Читать книгу - "Морские титаны - Александр Калантаев"

Быков, временно потерявший сознание, пришел в себя, когда к борту шлюпки подошел миноносец На палубе слышалась чужая, лающая речь, а на гафеле длинной, как шест, мачты полоскалось ярко–красное полотнище турецкого флага. Уйти русские моряки не могли — на всю шлюпку–шестерку уцелело одно весло! Эсминцы 4–го дивизиона едва видимыми точками крутились у берега, подбирая большую часть команды незадачливого корабля, сумевшую добраться до своих.

Капитана поднимали на палубу одним из первых. Матросы «Прута», как могли аккуратнее, обвязали своего командира брошенным с миноносца концом.

— Якши, якши! О–о-о, гяур–капудан! Халих малек, — щебетали двое турецких моряков, принимавших Быкова у леерных ограждений.

Это были первые пленные начавшейся на Черном море войны. Эсминцы сопровождения «Гебена» — «Самсун» и «Ташос» — выловили еще 74 русских моряка. 202 члена экипажа, покинувшие «Прут» раньше, вернулись домой. Их подобрали эсминцы и вышедшая из Севастополя подводная лодка «Судак».

«Гебен», устроивший погром у русских берегов, успел уйти. Только шлейф черного дыма грязно висел в октябрьском воздухе. Эсминцы турок развили самый полный ход, догоняя линейный крейсер. Война, в которую так не хотелось верить командующему Черноморским флотом адмиралу Эбергарду, началась. Но корабль, шедший к турецким берегам, еще вернется к Севастополю.

Так что же это был за корабль, серым призраком появившийся у берегов Крыма и посеявший панику не только среди обывателей, но и среди моряков Черноморского флота России? И как получилось, что один из лучших линейных крейсеров кайзеровской Германии оказался вдруг у ворот Севастополя?

Российский историк Александр Больных пишет: «Значение этого корабля в мировой истории западные историки считают более серьезным, чем у крейсера «Аврора». Залп «Авроры» возвестил о наступлении новой эры, однако наступила она лишь потому, что «Гебен» появился в Константинополе. Строится примерно такая логическая цепочка: «Гебен» пришел в Константинополь, поэтому Турция вступила в войну на стороне Германии, это привело к закрытию черноморских проливов и союзники не смогли наладить нормальные поставки в Россию техники и вооружения, Россия была разгромлена, что и привело к власти большевиков».

Нужно сказать, что западная историография часто грешит необъективностью, и сага о «Гебене» исключением не стала. И все же свой весомый вклад в расстановку сил перед Первой мировой войной и в ее конечный итог этот замечательный корабль внес Но начнем по порядку.

Германия, в ответ на появление у англичан линейного крейсера «Инвинсибл», заложила в 1909 году свой корабль подобного типа— «Фон дер Танн». Линейные крейсера, развившиеся из класса броненосных крейсеров, являлись в принципе разновидностью линкоров, правда, менее защищенных броней, но обладавших более высокой скоростью. Именно последнее качество, в совокупности с мощной артиллерией, более всего импонировало «неутомимому реформатору» Королевского флота Великобритании адмиралу Джону Фишеру. Только такой корабль, по его мнению, мог считаться идеальным.

Линейные крейсера развивались одновременно с дредноутами, быстро сравнявшись с ними, а затем и перегнав по своим размерам. Скорость становилась приоритетной. Масса их машин составляла 11— 15 процентов от общего водоизмещения, в то время как на линкорах вес паросиловых установок не превышал 7 —8,5 процента Именно погоня за мощностью (и соответственно скоростью) приводила к увеличению внутренних объемов судна, отведенных под машинное отделение. Разумеется, разрастался и весь корабль.

Не являясь из‑за ослабленной брони рекордсменами по весу, по длине эти гиганты превышали даже авианосцы. Нет ничего удивительного, что в период между двумя мировыми войнами самым большим кораблем оказался опять‑таки линейный крейсер. Им стал британский «Худ», ведущий свою родословную от любимца Фишера, знаменитого «Инвинсибла». Но это будет несколько позднее, а пока, перед Первой мировой войной, только три страны мира смогли обзавестись подобным дивом — Англия, Германия и Япония.

