Читать книгу - "Венгерский бестиарий - Золтан Мадяр"

и упоминания о нем у Балажа Орбана, широкой известности этого необычного человека и появлению вокруг его имени новых и новых легенд немало способствовало то обстоятельство, что в 1930-х годах его предсказания печатались в эрдейском католическом календаре. Самые архаичные элементы его образа сохранились — это касается и многих других вещей — в Димеше. В текстах связанных с ним преданий упоминается и его вещий конь, точнее оставленный копытом коня след в каменной глыбе; но все же главное, конечно, это его предсказания, которые в основном говорят о грядущих природных катаклизмах и о невиданно жестоких, кровавых войнах.

Ведьма. © Дюла Немет

Как показывают и некоторые калотасегские примеры, мифологема, связанная с талтошами, не ограничивается местами проживания секеев и чанго: в Мезёшеге собиратели фольклора обнаружили, что народ здесь тоже помнит по крайней мере трех прославленных в свое время предсказателей. Хотя данные эти относятся к XX веку, некую мифическую ауру сообщает этим предсказателям тот факт, что никто не может вспомнить их имен. Наиболее, пожалуй, заслуживают интереса предания, связанные с фигурой «воскресшей» из мнимых покойников, «затаившейся» Фехер бабы (Белой бабы) из Сентмате [280]. Эта действительно существовавшая героиня легенд (по сведениям, сохранившимся в Сентмате, ее звали Маришко Верешш Куташне) предсказывала будущее, как и ее секейфёльдские коллеги, однако фольклорные тексты, касающиеся ее личности, гораздо полнее и выходят за пределы указанного амплуа, сообщая ей, в сущности, ауру святой. Как рассказывают в деревнях Северного Мезёшега, она всегда ходила в белом (поэтому она — Белая баба); к ее гробу, выставленному в церкви, слетели два белых голубя, в знак того, что ей нужно открыть лицо; она ожила, после чего, куда бы она ни шла, эти два голубя сидели у нее на плечах; родившемуся ребенку она предсказывала его судьбу, предсказала она и дату собственной кончины.

[273] Варашфенеш — село в Трансильвании, Румыния; румынское название: Финиш.

[272] Фекете-Кёрёш (Черный Кё­рёш) — река в Трансильвании, Румыния; румынское название: Кришуль Негру.

[271] Вероятно, здесь подошло бы понятие «шаман» — не будь оно тесно связано с сибирскими этносами, с сибирским контекстом. В европейское окружение оно, даже со всеми допущениями, никак не встраивается. Поэтому я оставил в переводе венгерское слово «талтош». По всей видимости, это примерно такая же фигура, как «вдохновенный кудесник» из «Песни о вещем Олеге» Пушкина; но не называть же персонажа венгерского фольклора кудесником!

[280] Сентмате — де­рев­ня в Трансильвании; ру­мынское название: Матей.

[279] Касон — село в Трансильвании, Ру­мыния; румынское название: Плэещи-­де-Жос.

[278] Чик — исторический округ в Трансильвании, Румыния; румынское название: Чук.

[277] Нирё, Йожеф (1889−1953) — венгерский писатель, родившийся и выросший в Трансильвании. Роман «Бенце Уз» вышел в 1936 г.

[276] Фенёкут — село в Трансильвании, Румыния; румынское название: Фынтына Бразилор.

[275] Поскольку речь идет о XV−XVI вв., то имеются в виду крымские татары, служившие в армии турецкого султана.

[274] Кирайхаго (в переводе: Королевский Перевал) — село в Трансильвании, Румыния; румынское название: Буча.

Талтоши были. Тут у нас был старик столетний, он много чего предсказывал. Говорят, это он предсказал птиц железных. Железные птицы будут летать по воздуху. И будут такие кони, которые землю вздыбят. Много-много всего предсказывал старик этот. И про погоду, и про конец света. Когда конец света придет, будут в небе знамения, и будут природные катастрофы. А звали его — Бенце Уз. Здесь он жил, в Димешах. И сказал он тогда: тысяча закончится, а другая тысяча закончиться не успеет. Ну, а кто его знает, это же знать нельзя [281].

[281] Gyimes: Sántatelek: Magyar Zoltán: A csángók mondavilága. Gyimesi csángó népmondák. Budapest, 2003, Balassi Kiadó, 542–543.

Талтош. Компьютерная графика. © Дюла Немет

Чернокнижник. Линогравюра. © Иштван П. Сатмари

В венгерских народных верованиях чернокнижник — это человек, обладающий сверхъестественными знаниями и способностями. В середине XX века чернокнижники во многих местностях еще су­ществовали и функционировали как живые люди, однако к концу века представления о них в народной культуре ощутимо по­блекли. Исключительно популярным этот образ был в задунайской и северной частях Карпатского бассейна, в восточном же сегменте венгерского языкового пространства встречался и встречается редко, а в Альфёльде в значительной мере смешивается, сливается с поверьями о талтошах, причем поверья эти перенимают у чернокнижников, например, такую функцию, как демон непогоды. Первое упоминание чернокнижника найдено в составленном в 1514−1519 годах Кодексе Корнидеса (Cornides-kódex), причем в форме garabonchas, — слово это происходит от греческого слова nekromanteia (вызывание духов), которое попало в венгерский язык через латинский, а точнее, через итальянский язык.

Названия подобного человека бытуют и у соседних народов: немецкое Fahrende Schüler, словенское cernošolec, хорватское crna školar, словацкое černokažník, польское и русинское planetnicy и planétnyky, румынское olomonar; почти везде этому персонажу приписывается приобретенная в школе черной магии способность управлять погодой. Как это явствует из многих названий, на формирование данного поверья оказали влияние нарративные традиции, связанные со средневековыми бродячими школярами-грамотеями (ваганты, голиарды).

Венгерский чернокнижник (гарабонциаш), таким образом, во всех отношениях является частью европейского фольклора. Сама мифологема эта почти на 100 % выросла из тех же мотивов, из тех же историй, которые в качестве бродячих сюжетов были известны у других народов Европейского континента. Если мы все же ощущаем ее как мифологему специфически венгерскую, то главная причина этого — общевенгерская распространенность и, достойное всяческого внимания и с эстетической точки зрения, яркое наследие народной поэзии.

Один из определяющих элементов в поверьях, связанных с чернокнижниками, — это способ получения тех знаний, на которых основывается их могущество. Предрасположенность человека к поприщу чернокнижника проявляется уже в том, что он, подобно талтошам (и подобно другим людям, которым суждено проявить себя на стезе мага), рождается сразу с зубами, а спустя какое-то время (в возрасте семи или двенадцати лет) исчезает из дому, чтобы где-то на чужбине (в университете, в академии) учиться черной магии, искусству колдовства. Семилетнее обучение в школе, упоминаемое в эрдейских фольклорных текстах, — значимый мотив и в историях об одержимых бесом попах. Общим для обоих комплексов поверий является и то, что магию в этих школах преподает «профессор», обладающий качествами демона, или некая «духовная рука», которая появляется прямо из стены; по завершении курса у «профессора» остается — в качестве платы за