Читать книгу - "Диана Спенсер - Виктория Балашова"

В январе 1982 года случилось второе несчастье. Причиной послужила пресловутая охота. Чарльз не менялся: до помолвки он охотился и рыбачил и после помолвки не оставил своих привычек. Свадьба в его жизни и так многое изменила, поэтому отказываться еще и от дорогих сердцу занятий принц не собирался. Но Диана не желала мириться с этим. И вот в один из непрекрасных дней принцесса попыталась заставить принца остаться дома. А принц настойчиво стремился на охоту. Далее случилось ужасное…

У этой истории, как и у большинства других, есть две версии. После смерти Дианы те, кто о ней писал и вспоминал, те, кто интересовался ее биографией, сразу разделились на два лагеря — «фанатов» и людей, пытавшихся относительно объективно оценивать жизнь принцессы (чаще в негативном свете). Диана сама способствовала такому расколу: ее собственные слова и воспоминания, которыми она активно делилась при жизни, часто противоречат друг другу. «Приукрашивание» действительности, а также эмоциональная неустойчивость (то все виделось в светлых тонах, то в темных) повлияли на «картинки», нарисованные принцессой. Поэтому хор людей, с которыми Диана советовалась, консультировалась, болтала за чашкой чаю, диссонирует и «поет» не в лад и невпопад…

Как ни пересказывай январский инцидент, выглядит он нелицеприятно. Беременная Диана упала с лестницы, пришлось срочно вызывать врача, а также гинеколога из Лондона, дабы удостовериться, что с будущим ребенком все в порядке. Самый мягкий вариант истории звучит следующим образом: да, Диана устроила Чарльзу истерику, но она просто споткнулась на нижних ступеньках и растянулась во весь рост прямо перед вышедшей к лестнице королевой. Чуть более страшно выглядит развернутый вариант первой версии: Диана так зашлась в истерике, что уже не понимала, что происходит, шагнула в никуда, и этим «никуда» оказался лестничный пролет. «Мы в очередной раз поссорились, и я, не задумываясь, в отчаянии шагнула вниз. Летела, кувыркаясь, очнулась у ног королевы-матери. Пришлось вызвать „скорую“, поскольку я очень боялась за малыша…» В другой раз Диана скажет: «Я знала, что не потеряла ребенка — только синяков набила».

Самой отвратительной версией является намеренная попытка Дианы покончить с собой. Она угрожала Чарльзу сделать именно это, а когда он не отреагировал, прыгнула с верхней площадки лестницы. «Королеву била дрожь» — во всех пересказах мать Чарльза и будущая бабушка обнаруживает внизу распростертое тело невестки.

Конечно, можно предположить, что Диана упала случайно. У беременных часто кружится голова, и, возможно, она ненамеренно свалилась вниз. Как бы то ни было, начало у этой истории одно: истерика по поводу отъезда Чарльза из дома. Конец разнится опять-таки в зависимости от «лагеря». Те, кто винит Чарльза в разваливавшемся браке, настаивают на том, что он либо сразу уехал, куда собирался, либо, в лучшем случае, дождался врачей, а после все равно уехал. Друзья принца и слуги утверждают обратное: он оставался возле Дианы весь день, и позже они даже отправились на пикник. По свидетельству самой Дианы, он «фыркнул», обозвал ее истеричкой и удалился.

Небольшую передышку Чарльз получил на Багамах. Туда они с Дианой отправились в середине февраля, хотя и здесь не обошлось без скандала, правда, случившегося по вине репортеров. Кроме нашумевшего фото, которое подстегнуло интерес к Диане, остальное шло куда как хорошо, и это отчетливо видно по другим фотографиям, сделанным во время отдыха. Газета «Sun», опубликовавшая скандальные фото в бикини, писала: «Умопомрачительная будущая мамочка принцесса Диана вчера ныряла в воду на райском острове… в бикини. Находящаяся на пятом месяце беременности принцесса оставляет мысли о ветреной Британии, начиная отпуск своей мечты на Багамах. Беспечная Ди отбрасывает королевскую осторожность и надевает открытый купальник на крохотном острове Уиндермир. Она выглядит счастливой и расслабленной, когда плюхается в воду с хозяином виллы лордом Рамси. Ее супруг Чарльз послушно тащит шезлонг к кромке воды, чтобы Ди загорела наилучшим образом. Она не остается в долгу и намазывает ему на спину крем для загара».

