Читать книгу - "Дьявольская королева - Джинн Калогридис"

Командир велел мне переодеться в обычную одежду, но я отказалась, и он не стал настаивать. Надо было торопиться, и когда впервые за два с половиной года я оказалась за стенами монастыря ле Мюрате, то поняла почему.

Ворота защищали восемь всадников. Четверо светили факелами, остальные угрожающе размахивали саблями против толпы. Количество людей трижды превышало количество всадников, и народ все прибывал.

Вместе с солдатами я вышла из ворот.

— Вот она! — крикнул кто-то.

Людей за всадниками я не видела, лишь где-то ногу, где-то руку, какие-то отдельные черты. В сумерках все сливалось.

Посреди солдатского полукружья два человека держали поводья лошадей, стоявших пока без всадников, и осла. Один, когда увидел нас, передал поводья другому и поспешил навстречу.

— Командир, — произнес он виноватым голосом, — понятия не имею, как просочился слух…

— Это она! Маленькая монахиня…

— Племянница Папы…

— Отъедалась в богатом монастыре, пока мы тут голодали!

Лицо командира было спокойным, только щека слегка подергивалась. Он обвел глазами своих людей и тихо сказал:

— Я выбрал вас, поскольку думал, что вы будете держать язык за зубами. Когда выясню, кто это сделал, не стану спрашивать почему. Мигом вздерну на виселицу.

— Смерть Медичи! — крикнула женщина.

Кто-то бросил камень, он пролетел мимо всадников и упал в шаге от моих ног.

— Мерзавцы! Предатели!

— Давайте ее сюда!

Командир посмотрел на камень и повернулся к своему заместителю.

— Подсади ее, — приказал он. — Поедем, пока хуже не стало.

Солдаты подбежали к своим лошадям. Заместитель, крупный мужчина с угрюмым лицом, взял меня за локоть, словно непокорную простолюдинку, и посадил на осла. Животное взглянуло на меня с упреком и оскалило большие желтые зубы.

Командир уселся на бледно-серого жеребца и дал сигнал солдатам. Процессия начала двигаться; я ехала рядом с командиром. Со всех сторон нас сопровождали вооруженные всадники, впереди и позади они шли по три человека вплотную друг к другу.

Прежде чем солдаты успели образовать строй, три уличных хулигана из толпы проскочили между лошадьми. Один рванулся ко мне и ухватил за ногу кончиками пальцев. Я крикнула. Командир наклонился к парню с таким яростным видом, что тот попятился и был затоптан лошадью.

— Abaso le palle! — скандировала толпа. — Смерть Медичи!

Солдаты сомкнули ряды, и мы поскакали по широкой улице. Народ какое-то время следовал за нами, изрыгая проклятия и швыряя вслед камни. Вскоре мы оторвались от них и оказались на более спокойной улице. Позади остались монастырские стены, соборы, дома богатых людей. В окнах было темно, потому что владельцы бежали, опасаясь осады.

Я сидела в седле, сама не своя от страха, и думала о том, что сегодня уже поздно для публичной казни. Значит, придется ждать до утра, если только меня не убьют втихую.

Улицы становились уже. Большие поместья сменились магазинами и домами ремесленников.

Когда мы свернули на более широкую улицу, кавалькада замедлила ход. Дорогу перегородили черные фигуры, которые поджидали в темноте.

— Черт бы вас побрал! — отругал командир солдат. — Клянусь Богом, если обнаружу среди вас предателя, отправлю его в преисподнюю…

— Смерть Медичи, — раздался в темноте нерешительный голос.

Это слова вызвали исступление.

— Abaso le palle! Долой шары!

Посыпался град камней.

Командир осадил свою лошадь и прокричал:

— Заключенную перевозят по распоряжению республики! Тот, кто этому помешает, предатель!

— Предатели вы! — послышался женский голос.