Читать книгу - "Операция "Горби" - Анна Гранатова"

С марта 1990 года по январь 1991 года — член Президентского совета СССР. На следующий день после назначения на этот пост подал заявление о выходе из состава Политбюро и сложил с себя обязанности секретаря ЦК. После роспуска Президентского совета назначен советником по особым поручениям президента СССР. В конце сентября 1991 года был назначен членом Политического консультативного совета при президенте СССР Горбачеве.

После ликвидации СССР с января 1992 года занимал пост вице-президента Фонда социально-экономических и политологических исследований. В конце 1992 года назначен председателем Комиссии при президенте Российской Федерации по реабилитации жертв политических репрессий. В 1993–1995 годах также возглавлял Федеральную службу по телевидению и радиовещанию и Государственную телерадиокомпанию «Останкино». Умер 18 октября 2005 года. Похоронен в Москве.

КАК ГОРБАЧЕВ ВЫВЕДАЛ У АНДРОПОВА ПЛАН «ПЕРЕСТРОЙКИ»

Ниагара значит — «Гром воды». Так окрестили это великолепие природы древние ирокезы, охотничьи племена индейцев Североамериканского материка. Давно уж нет ни индейцев, ни даже остатков их жизненного уклада. И только великая Ниагара вот уже много столетий подряд продолжает сбрасывать потоки кристально чистой воды в живописную долину.

Горбачев и Яковлев вышли из машины и сделали несколько шагов по извилистой дорожке из желтого песка и гравия. Над водопадом висело тонкое коромысло радуги. От летящих во все стороны брызг воздух был прохладным и влажным.

— Красота-то какая, а? — крикнул сквозь грохот воды Яковлев и замахал рукой охране, чтоб та оставила их с Горбачевым наедине. — Идите сюда, Михаил Сергеевич! Ух, подышишь тут воздухом — как заново родишься!

Охранники в темных костюмах и солнцезащитных очках отошли на почтительное расстояние. Горбачев кивнул и медленно подошел к советскому послу в Канаде. Восхищенно поблагодарил Яковлева за эту замечательную экскурсию. Яковлев покровительственно выслушал лесть, а потом вдруг ни с того ни сего брякнул:

— «Перестройка» эта ваша мне что-то не по сердцу. Да. Понимаете, в чем дело, Михаил Сергеевич? Вот вы там затеяли с Юрой игру в «Перестройку». Всех на уши поставили. Страна кипит, бурлит… Но что вы перестраиваете? Суть проблем или только оболочку? Одними лозунгами о пятилетке в три года больную экономику не спасешь. Я вот уж как десять лет на дипломатической миссии в Канаде. В Америке тоже частенько бываю. И я вижу, почему экономика США и Канады успешно развивается, а советская — заросла болотной тиной. Стимул труда, мотивация — разные. Вот ведь в чем дело!

— Вы сказали, дело в мотивации?

— Именно. Одно дело — плановое хозяйство и совсем иное дело — рынок. «Завинчиванием гаек» дешевой водкой да плеткой много от людей не добьешься. Хотите спасти советскую экономику? Извольте. Начните для начала людям платить зарплату дифференцированно. Чтоб те, кто зарабатывает больше — могли себе и вещи дорогие купить, и автомобиль, и туристическую путевку на курорт. Чтоб другие на них равнялись. А когда в стране уравниловка… очереди да дефицит… когда после тяжелых трудовых будней ты даже туфли дочке на школьный выпускной бал днем с огнем не сыщешь — какой смысл работать?! А?

Горбачев прикусил губу. Подбирать в ответ корректные слова оказалось не просто.

— Вы, Александр Николаевич, доктор экономических наук. Вам виднее.

— Спасибо на добром слове. Дело не в моем ученом звании, Михаил Сергеевич. Дело в опыте. Я ведь не книжный червь, плановик-экономист, реальной жизни не видевший. Я — практик. Вот я живу здесь десять лет. Сравниваю свою жизнь в Канаде с прежней жизнью, в Союзе. И пришел я вот к какому выводу. Без института частной собственности ничего путного в экономике не будет. Ни-че-го!

