Читать книгу - "История любви в истории Франции. Том 6. Любовь "по-санкюлотски" - Ги Бретон"

— Вы будете жить на первом этаже, гражданин, — сказала она.

По маленькой лесенке она провела Робеспьера в удобную тихую комнату, выходившую в сад. Он разложил на столе свои бумаги, наброски будущей речи и несколько газет, а жена столяра в этот момент ставила в вазу цветы.

Она бросила несколько весьма красноречивых взглядов на Робеспьера и даже тихонько похлопала ладонь» кровати, но Максимильен сделал вид, что не понимает.

Немного позже, за ужином, он обратил внимание на вполне зрелую грудь Элеоноры и, казалось, впал в задумчивость. Молодая девушка, как и ее мать, с первого взгляда влюбившаяся в трибуна, залилась краской, колени у нее дрожали, она уставилась в тарелку.

В полночь Робеспьер отправился спать.

Он проведет в этой семье три года.

* * *

Эта совместная жизнь поставила перед историками много вопросов. Был ли Робеспьер любовником госпожи Дюпле? Или он предпочел Элеонору?

В зависимости от политических убеждений некоторые твердо отвечают: да. Другие яростно опровергают: нет. Сарданапал террора или незапятнанный ангел? Кем все-таки был Робеспьер?

Послушаем вначале термидорианцев, которые, естественно, яростно нападают на него.

«У приютивших его Дюпле Робеспьер завел любовницу: дочь хозяина дома, очаровательную двадцатилетнтнюю брюнетку по имени Элеонора.

Каждую ночь она приходила в комнату к своему любовнику, и они предавались неуемному разврату.

Однажды ночью она так кричала от сладострастия, что разбудила мать, и госпожа Дюпле постучала в дверь депутата.

— Вам плохо?

— Нет, мне просто приснился кошмар, — ответил Робеспьер, а девушка в этот момент пряталась за кроватью. Госпожа Дюпле вошла в комнату, она была в ночной рубашке. Видя своего гостя в волнении, предположила причину этого смущения и, забыв о своем священном супружеском долге, подошла к кровати с искаженным от желания лицом.

Робеспьер пришел в совершенный ужас.

— Я успокою вас, — сказала ему госпожа Дюпле.

Пока она взбиралась на кровать, Элеонора на четвереньках пробралась к двери и убежала в свою комнату.

Тогда, на том же самом месте, где он только что обладал дочерью, Максимильен овладел матерью…»[56]

Бартелеми упоминает эти россказни в своей книге революции:

«Робеспьер был не только тираном, жаждущим крови и славы, но и развратным и лицемерным человеком. В последние годы жизни он квартировал у одного столяра на улице Сент-Оноре, некоего гражданина Дюпле посещавшего все заседания Клуба якобинцев.

Растоптав законы гостеприимства, Робеспьер стад любовником госпожи Дюпле и Элеоноры, старшей дочери столяра, красивой двадцатилетней девственницы.

Иногда тиран отправлялся со своей хозяйкой на прогулку в Шуази, чтобы вкусить естественной любви где-нибудь прямо в поле. Там, потеряв всякий стыд, госпожа Дюпле отдавалась Робеспьеру на ложе из папоротника в обстановке, которая показалась бы идеальной Жан-Жаку Руссо[57].

Вечером, утомленные ласками, любовники возвращались в Париж».

Не разделяя, конечно, мнений этих ангажированных «историков», следует признать, что в то время о Робеспьере ходили странные слухи. Поговаривали, например, что Неподкупный по вечерам часто накачивается шампанским в компании Фукье-Тенвиля, Шабо и других собутыльников в одном темном заведении в Клиши.

Один термидорианский памфлетист договорился даже до того, что Максимильен вовлекал в свои бесчинства Элеонору. У этого писаки была слишком буйная фантазия.

Но послушаем, что он пишет:

«Фукье-Тенвиль устраивал в одной харчевне в Клиши, где даже не ночевали пристойность и мораль. Он приглашал туда молодых танцовщиц и актрис, известных легкими нравами. Все присутствующие раздевались чтобы обедать „по-дикарски“, следуя заветам гражданина Женевы Жан-Жака Руссо».

Этот возврат к природе, — пишет автор, — побуждал сотрапезников забыть о правилах приличия, принятых цивилизованном мире. Мужчины кидались на женщин, удовлетворяя друг друга на коврах или на столе, прямо на раздавленной клубнике…

«На таких любовных пирушках, — добавляет анонимный памфлетист, — всегда присутствовали Шабо и Робеспьер. Тирана сопровождала молодая особа по имени Элизабет, дочь его квартирного хозяина, столяра с улицы Сент-Оноре, которую насмешник Дантон называл Корнелией Копо»[58].

Защитники добродетельности Робеспьера так же категоричны. Но, если те, кто его обвиняет, не приводил — совершенно естественно — никаких доказательств, то и у его защитников аргументы очень слабые.

Так, они считают, что отношения между Максимильеном и Элеонорой были совершенно невозможны из-за расположения комнат в квартире Дюпле. Для того чтобы попасть в комнату Робеспьера, девушке необходимо было пройти через комнату родителей.

Только человек, который никогда не был влюблен, может поверить, что молодых людей остановило бы подобное препятствие…

«Конечно, — ответят мне защитники Робеспьера, — но то, что нам известно о целомудренности и нравственной чистоте Робеспьера, совершенно противоречит подобному положению вещей»[59].

Но о какой целомудренности, какой чистоте может идти речь?

Мы знаем, каким был Максимильен в молодости, как он вел себя в Аррасе, — ухаживал за красотками, а после октябрьских событий даже завел любовницу[60]. Так что те, кто утверждает, что Робеспьер умер девственником, повторяют легенду.