Читать книгу - "Конрад Аденауэр - немец четырех эпох - Всеволод Ежов"

Как достигнуть поставленной цели, в программе не указывалось. Не говорилось и о том, в чем суть нового экономического порядка, каковы его механизмы. Ставился лишь в самой общей форме вопрос о праве трудящихся на участие в управлении, да и то в весьма расплывчатой форме: отдельные работники, многие годы безупречно проработавшие на предприятии, могли кооптироваться в состав правления.

Лишь позднее у Аденауэра сформируется четкое понимание того, что в мире существуют лишь две основные социально-экономические системы: рыночная и планово-распределительная. Позднее он столкнется и с понятием: социальное рыночное хозяйство; по достоинству оценит его сущность и станет последовательным борцом за его внедрение в Западной Германии.

В западных оккупационных зонах формировались и иные политические силы, с которыми Аденауэру и его партии предстояло противоборствовать или взаимодействовать. В декабре 1945 года английская военная администрация официально разрешила деятельность Христианско-демократического союза, социал-демократической и коммунистической партий. Вскоре возникли и более мелкие образования. Но главными силами на политической арене стали ХДС и СДПГ. Они оказались наиболее влиятельными среди населения. Принципиально различные концепции развития предопределили их противоборство на длительный период. Коммунисты же в первое время нашли серьезную поддержку у населения, но затем быстро сдали свои позиции.

Конец 40-х — начало 50-х годов — это период борьбы двух крупнейших германских деятелей — Конрада Аденауэра и Курта Шумахера — лидера социал-демократов. Их публичное противостояние, парламентские схватки были постоянно в центре внимания немецкой и иностранной прессы.

Курт Шумахер вступил в Социал-демократическую партию Германии в 1918 году. В период Веймарской республики играл заметную, но не ведущую роль. В 30-е годы резко выступал против национал-социалистов. Был арестован и брошен в тюрьму, а затем долгие годы вплоть до окончания войны провел в концлагере Дахау. От антинацистских идей не отказался, несмотря на суровый тюремный и лагерный режим и даже пытки.

Во время Первой мировой войны Шумахер потерял руку, после выхода из концлагеря ему ампутировали ногу. Ореол мученика, изможденное лицо, на котором навсегда застыло выражение страдания, и вместе с тем горящие глаза и страстная речь хорошего оратора — все это делало лидера социал-демократов одной из наиболее колоритных фигур на политической арене послевоенной Германии.

Оба деятеля бескомпромиссно осуждали национал-социализм и стремились не допустить его возрождения. Оба были приверженцами демократии и решительными противниками тоталитарного государственного устройства. Оба — непримиримые антикоммунисты. Совпадение в этих убеждениях, однако, не привело их к совместным действиям. Аденауэр руководил народной партией, исповедующей либерально-демократические принципы и христианскую этику. Шумахер возглавлял партию, близкую к марксистскому, материалистическому мировоззрению и стоящую на классовых позициях. Аденауэр выступал за рыночную экономику, развивающуюся на основе частной собственности и конкуренции. Шумахер — за плановую экономику при обобществлении основных промышленных отраслей.

Добавлялись сюда и личные амбиции. Чем больше укреплялись их позиции в партии и авторитет в стране, тем заметнее у обоих проявлялись властные устремления, желание играть доминирующую роль в обществе.

Шумахеру удалось в короткие сроки организовать социал-демократию и, опираясь на исторические традиции, превратить ее в самую массовую партию в Западной Германии. В первые послевоенные месяцы в Ганновере открылось «Бюро Шумахера», ставшее руководящим социал-демократическим центром западных зон. Берлинские же руководители социал-демократов — Отто Гротеволь и другие пошли на сотрудничество, а затем и на слияние с коммунистической партией в советской зоне оккупации.

Вопрос о слиянии с коммунистами оказался актуальным кое-где и в западных зонах. В ряде крупных городов на промышленных предприятиях возникли объединительные комитеты, вырабатывались программы совместных действий, восстанавливались профсоюзы.

Общие усилия коммунистов и социал-демократов приносили положительные результаты при решении вопросов, касающихся восстановления пострадавших от бомбежек заводов, снабжения рабочих продуктами питания, налаживания их быта. Шумахер, однако, смотрел дальше. Он видел, что объединение с коммунистами в советской зоне привело к утрате социал-демократами их основных ценностей, к торжеству коммунистической идеологии. Москва полностью подчинила себе Социалистическую единую партию Германии и влившихся в нее немецких социал-демократов. О борьбе за демократическое общество, за свободы и права трудящихся не могло быть и речи.

На первом же съезде Социал-демократической партии в мае 1946 года в Ганновере Шумахер провел резолюцию против сотрудничества с КПГ и ее организациями. В ней записали, что агитация в пользу коммунистов и совместные действия с ними несовместимы с пребыванием в рядах СДПГ. Шумахера на съезде избрали председателем партии. Его заместителем стал Эрих Олленхауэр, который во время войны состоял членом эмигрантской группы СДПГ в Англии, а по окончании ее примкнул к ганноверскому «Бюро Шумахера».

Социал-демократы в организационном плане опередили христианских демократов. К концу 1946 года СДПГ насчитывала свыше восьми тысяч местных организаций с четкой вертикалью управления. В них к этому времени состояло свыше 700 тысяч человек, главным образом рабочих и служащих. Ее первый съезд прошел в рабочей столовой одного из крупнейших ганноверских предприятий — социал-демократы демонстрировали классовый характер партии.

Росла активность Шумахера. По известности и популярности он опережал Аденауэра. Помогал образ мученика нацизма, широко эксплуатировавшийся его окружением. На втором съезде СДПГ Шумахер вышел на трибуну больным. Довел речь до конца и, исчерпав все силы, смог сойти с трибуны лишь с помощью коллег. Зал разразился овациями. Средства массовой информации скудно сообщали о содержании его речи. Зато всячески комментировали мужество и самоотдачу социал-демократического лидера.

Коммунистический всплеск в Западной Германии не вызвал сильной волны. Лидер коммунистов Макс Рейман по известности и популярности, да и по политическому калибру значительно уступал и Шумахеру, и Аденауэру. Часть рабочих пошла за КПГ. Но становившаяся все более очевидной программно-политическая привязанность коммунистов к Восточному Берлину и Москве быстро стала сводить на нет их популярность. Оккупационные власти западных зон, ставившие на первых порах коммунистов на один уровень с другими партиями, начали отдавать предпочтение СДПГ и ХДС.

Лидеры СДПГ стремились завербовать как можно больше людей в партию. В этом они видели залог ее влияния на население. Аденауэр и его сподвижники придерживались иной тактики. Многочисленным местным организациям ХДС не ставилась задача привлечь большое число членов.

Главное — с помощью Церкви и идеологической работы обеспечить голоса избирателей. Перед выборами организации ХДС резко увеличивали активность. В центр агитации ставили местные проблемы и обещания решить их. Такая линия оправдывала себя. ХДС удавалось многократно побеждать социал-демократов на выборах всех уровней, хотя по численности СДПГ и ее партийные организации во много раз превосходили христианских демократов.