Читать книгу - "Битва в Арденнах. История боевой группы Иоахима Пейпера - Чарльз Уайтинг"

«Я стал фаталистом. На меня и на моих солдат навесили клеймо отбросов общества, и эту печать уже не отмыть. Нас изображают немецкими бандитами, подобными Аль Капоне, с двумя револьверами под мышками и автоматом в руках… Я ушел во внутреннюю эмиграцию.^[79] Пусть так называемое правительство делает что хочет. Германия? Да не смешите меня. Мальмеди? Кто помнит это название и кому до него есть дело? Уже никто, никто не наведет порядок. За последние двадцать пять лет было произнесено слишком много лжи».^[80]

В Арденнах сейчас мало что напоминает о той декабрьской неделе 1944 года. В Бюллингене, Бонье и Линьевиле стоит достаточно много памятников, но все они поставлены в честь погибших американцев. За этими памятниками заботливо ухаживают, к ним издалека приезжают делегации, чтобы почтить память молодых людей, которые пришли «нести освобождение» и поплатились за эту благую цель своей жизнью. Но никаких памятников 1-й танковой дивизии СС — «Лейбштандарту Адольф Гитлер» здесь, разумеется, нет.

Однако знающему глазу все же откроются сохранившиеся следы их лихорадочного кровавого броска сквозь хвойные леса Арденн четвертьвековой давности. В деревушке Пото, например, местные жители до сих пор показывают заинтересованным гостям глубокие борозды на ярко-зеленых полях, оставленные 72-тонными «Королевскими тиграми» Пейпера хмурым утром 18 декабря. Пастбище в Рехте сейчас называют «Хансеновым полем», хотя никто не помнит почему, кроме одного старика, который рассказал о том, что на нем похоронены 103 солдата полка панцергренадеров Хансена, убитые в ходе попыток форсировать Амблев и выручить окруженных в Ла-Глез товарищей.

Путь Пейпера к Маасу и сейчас можно проследить по приметам: вот ряд кратеров в полях под Лодомезом, где колонны Пейпера попали под бомбардировку самолетов 365-й эскадрильи; вот переломанные деревья на высотах вокруг Труа-Пон, скошенные артиллерийским огнем, которым был остановлен разведывательный батальон майора Книттеля, пытавшийся отбить мост в Ставло; вот залитые водой траншеи в лесах над Стумоном там, где была линия периметра американцев — если долго рыскать по лесу, можно найти гильзу от 75-миллиметровых снарядов с выдавленной на них датой «1944» или деревянную рукоять с куском ржавого металла на конце, рассыпающегося от прикосновения, который когда-то был немецкой гранатой на деревянной ручке…

Так, следуя за приметами, вы наконец оказываетесь на извилистой дороге, ведущей в маленькую мертвую деревню Ла-Глез. Здесь прямо на вас смотрит единственный доживший до наших времен танк из тех десятков, которые Пейпер уверенно бросил вперед утром 16 декабря. Это «Тигр», такой же грозный и зловещий, как и в тот день, когда он впервые скатился по длинному склону из Труа-Пон вниз, в зеленую долину.