Читать книгу - "Че Гевара. Важна только Революция - Джон Ли Андерсон"

В Лос-Лагосе молодые люди весело провели время: погуляли по берегам озер, поднялись на скалу (едва не упав и не убившись), пристрелили дикую утку из пистолета Гевары Линча. Как-то раз, сидя на берегу одного особенно живописного озера, друзья размечтались о том, как вместе организуют медицинский исследовательский центр. Вернувшись в тюрьму Барилоче, Эрнесто обнаружил пришедшее от Чичины письмо. Девушка сообщала, что решила не ждать его. На улице в это время бушевала гроза. «Я снова и снова перечитывал письмо, не веря своим глазам. Все мои мечты… были разбиты… Мне стало страшно за себя, и я начал было писать ответное письмо с целью разжалобить Чичину, но не смог, в этом не было никакого смысла».

Их роман был окончен. В дневнике Эрнесто не раскрывает причины, по которой Чичина решила оставить его, но, похоже, дело было в том, что девушка встретила другого. Пытаясь вызвать в памяти лицо Чичины, Гевара хотел убедить себя, что не пал духом. «В объявшей нас полутьме всё кружились и кружились какие-то призрачные фигуры, но она никак не хотела явиться. <…> Я должен бороться за Чичину, она моя, она моя, она м… Я заснул».

Впоследствии Альберто задавался вопросом, нет ли в разрыве влюбленных и его вины. В свое время он «подцепил» одну из мукам, работавших у Феррейра, дал ей купальный костюм, принадлежавший тете Чичины, и взял ее с собой на пляж. На глазах Чичины и ее друзей они скрылись в палатке, которую он там разбил. В его поступке был открытый вызов тому неписаному, но единодушно принимаемому правилу, что в интимные отношения со слугами вступать нельзя. «Чичине это не понравилось, — вспоминает Гранадо. — Я думаю, она считала, что я отнимаю у нее Эрнесто, и не любила меня».

Тем временем Эрнесто как будто смирился со своей потерей и был готов продолжать странствие.

Попав в Чили, друзья сумели сесть на паром, чтобы переправиться через озеро Эсмеральда, подрядившись следить в трюме за насосами грузовой баржи, которую паром тащил за собой. На борту они познакомились с чилийскими врачами, которым Эрнесто и Альберто представились «лепрологами». Простодушные чилийцы рассказали им о расположенном в Тихом океане острове Пасхи, или Рапа-Нуи, где, помимо единственного в Чили лепрозория, имеется множество чувственных и доступных женщин. Услыхав об этом, Эрнесто и Альберто тотчас попросили своих новых знакомых дать им рекомендательное письмо для «Общества друзей острова Пасхи» в городе Вальпараисо, чтобы бесплатно попасть на остров. Сходя с парома на берег, они были полны решимости отправиться в это экзотическое место, хотя планы у них и без того были наполеоновские.

И вот молодые люди снова сели на «Подеросу». Окружающие пейзажи не очень привлекали их взгляд: остров Пасхи был заманчиво близок, и они спешили попасть туда.

Следующей остановкой стал тихоокеанский порт Вальдивия, где они посетили редакцию местной газеты «Коррео де Вальдивия», и та опубликовала о них восторженную заметку под заголовком «В Вальдивию прибыли два целеустремленных аргентинских путешественника-мотоциклиста». Эрнесто и Альберто были не из тех, кто станет упускать свой шанс, поэтому они, ничтоже сумняшеся, вновь объявили себя «специалистами по проказе», имеющими «опыт проведения исследований в соседних странах», а журналист «Коррео» без тени сомнения повторил их слова. Эрнесто и Альберто, видимо, позволили себе коснуться и многих других тем, помимо проказы, — по крайней мере, «Коррео» написала, что «за короткое время пребывания в стране они глубоко проникли в проблемы, связанные с общественной жизнью, экономикой, гигиеной». Финальным аккордом стало заявление гостей журналисту «Коррео», что все свое путешествие они посвящают городу Вальдивии, как раз отмечавшему тогда свое четырехсотлетие.

