Читать книгу - "Измена. Ты забрал мое сердце - Диана Фад"

— Хорошо, дай мне свой телефон, — вытягиваю руку, но дочь отступает от меня, — Даша, в чем дело? Мне нужно позвонить бабушке, сказать, что ты дома.

Обманываю дочь, но иначе мне никак не получить телефон.

— Нет, мама. Папа сказал, что ты не в себе, и я сейчас это вижу, — качает головой Дашка, — Тебе помогут, мам.

— Что?! — удивленно смотрю на нее.

— Папа договорится, у тебя будет хорошая отдельная палата, все удобства. Успокоишься, подлечишь нервы, и все будет хорошо.

— Я не больна! — выкрикиваю я.

— Конечно, папа сказал, что с тобой лучше сейчас не спорить. Ты отдохни, мам. Поспи, скоро папа приедет, и мы отвезем тебя в больницу. Не переживай, ты быстро поправишься.

— Даша! Ты идиотка? — вскакиваю с кровати, а дочь отпрыгивает за дверь, — Не смей уходить, когда я с тобой разговариваю. Какая еще больница?

— Мам, ты не волнуйся, я вижу, что тебе и правда плохо. Пожалуйста, я не хочу тебя запирать в комнате, — хнычет дочь.

— Что значит запирать, Даша?! — бегу к двери, как она захлопывается перед моим носом, и в замке поворачивается ключ, — Открой! — барабаню ладонями по крепкому дереву.

— Мама, подожди, сейчас папа вернется, — успокаивает меня из-за двери Дашка.

— Немедленно открой!

— Я тут, мам, ты не волнуйся. Я около двери посижу.

— Даша, вы все тут с ума сошли, что ли? — с испугом спрашиваю я, оседая на пол со своей стороны, — Дашка, я же нормальная, не больная, Даш!

— Да, мама. Конечно, мама...

Глава 35

— Ты почему на полу сидишь? — слышу строгий голос Стаса из-за двери.

— С мамой разговариваю, — отвечает Дашка.

Все это время я уговаривала дочь выпустить меня из комнаты или позвонить бабушке, но Дашка стояла насмерть. Нет, и все. Чем ее так зомбировал Стас, что дочь не хочет помочь родной матери.

— Выпусти меня! — кричу Стасу, ударяя ладонью по двери.

Совсем забываю про горло и вместо крика только надрываюсь от хрипа.

— Женя, я сейчас открою дверь, и мы с тобой поговорим, — слышу поворот ключа в замке и встаю с пола, отхожу за кровать, словно эта преграда мне поможет. Защитит от мужа.

Стас входит в спальню и снимает стильный темно-серый пиджак, заворачивает рукава черной рубашки. Закрывает дверь в комнату. Садится на пуфик у туалетного столика и достает из папки бумаги.

— Так вот, Женя, — смотрит внимательно на меня, — У тебя есть два варианта. Сейчас ты подписываешь эти бумаги, отказываешься от всего, что накатал на меня твой адвокат, в том числе и от развода. Да, мне уже сообщили, что ты заявила полный раздел имущества и счетов, которые якобы твои. Ты подписываешь отказ, и мы все забываем, что случилось. Живем дальше спокойно, как и было прежде. Второй вариант: ты подписываешь бумаги и катишься на все четыре стороны одна, без Даши и денег. В этом случае я отпускаю тебя и больше, надеюсь, не увижу. Правда есть еще и третий вариант, но я думаю, что тебе он не подходит.

— Ккакой... — заикаясь, спрашиваю я.

— Если ты не подпишешь бумаги, через полчаса я отправлю тебя в психиатрическую клинику, объявив недееспособной. В этом случае ты лишишься не только дочери, но и свободы. А счета, так или иначе, вернуться ко мне.

— Даша знает об этом? — тихо спрашиваю я.

— Конечно, нет, — удивляется Стас, — Я не собираюсь говорить дочери, что ее мать психически ненормальная.

— Какая же ты сволочь, — вырывается из меня.

— Ты не оставляешь мне выбора, — пожимает плечами Стас, — Я уже сказал тебе, что эти деньги не мои, а значит, я должен их отдать. Все просто, Жень. Ты захотела слишком много, больше, чем я могу дать. В данном случае я пойду на все.

— Где гарантия того, что я все подпишу, а ты не сдашь меня в больницу в ту же секунду? Да и как ты себе это представляешь? Нормального человека нельзя так просто упечь в психбольницу.

— Все можно, Жень, когда в руках власть. Но она не в твоих руках, вот в чем дело.

— Я пойду в полицию, все расскажу. Моя подпись не будет играть в таком случае никакой роли, так как сделана по принуждению.

— И опозоришь свою дочь? Как она вернется в школу, как будет учиться с детьми, чьи родители будут знать эту историю? А то, что все это получит большой резонанс в прессе, и так понятно. Ты пойдешь против своей дочери?

Сижу, смотрю на Стаса и в какой раз удивляюсь. Ну как я могла не увидеть в нем такого человека, каким он стал? Или муж всегда был таким, только я была удобной, тихой, заботливой, ничего не требовала, а сейчас вот такая, видимо, не устраиваю. Да так, что мне психушкой угрожают.

— Предлагаю четвертый вариант, — твердо говорю Стасу, — Сейчас ты выпускаешь меня из квартиры, а я обещаю подумать в течение двух дней над этими счетами.

— Нет, моя дорогая, так не пойдет, — усмехается муж, — Ты прямым ходом пойдешь снимать якобы побои, разнесешь все это на все газеты, интернет и нам с Дашкой не дашь жизни.

— Хорошо, я не буду заявлять на тебя. Просто дай нам с дочерью уйти.

— Иди, но без нее. Хотя... Можешь сама спросить, пойдет ли она с тобой? — разводит руки Стас.

— Ты так уверен в себе? Я все-таки мать, — делаю попытку нажать на Стаса, но тот лишь пожимает плечами, — Дай мне час подумать, это можно?

— Думай, у тебя час, — Стас демонстративно смотрит на свои дорогие часы и выходит из комнаты, снова закрывая дверь на ключ.

Хожу из угла в угол, как загнанный зверь в клетке. Я не знаю, что мне делать. Совершенно не могу найти выход. Если отказываюсь от денег, то не факт, что Стас меня отпустит, как обещал. Притвориться, что все нормально? Что я все осознала и какое-то время поиграть в семью? Тоже не вариант. Мне противно так жить, обманывая прежде всего себя. Что же делать?

Нужно выиграть время, вдруг про меня кто-нибудь вспомнит, тем более Эдуард знает, что сегодня заявление вступило в силу. Если я не буду отвечать на его звонки, может адвокат что-то заподозрит? В его практике, скорее всего, были такие случаи. Он же мне рассказывал их. Думай, Женя, думай. Тяни время.

Час пролетает, словно пара минут, и вот Стас снова в спальне, пунктуален, зараза, как никогда.

— Что ты решила, Женя? — спрашивает он, стоя в дверях и поигрывая золотым Паркером в руке, —