Горбачеву показалось, что он ослышался. Огромный валун сорвался с берега и с грохотом полетел в водяную пучину. Собеседники с недоверием посмотрели друг на друга.

— Частная собственность? Что вы, Александр Николаевич, это ж капитализм! Частная собственность несовместима с советскими принципами.

— Это стереотип. Притом, неверный. Ленин, кстати, для спасения больной советской экономики ввел нэп. А там элементы частной собственности были! Почитайте классиков!

Воздух на Ниагаре был прохладен и влажен. Он колыхался и вибрировал, как бы раскачивая деревья. Но это — лишь оптический обман. Мириады ледяных капелек невидимым шлейфом окутали каменную глыбу, с которой сбегает вниз прозрачный поток. Канадский можжевельник зеленым кружевом обрамляет камень, и нельзя не восхититься жизнестойкостью и жизнелюбием тиса, выросшего в расщелине возле водопада, отчаянным усилием вскарабкавшегося на отвесную скалу и распластавшего свои изумрудные ветви прямо над горным потоком. Желтый песчаник скрипел и похрустывал под ногами, налипал на подошвы ботинок. Яковлев с довольным видом хозяина наблюдал, как Горбачев наслаждается прекрасным видом Ниагарской подковы.

— Ну, Михаил Сергеевич, я рад, что наш водопад вам понравился. А теперь расскажите, так в чем же смысл вашей «Перестройки»?

Горбачев не на шутку перепутался. Как выкручиваться из собственного блефа он не знал. Он бросил тревожный взгляд на дрожащее серебро Ниагары.

— Вообще-то полный текст программы Юрий Владимирович держит у себя. Я только ему помогаю…

— Ах, вон оно как… — Яковлев разочарованно выдохнул. В САМОМ ДЕЛЕ, ДОСТАТОЧНО ХОРОШО РАЗВИТЬ

И ОБОСНОВАТЬ СВОЮ ПРОГРАММУ «ПЕРЕСТРОЙКА» ГЕНЕРАЛЬНЫЙ СЕКРЕТАРЬ ПОЛИТБЮРО Ю. АНДРОПОВ НЕ УСПЕЛ.

Помешала болезнь. 1 сентября 1983 года Ю.В. Андропов провел последнее в своей жизни заседание Политбюро. И до конца своих дней переместился в ЦКБ.

Автор «Перестройки» отошел в мир иной 9 февраля 1984 года. Он, вероятно, был бы немало удивлен, тем, что его экономическая программа модернизации советской экономики попала в руки к… Мише Горбачеву и во что в результате превратил ее «пятнистый Миша», озвучивший АНДРОПОВСКУЮ «ПЕРЕСТРОЙКУ» после смерти шефа… ОТ СОБСТВЕННОГО ИМЕНИ…

19 МАЯ 1983. СОВЕТСКОЕ ПОСОЛЬСТВО В ОТТАВЕ. 10.00

Секретарь посольства принесла свежий кофе «эспрессо» в маленьких белоснежных чашечках и хрустальную сахарницу, Наполненную горкой белых кубиков. Горбачев вдохнул в себя аромат американского «эспрессо» и сделал пару глотков.

— Добрый день, Михаил Сергеевич, — в комнату вошел посол Советского Союза в Канаде Александр Яковлев. Вид у него был угрюмый и невыспавшийся. — Как себя чувствуете, как спалось?

— Прекрасно! — Горбачев вскочил с кожаного кресла и бросился к Яковлеву с рукопожатием. — Чувствую себя у вас в гостях как дома. И до сих пор под впечатлением великолепия Ниагарского водопада.

— Я рад за вас, — Яковлев угрюмо сел напротив Горбачева, кинул на него взгляд исподлобья. — А я вот всю ночь глотал таблетки. Бессонница. Да еще этот фильм дурацкий…

— Что за фильм?

— Да про Пеньковского. Шпион был такой. Его ровно двадцать лет назад расстреляли. На рассвете 16 мая 1963 года. Вы как раз приближались к нашему аэропорту, когда его расстреливали. Только с ним эта неприятность приключилась ровно двадцать лет назад. Одним словом, юбилейная, дата.