Королеву сильно возмутили опубликованные снимки. Из канцелярии тут же отправили официальное письмо в газету, в котором говорилось, что фотографии являются «позорнейшим фактом» в истории британской журналистики. Королевская семья все еще пыталась что-то предпринимать. Конечно, сегодня подобные комментарии могут показаться смешными и нелепыми. Но в начале 1980-х деятельность папарацци еще вызывала попытки хоть как-то их усмирить. Телевидение начало более или менее регулярное вещание в начале 1950-х годов. Даже фотографии стали публиковать в газетах лишь в конце XIX века. По большому счету журналисты смогли на полную мощь пользоваться этими достижениями только со второй половины XX века. Кроме того, следует учитывать и умеренный интерес к королевской семье, всплеск которого пришелся как раз на момент появления в ней Дианы.

Случайное совпадение? Отнюдь! В 1960–1970-е годы журналисты и публика активно создают себе кумиров. Успех звезд предыдущих десятилетий не может даже сравниться с ревущими трибунами на концертах «Битлз» и других «селебрити». Певцы и актеры занимают первые полосы страниц желтой прессы. Дошла очередь и до власть имущих. Красивые жены политиков, оказалось, тоже привлекают к себе огромный интерес. Жаклин Кеннеди, Грейс Келли… Наступила очередь английского королевского дома. Кого там фотографировать из-за кустов? Жертва нашлась, она не могла не найтись. Среди прочих фигур на сцене появилась Диана, лакомый кусочек для папарацци: красивая, подходящая на роль Золушки, а значит, понятная и близкая массам, а главное, скандальная…

«Фотографии в бикини стали поворотной точкой в отношениях принцессы с прессой… Ее фотография на обложке увеличивала продажи, люди хотели видеть ее снова и снова». Диана, несмотря на фото, положительно отзывается о пребывании на Багамах: «Мы счастливо провели время, гуляя, купаясь, загорая, жаря всякую всячину на решетках барбекю, даже катаясь на водных лыжах, хотя я осторожничала… Тогда на Багамах мы были действительно счастливы, и нам было хорошо!»

* * *

На Багамах пара провела всего десять дней и вернулась в Лондон. А там мероприятия следовали одно за другим. Когда Диану предупреждали, что календарь мужа заполнен официальными визитами, то ей сложно было представить — насколько. Например, уже 28 февраля Чарльз и Диана посетили концерт Королевского колледжа музыки в Вестминстере, 4 марта в прекрасном длинном пышном платье Диана сопровождала Чарльза на благотворительный вечер «рыцарей», 14 марта — концерт в Альберт-холле, 30 марта они приехали в хоспис в Лидс, 2 апреля открывали пагоду в Ливерпуле, три дня в двадцатых числах апреля пара провела на островах Силли в Корнуолле… И это лишь часть мероприятий. Диана в ту пору выглядела довольно бодро, а Чарльз рядом с ней просто сиял.

Тогда же, до родов, принц с принцессой получили в свое распоряжение апартаменты в Кенсингтонском дворце. В доме Чарльза в Хайгроув и во дворце начался ремонт, следить за которым взялась Диана. Переезд осуществился за пять недель до родов. Нельзя назвать Кенсингтонский дворец раем — в апартаментах было довольно темно, а самих комнат не так уж и много («у каждого была гостиная и кабинет, а также общая гостиная и столовая, которая служила одновременно и залом приемов. Очень узкие коридоры…»). Комнаты располагались в центре дворца, в котором проживало немало народу: принцесса Алиса с сыном и невесткой, принц и принцесса Кентские, принцесса Маргарет с многочисленной прислугой. «О личной жизни здесь можно было забыть. Всем было слышно каждое сказанное слово. Для уединения здесь просто не было места».