«Инвинсибл» («Непобедимый») произвел сенсацию в военно–морских кругах и стал предметом особого обожания и гордости флота и страны. О недостатках проекта тогда старались не говорить, а точнее, просто не догадывались. Слабой являлась броневая защита, но имелись и другие минусы. Чего стоило одно лишь размещение башен главного калибра на спардеке (в средней части корабля). Так как, по мнению Фишера, от подобного корабля всегда будут убегать все, кроме дредноутов, две башни разнесли по бортам, что позволяло вести огонь вперед по курсу линейного крейсера. С учетом носовой башни мощь огня «Инвинсибла» была в этом случае внушительной — 6 орудий калибром 305 мм каждое. О том, как работать наводчикам на спардеке после выстрела этой башни, в сплошном дыму, закрывающем нос корабля, проектировщики не подумали. Впрочем, ведение огня при погоне «нос в хвост» случалось крайне редко, и морским артиллеристам здорово повезло.

Для традиционного боя — бортом к противнику — инженеры применили на «Инвинсибле» неординарное решение: башни, расположенные по разным бортам, были сдвинуты относительно друг друга, что позволяло пушкам работать в одном направлении, развернув башню левого борта вправо, и наоборот. Это английское «ноу–хау» так поразило мир, что прочно вошло в концепцию строительства крейсеров в нескольких странах.

Германским ответом на британский чудо–корабль стал «Фон дер Танн», вошедший в строй в 1911 году. Проект оказался более сбалансированным, чем английский, за счет уменьшения скорости и увеличения броневой защиты. Сами немцы остро критиковали своего адмирала реформатора Альфреда фон Тирпица за «незначительность» орудий главного калибра (280 мм против 305 мм у «Инвинсибла»), но отец Гохзеефлотте парировал все выпады, внятно объяснив, что видимость в Северном море почти круглый год не превышает 12 — 14 километров и подобный калибр вполне достаточен для такой дальности боя.

По «горячим следам» заложили еще два улучшенных образца: «Мольтке» и проект «Н». Причем Тирпиц очень торопился, и постройка двух гигантов началась без одобрения рейхстага. Оба корабля по компоновке имели много общего с первым германским кораблем подобного класса, но отличались большими размерами и установкой пятой, кормовой башни главного калибра, что увеличивало число тяжелых орудий до десяти (на «Фон дер Танне» их восемь). Не обошлось и без английского влияния — башни на спардеке были смещены относительно друг друга. Строительство поручили компании «Блом унд Фосс» в Гамбурге. Проект «Н», который сначала хотели продать Турции, вскоре получил гордое имя «Гебен» и создавался исключительно для усиления флота Германии. Но Турция линейный крейсер еще увидит!

28 марта 1911 года будущий «ужас Черноморского флота» был спущен на воду и окончательно введен в строй в августе 1912 года. Имя, которым окрестили новый крейсер, ко многому обязывало. Август Карл фон Гебен (1816–1880) — прусский генерал и писатель. Участвовал в судьбоносной для Германии войне с Францией в 1870–1871 годах, в ходе которой, командуя армией, разбил противника в ряде битв: при Гравелотте, Амьене и Сен–Кантене.

Выпустил несколько книг по военной истории и тактике. Столь знаменитому имени новорожденный корабль был под стать: при водоизмещении 25 300 тонн крейсер длиной 186 метров и шириной 29 метров нес в 5 башнях 10 орудий калибра 280 мм Вооружение дополнялось 12 пушками калибра 150 мм и таким же числом орудий калибром поменьше — 88 мм В подводной части корпуса «Гебен» имел четыре торпедных аппарата. Плавучую цитадель обслуживали 1053 человека экипажа. Броневой пояс толщиной 270 мм и защита палубы (50 мм) и броневой рубки (350 мм) обеспечивали обитателям крейсера безопасность и надежность. «Гебен» на испытаниях выжал из своих машин (52 тысячи л. с) почти 26 узлов (48 км/ч) и заслуженно вошел в когорту наиболее быстрых кораблей подобного класса в кайзеровском флоте.