Читать книгу - "«Несвядомая» история Белой Руси - Всеслав Зинькевич"

О том, что балтское племя литва – предки аукштайтов, свидетельствует и археология. Археологам известна культура восточнолитовских курганов, чья восточная граница практически совпадает с современной границей между Литовской Республикой и Республикой Беларусь. Этническая атрибуция населения указанной археологической культуры не вызывает сомнений: это то самое племя, которое фигурирует в древнерусских летописях под именем «литва» и занимает территорию, соответствующую ареалу расселения аукштайтов.

Топонимы Беларуси, оканчивающиеся на -ишки

Любопытно, что восточная граница культуры восточнолитовских курганов совпадает не только с современной белорусско-литовской границей, но и с границей топонимов, оканчивающихся на -ишки (типично литовские топонимы). Географические наименования, оканчивающиеся на -ишки, расположены тоненькой полоской вдоль границы Литвы и Беларуси.

Местоположение Литвы хорошо иллюстрирует Ипатьевская летопись. В записи за 1263 год говорится, что Войшелк, сын Миндовга, заложил Лавришевский монастырь на Немане «между Литвой и Новогрудком». К тому времени Новогрудок входил в состав Великого княжества Литовского, но этнически это была русская земля, подчинённая литовцам. Собственно Литва располагалась на территории современной Литовской Республики и чуть-чуть заходила на северо-запад современной Беларуси. Впоследствии за землёй Новогрудчины закрепились наименования Чёрная Русь и Чёрная Россия.

Пограничный город Гродно, расположенный к западу от Новогрудка, относит к Руси немецкий хронист XIV века Виганд Марбургский, описывая поход 1364 года: «Маршалек созывает войско иностранцев для обложения Гродна, намереваясь идти также против русинов»^[39].

Таким образом, современное белорусское Понеманье – русская земля, Чёрная Русь, а не мифическая «древняя Литва» или что-то иное в этом роде. Литовцы занимали некоторые земли современной Беларуси на северо-западе, однако основным ареалом их проживания была территория нынешней Литовской Республики. Это опровергает псевдоисторическую теорию местечковых националистов о том, что «древняя Литва располагалась между Минском и Новогрудком». Автором этой теории был исследователь-дилетант из Минского пединститута Микола Ермолович. Критически к этой теории относятся даже некоторые белорусские историки националистической ориентации. Например, Олег Дернович пишет: «Ермолович просто взял пограничные точки топонимов «Литва», да и то не все, и обвёл их. Поэтому у него и получилось, что историческая Литва – это где-то рядом с Минском. Но подобные топонимы возникают именно на пограничной территории, а не на основной! В академической среде концепция Ермоловича непопулярна. Здесь много сторонников его идей вы не найдёте»^[40].

Если проанализировать исторические источники Тевтонского ордена, одного из главных врагов Великого княжества Литовского, то всякие сомнения насчёт того, кто же такие литвины в этническом отношении, отпадают. Приведём некоторые выдержки из произведений основных авторов ХІII-ХІV веков.

Генрих Латвийский «Хроника Ливонии» (XIII век)^[41]

«Литовцы же, разграбив всю окрестную область, ночью собрались все вместе в деревне Анно и рано утром ушли из страны, забрав с собой женщин, малых детей и большую добычу. В самую ночь Рождества Господня ливы, отправив гонцов, сообщили епископу, что литовское войско вступает в Ливонию, а потом гонцы, следуя один за другим, стали доносить об избиении и пленении людей, опустошении храмов и обо всём том вреде, какой причинили язычники вновь основанной церкви… По возвращении епископа в Ливонию с его пилигримами пришли к нему семигаллы (жемайты. – Прим. авт.) из Мезиотэ просить помощи против литовцев. И сказал епископ: «Если вы захотите креститься и принять законы христианства, то мы окажем вам помощь и примем вас в братское общение с нами». И сказали те: «Мы не смеем креститься из-за дикости других семигаллов и литовцев, разве только ты пошлёшь к нам в замок своих людей и этим защитишь нас от нападков; оставшись с нами, они могут и совершить над нами таинство крещения и научить нас законам христианским»».

Комментарий: из приведенного отрывка видно, что литовцы – родственники жемайтов (семигаллов), балты-язычники.

Пётр из Дусбурга «Хроника земли Прусской» (завершена в 1326 году)^[42]:

«Пруссы не имели понятия о Боге. Поскольку они были глупцами, то разумом не могли постичь Его, а так как письменности у них не было, то не могли созерцать Его и в Писании. В самом начале они весьма дивились тому, что кто-то, отсутствуя, мог пояснить свои намерения буквами. И вот, поскольку они не знали Бога, то случилось, что в заблуждении своём они всю природу почитали вместо Бога, а именно солнце, луну и звёзды, гром, птиц, также четвероногих, вплоть до жабы. Были у них также священные леса, поля и реки, так что они не смели в них рубить деревья, или пахать, или ловить рыбу. Было же посредине этого погрязшего в пороке народа, а именно в Надровии (ныне территория Калининградской области. – Прим. авт.), одно место, называемое Ромов, ведущее название своё от Рима, в котором жил некто по имени Криве, кого они почитали как папу, ибо как господин папа правит вселенской церковью христиан, так и по его [Криве] воле или повелению управлялись не только вышеупомянутые язычники, но и литвины и прочие народы земли Ливонской… Ныне же литвины и прочие язычники этих мест сжигают упомянутую жертву в каком-то священном месте согласно их обряду, но прежде чем сжечь коней, их загоняют настолько, что они едва могут стоять на ногах».

«Во всем подобное этому видение узрел один деревенский молотильщик, человек простой, бесхитростный и богобоязненный, в земле Прусской. Когда он стоял у ворот своего дома, то ясно увидел в воздухе братьев, сражающихся с_литвинами, и позвал к себе челядь свою и сказал: «Разве вы не видите, как братья Господа нашего сражаются с язычниками?»».

«В это время мощная рать пруссов, судовов и литвинов вторглась в землю Самбийскую и, поставив литвинов с одним камнемётом с одной стороны, а остальных с другим – с другой, восемь дней, ежедневно штурмуя, осаждали замок Вилов… В этой жесточайшей битве многие язычники были убиты и смертельно ранены; но вышеупомянутый Генрих, выстрелив из баллисты, пронзил стрелой и убил одного знатного и власть имущего человека, вождя литвинов, а с другой стороны выстрелил в одного мастера, который, чтобы починить камнемёт, поднялся на верх его, и стрелой пригвоздил ему руку к камнемёту; увидев это, испуганные язычники сняли осаду».