) тайно Иоаким патриарх, также Троице-Сергиева монастыря власти и митрополит Ростовский Иона[408], которой особливое почтение и склонность имел к царскому величеству Петру Алексеевичу.