Читать книгу - "Расстрел "Белого дома". Черный Октябрь 1993 года - Александр Островский"

Среди лиц, причастных к подготовке переворота А. Ф. Дунаев упомянул другого заместителя министра внутренних дел – Александра Николаевича Куликова. При этом Андрей Федорович подчеркнул, что он лично был против силового решения, так как опасался, что это может привести к гражданской войне. По его словам, подобную же позицию занимал министр безопасности Виктор Павлович Баранников[371].

В субботу 22 мая В. П. Баранников пригласил Б. Н. Ельцина к себе на дачу и познакомил с предпринимателем Борисом Иосифовичем Бирштейном[372].

Б. И. Бирштейн родился в 1947 в Прибалтике[373]. В конце 70-х уехал в Израиль и вскоре создал фирму Seabeko[374], затем вернулся в СССР и организовал здесь одно из первых совместных предприятий[375]. К весне 1993 г. он был известен не только в России. Б. И. Бирштейн тесно сотрудничал с президентом Молдовы Мирчо Снегуром[376], на Украине – консультировал Леонида Кучму[377], играл видную роль в Киргизии[378].

Как явствует из интервью Б. И. Бирштейна, цель упоминаемой встречи заключалась в поиске компромисса между президентом и парламентом. Сам президент был готов к переговорам на эту тему, но их сорвало его ближайшее окружение[379].

5 июня начало свою работу Конституционное совещание[380]. Открылось оно докладом Б. Н. Ельцина[381]. Как только завершилось выступление президента, к трибуне направился спикер. Сначала Борис Николаевич не пожелал давать ему слово, а когда сделал это, большинство присутствующих устроили Р. И. Хасбулатову обструкцию[382].

В знак протеста Руслан Имранович и его сторонники покинули совещание. Слишком бурно выражавший свое возмущение обструкцией Юрий Максимович Слободкин был вынесен из зала на руках[383]. Причем, когда у него с ноги упал ботинок, один из стражей порядка бросил его вслед неукротимому депутату[384]. А когда Генеральный прокурор Российской Федерации В. Г. Степанков напомнил охранникам о «депутатской неприкосновенности», его просто отбросили в сторону[385].

«И все это, – пишет Н. Павлов, – происходило при огромном стечении народа, прессы, перед глазами президента и руководителей правительства, наконец, при прямой трансляции на всю страну»[386].

Так организаторы Конституционного совещания демонстрировали свою приверженность демократии.

В тот же день на Лубянской площади собралась оппозиция. Описывая этот митинг, журналисты «Московского комсомольца» ехидно подчеркивали: «Жаль только, что никто из митинговавших, столь тоскующих по твердой, истинно русской руке, не заметил, что часы на фасаде Министерства безопасности показывали вашингтонское время»[387].

Не сумев примирить президента и спикера, в воскресенье 6 июня В. П. Баранников организовал встречу Б. И. Бирштейна с А. В. Руцким, Р. И. Хасбулатовым, В. С. Черномырдиным и некоторыми членами Президиума Верховного Совета. Она тоже оказалась безрезультатной[388].

16 июня состоялось второе пленарное заседание Конституционного совещания. Оно рассмотрело основные принципы новой Конституции. Из 594 зарегистрировавшихся членов совещания за них высказалось 467[389]. Против в основном голосовали представители регионов[390].