Затем друзья двинулись в Темуко, где у них опять взяли интервью. 19 февраля 1952 г. «Аустраль де Темуко» опубликовала статью с внушительным заголовком: «Двое аргентинских лепрологов совершают путешествие по Южной Америке на мотоцикле».

Фотография, сопровождающая статью, запечатлела двух обманщиков в героических позах. Эрнесто серьезен и смотрит прямо в камеру. Он стоит, засунув большие пальцы за ремень, и напоминает скорее популярного киноактера, нежели ученого-медика, а Альберто с несколько плутоватым видом почтительно наклоняется к другу.

Прихватив газетные вырезки, приятели снова пустились в путь. На следующий день «Подероса» попала в аварию: коробка передач оказалась разбита, руль сломан. Пока они чинили мотоцикл в мастерской в поселке Лаутаро, вокруг собралась толпа зевак — поглазеть на заезжих знаменитостей. Воспользовавшись ситуацией, друзья обзавелись новыми знакомыми, и им удалось несколько раз бесплатно поесть, а после того как «Подероса» была починена, их пригласили выпить вина. Эрнесто воздал должное превосходному чилийскому вину и ко времени, когда они пошли на деревенские танцы, почувствовал, что его «тянет на подвиги». Там, выпив еще, он пригласил на танец замужнюю женщину и попробовал увести ее из комнаты прямо на глазах у мужа. Женщина пыталась сопротивляться, но Эрнесто «продолжал тянуть ее за руку», так что бедняжка просто упала на пол. В итоге Эрнесто и Альберто бежали, преследуемые толпой разъяренных селян.

Эрнесто сел за руль, и они спаслись бегством из места, которое было уже не столь гостеприимно к ним. Однако через несколько километров на узком повороте дороги у «Подеросы» отказал задний тормоз, а затем, когда мотоцикл набрал ход, катясь под горку, перестал работать и ручной. Эрнесто резко повернул, чтобы обогнуть стадо коров, которое неожиданно появилось перед ними, и они врезались в дорожное ограждение. Каким-то чудом «Подероса» избежала повреждений, а задний тормоз ни с того ни с сего вновь заработал, так что друзья смогли продолжить свой путь. Однако на этом приключения не закончились.

«Как всегда, под прикрытием нашей «газетной» верительной грамоты, мы навязались в гости к семье немцев, которые обращались с нами самым сердечным образом, — пишет Эрнесто. — Ночью у меня прихватило живот, и я не знал, как быть; не хотелось оставлять сувенир в чужом ночном горшке, поэтому я вскарабкался на окно и выпростал всю свою муку в ночь и темень… На следующее утро я выглянул на улицу, чтобы посмотреть на содеянное, и увидел, что в двух метрах внизу на цинковом листе сушились персики: добавка выглядела внушительно. Нам пришлось делать ноги».

Столь блистательно выступив перед чилийской публикой, друзья продолжили свой путь на север. Однако верный конь подводил их все чаще. Стоило приблизиться к холму, как «Подероса» начинала упрямиться, а на второй день пути встала окончательно на первом крутом подъеме. В тот день окончилась их карьера «попрошаек на моторе».

Вместе с парализованной «Подеросой» их подобрал грузовик, и путешественники доехали до следующего городка, под названием Лос-Анхелес. Там они умудрились устроиться на ночлег в местном отделении пожарной службы — благодаря тому, что завязали разговор с дочерьми его начальника. Впоследствии Эрнесто довольно деликатно охарактеризовал этих трех раскованных барышень, назвав их «воплощением очарования, свойственного чилийским женщинам, которые — не важно, красивы они или дурны, — как-то непосредственны и свежи и этим пленяют мгновенно».