Читать книгу - "Западный фронт РСФСР 1918-1920 - Анатолий Грицкевич"

В частности, были арестованы князь Святополк-Мирский, барон Нолькен, Зигмунт Левицкий, Обезерский и ряд других лиц. Примерно через месяц — 27 (14) февраля — в Могилеве состоялся суд «революционного трибунала» над князем Святополком-Мирским. Его обвинили в «пособничестве контрреволюционому мятежу Довбур-Мусьницкого», а также в намерении передать мятежникам список членов исполкома губернского совета для их ареста после захвата Могилева польскими войсками. Местная газета «Известия Могилевского губернского исполнительного комитета Совета PC и Кд» писала в своем шестом номере, что зал заседания был переполнен «представителями помещиков и буржуазии», которые вели себя вызывающе.

Трибунал решить отложить рассмотрение дела, но тут из зала раздались несколько револьверных выстрелов в сторону «революционных судей». Караул с помощью находившихся в зале большевиков задержал стрелявших. Ими оказались двое милиционеров-поляков. После этого трибунал продолжил свою работу и немедленно приговорил князя, а также стрелявших, к смертной казни. Приговор был приведен в исполнение утром следующего дня.

В то же самое время губисполком разрешил крестьянам забирать имущество из помещичьих имений (т. е. грабить), чем они весьма охотно занялись. Кроме того, красногвардейцы и крестьяне нападали на госпитали, размещенные в сельской местности, убивали раненых польских солдат, а также врачей и медсестер. В частности, был разгромлен госпиталь в местечке Тихиничи неподалеку от Рогачева. Это злодеяние подробно описал писатель М. Ванькович в повести «Госпиталь в Тихиничах».

* * *

2 февраля (20 января) 1918 года польские войска заняли Бобруйск и здешнюю крепость. Местные красногвардейцы сколько-нибудь серьезного сопротивления не оказали, а российский гарнизон в Бобруйске отсутствовал. Поляки арестовали членов совета и конфисковали в казначействе один миллион рублей.

На следующий день, 3 февраля (21 января) А. Ф. Мясников, по согласованию с Н. В. Крыленко, издал приказ о расформировании Первого Польского корпуса. 4 февраля Крыленко приказал польским солдатам арестовать всех офицеров корпуса, а Довбур-Мусьницкого объявил вне закона как «врага революции». Теоретически это означало, что любой человек мог безнаказанно убить его. Но таковых не нашлось (Довбур-Мусьницкий через 19 лет умер в Польше естественной смертью).

Согласно приказу Крыленко тех офицеров, которые откажутся сдать оружие, польским солдатам предлагалось арестовывать и предавать «революционному суду», а в случае сопротивления — расстреливать на месте. Но все это были «бумажные» меры. Трудно сказать, чего в них больше: веры в силу «грозных приказов» или желания показать высшему большевистскому руководству свое революционное рвение?

Польские солдаты приказу, конечно же, не подчинились. Однако в конце января — начале февраля, вследствие большевистской агитации в частях корпуса, часть солдат покинула свои подразделения, а некоторая часть перешла на сторону большевиков. Одновременно была объявлена добровольная демобилизация солдат Польского корпуса — в Могилеве, Минске и других местах. Проводил ее демобилизационный отдел Комиссии по польским делам. Демобилизовались несколько тысяч человек.

Тем временем большевики подтянули новые силы — отряды «красных» латышских стрелков, «революционных» матросов и красногвардейцев. Командовал ими Иоаким Вацетис (1873–1938) — бывший полковник российской армии. Историки насчитали до 10 тысяч солдат, матросов и красногвардейцев, привлеченных к борьбе с поляками.

8 февраля (26 января) 1918 года началось наступление «красных» на части корпуса, находившиеся севернее Рогачева. Через два дня они заняли Старое Село, Мадоры и станцию Тощица. В ночь с 12 на 13 февраля (30–31 января) «красные» с боем взяли Рогачев. Части 1-й польской дивизии отступили к Бобруйску. Боевые действия происходили и в других местах.

Генерал Довбур-Мусницкий решил собрать все три дивизии корпуса и другие части в одном районе и нанести удар по слабым отрядам красногвардейцев на минском направлении. Он хотел продвинуться к Слуцку и Минску, чтобы усилить корпус за счет членов подпольных структур ПОВ (польской военной организации).

Закрепившись в Бобруйске, польские войска продолжили наступление на Слуцк и Минск. В ночь с 18 на 19 февраля войска 2-й дивизии корпуса разбили красногвардейские отряды возле станций Ясень и Осиповичи, которые они заняли. Эта же дивизия заняла Жлобин. Тем самым Довбур-Мусьницкий перерезал путь для доставки на Западный фронт «красных» войск с Украины.

Однако наступление в направлении Могилева не удалось, ибо в польской дивизии не было артиллерии (не успели подвезти) и польские войска отступили к Бобруйску.

В то же время 3-я польская дивизия, двигавшаяся из Смоленской губернии, смогла, из-за плохого взаимодействия между рогачевской и жлобинской группами войск «красных», пройти между ними и присоединиться к своим главным силам.

* * *

А в это время в связи со срывом переговоров о мире в Бресте, германское командование объявило 16 февраля, что перемирие заканчивается, и что в 12 часов дня 18 февраля германские войска начинают наступление по всему фронту. На Западном фронте к тому времени оставалось не более 70 тысяч солдат «революционной армии». Началось повальное бегство с фронта и этих войск. Но самыми первыми бежали из Минска сотрудники большевистского партийно-советского аппарата— уже 19 февраля. Все это позволило частям 2-й польской дивизии в середине февраля занять Слуцк и приблизиться к Минску, а в ночь с 19 на 20 февраля ее передовые подразделения вошли в Минск.^[15]

20 февраля, как уже отмечалось выше, Исполком Рады Всебелорусского съезда своей Первой Уставной грамотой провозгласил свою власть на территории Белоруссии. В тот же день, во избежание вооруженного конфликта, была создана общая белорусско-польская комендатура в Минске, а между белорусскими и польскими вооруженными отрядами установлена разграничительная линия по улицам города: вдоль Койдановского тракта, Московской и Захарьевской (Центральной) улицы. Польские военные заняли Либаво-Роменский вокзал, иначе Виленский (ныне Минск-Пассажирский), а белорусские — Александровский, иначе Варшавский (ныне станция Минск-товарная).

Но уже 21 февраля 1918 года, в 11 часов утра, в Минск прибыл поездом немецкий кирасирский полк, а к 25 февраля в городе разместились значительные силы оккупантов, к которым и перешла власть.

26 февраля в Бобруйске представители штаба Польского корпуса и германского командования заключили соглашение между собой. Польский корпус объявлялся нейтральным в русско-германской войне. Под его контроль переходила территория на юго-востоке Белоруссии, севернее Полесья. Железную дорогу Брест — Гомель немецкое командование оставило за собой, а территорию Полесья от Бреста до Гомеля передало УНР, с которой Германия заключила мирный договор 9 февраля.