Читать книгу - "Близко-далеко - Иван Михайлович Майский"

тяжелую руку на это изумительное творение человека. Грудь Сфинкса была выщерблена, губы сильно повреждены, нос отбит. Но от этого загадочность выражения его лица только увеличивалась.

— О чем он думает? О чем он думал тысячелетия? — тихо произнесла Таня, стоя около Сфинкса.

Вытянувшись во весь рост, она оказалась ниже пальца на лапе Сфинкса!.. Так как Сфинкс продолжал хранить бесстрастное молчание, Таня, отбежав от него на некоторое расстояние, без предупреждения щелкнула фотоаппаратом, поймав в кадр Степана, оказавшегося как бы в лапах каменного чудовища.

— Это будет исторический снимок! — весело воскликнула Таня. — Мы назовем его так: «В плену прошлого»…

По пути домой Степан купил путеводитель по Египту, и, когда перед входом в гостиницу прощался с мадемуазель Фроловой, равнодушно сказал ей:

— Завтра мы решили отдохнуть. Вы можете считать себя свободной.

А оставшись наедине с Таней, пояснил:

— Эта дама становится подозрительно наглой. Затевает провокационные разговоры… Пора от нее отделаться.

…В тот вечер советские путешественники обедали у Маклинов. В восемь часов хозяин включил радио. Передавали разные новости: о мелких стычках на ливийском фронте, о придворном бале у короля Фарука, о потоплении английским крейсером немецкой подводной лодки в Средиземном море…

И вдруг раздалось:

«Сегодня под Сталинградом русская армия перешла в генеральное контрнаступление. С раннего утра тысячи орудий открыли ураганный огонь по немецким позициям. Левый фланг немецкого фронта, состоящий из румынских дивизий, не выдержал удара и начал панически отступать. Попытки немецкого командования стабилизировать положение путем переброски на левый фланг немецких частей не имели успеха. Наступление русских продолжается».

— Вот оно! — радостно воскликнул Степан, вскочил и захлопал в ладоши, Потапов и Таня с ликованием его поддержали.

— Да-да, чудесное сообщение! — воскликнул и Маклин. — Мы так долго не имели хороших вестей с фронтов… Если русское наступление скоро не выдохнется, то… это может оказать серьезное влияние на ход войны.

Теперь за столом говорили только о Сталинграде. Каждый высказывал волновавшие его мысли, чувства, ожидания. Настроение поднялось, атмосфера как-то посвежела и согрелась. Крепко сжав ладони, Таня взволнованно сказала:

— Я ничего не знаю… Но мне кажется… Я чувствую, что это решающий момент войны…

Люсиль, которая до сих пор вела себя очень чинно и спокойно, не вмешиваясь в разговоры старших, вдруг звонко крикнула:

— Танья!.. — И, точно смутившись, торопливо добавила: — Папа! Мама! И все, все! Выпейте, пожалуйста, за русскую победу под Сталинградом! И, если можно, налейте хоть капельку мне…

Все дружно подняли свои бокалы.

— Вот Суэцкий канал!

Накануне, прощаясь со своими гостями, Маклин пригласил их утром «прокатиться», не сказав при этом, куда именно они поедут. Сейчас, выходя из автомобиля, Маклин имел вид человека, которому удалось преподнести своим гостям эффектный сюрприз. Вытянув руку вперед, он назидательно прибавил:

— Жизненная артерия Западной Европы и особенно — Англии.

Перед ними лежала ровная и спокойная водная полоса метров полтораста шириной. Ярко желтели песчаные берега, залитые горячими лучами солнца. Вправо и влево до самого горизонта тянулась мертвая, бесплодная пустыня. Канал, словно огромный нож, разрезал ее надвое. Вдоль западного берега чернела бесконечная лента асфальта, по которой неслись легковые машины и грузовики. Длинная пестрая вереница океанских судов медленно двигалась с севера на юг по тихой глади воды.

— Этот канал очень важен для Англии? — спросила Таня, обращаясь к Маклину.

— О да! — подтвердил Маклин. — Это легко понять… Во-первых, через Суэцкий канал проходит линия кратчайших сообщений между Англией и ее восточными владениями. От Лондона до Бомбея в Индии, например, через Суэцкий канал шесть тысяч двести восемьдесят миль, а если идти вокруг мыса Доброй Надежды, получится около одиннадцати тысяч. Во-вторых, свыше половины всех нефтепродуктов, которые потребляет Англия, идет с Ближнего и Среднего Востока также через Суэцкий канал, ибо азиатская нефть гораздо дешевле американской.

Потапов подошел к самому берегу и с профессиональным любопытством стал рассматривать все детали его облицовки. Потом он сказал медленно, но довольно правильно по-английски:

— Сооружение, несомненно, очень крупное… Сколько лет оно существует?

— Около семидесяти, — ответил Маклин. — Но ведь это далеко не первый канал, соединяющий Средиземное море с Красным.

— В самом деле? — заинтересовался Александр Ильич.

— Совершенно точно, — подтвердил Маклин. — По роду своей работы я интересовался историей Суэцкого канала…

Маклин выждал минуту, точно артист, не начинающий арии, пока публика в зале не успокоится, и затем продолжал:

— Трудно поверить, но это факт: первый известный в истории канал, соединявший Средиземное и Красное моря, был построен четыре тысячи лет назад, при фараоне Сезострисе!

— Да что вы?! — изумился Потапов. — И долго он просуществовал, тот канал?

— Трудно ответить определенно. Полной истории канала не сохранилось, имеются лишь отдельные упоминания о нем, да и то непоследовательные, отрывочные. Греческий историк Геродот, например, сообщает, что около 600 года до нашей эры, то есть почти через полторы тысячи лет после Сезостриса, фараон Нехо отдал приказ восстановить канал. Очевидно, к тому времени канал был заброшен и затянут илом и песком. На работах по восстановлению погибло свыше ста тысяч человек, однако канал так и не был приведен в порядок, ибо оракул предсказал Нехо, что от восстановления канала выиграют только «варвары», то есть персы. Фараон испугался и прекратил работы. Оракул оказался неплохим стратегом: когда сто лет спустя персидский царь Дарий все-таки завоевал Египет, он прежде всего восстановил канал… — Маклин усмехнулся и затем продолжал: — Известно далее, что канал действовал в тридцать первом году до нашей эры, ибо после битвы при Акциуме, где римляне разгромили флот Клеопатры, некоторые суда египетской царицы спаслись от гибели бегством через канал. Имеются сведения и о том, что в седьмом веке нашей эры арабы, завоевавшие Египет, пользовались каналом. Потом, в течение свыше тысячи лет, о нем не было никаких сведений. Надо полагать, он был снова заброшен. Однако память о канале не умерла и от времени до времени тревожила мысль выдающихся людей. В 1671 году знаменитый философ Лейбниц представил французскому королю Людовику Четырнадцатому проект восстановления Суэцкого канала, а в 1798 году Наполеон, во время похода в Египет, приказал находившемуся при нем инженеру Леперу разработать план канала, соединяющего Средиземное и Красное моря. Впрочем, из всех этих планов и проектов ничего не вышло…

— А я-то думала, что Суэцкий канал —