Читать книгу - "Че Гевара. Важна только Революция - Джон Ли Андерсон"

Советский Союз стремительно двигался вперед, создавая ядерное оружие, и достиг огромных успехов в деле освоения космоса. В 1957 г. СССР первым в мире запустил космический спутник, а в апреле 1961 г. в космос полетел Юрий Гагарин. Кеннеди пытался принять решение, начинать ли операцию в заливе Свиней, а ликующий Хрущев вовсю трубил о своей победе в космосе, предлагая Западу «догонять».

Тем временем в мире возникали новые «горячие точки». Начались волнения в Африке. Соперничающие группировки продолжали бороться за власть в Конго. Руанда, Танганьика и Сьерра-Леоне получили независимость, а в португальской колонии Анголе вооруженное движение сопротивления начало борьбу против колониального правления Лиссабона. В Алжире война за независимость длилась уже семь лет и унесла сотни человеческих жизней, угрожая перерасти в гражданскую войну в самой Франции.

В Юго-Восточной Азии партизаны-вьетконговцы, при поддержке северовьетнамского правительства Хо Ши Мина в Ханое, угрожали правительству Южного Вьетнама, за которым стояли США. В соседнем Лаосе партизаны организации «Патет-Лао» начали мощную атаку на вьентьянский режим («Патет-Лао» опиралась на поддержку СССР и Китая, правительство — на американскую поддержку). Кеннеди вынужден был рассматривать возможность военного вмешательства. В итоге было достигнуто соглашение о прекращении огня, но положение в Лаосе оставалось напряженным и нестабильным.

Тем временем советско-кубинское сотрудничество набирало обороты. В мае 1961 г. Советский Союз наградил Фиделя международной Ленинской премией мира. Белый дом беспокоило, что СССР может начать укреплять свой плацдарм на Кубе, размещая на острове ракетные базы. Несмотря на заверения Хрущева в обратном, министр юстиции и генеральный прокурор Роберт Кеннеди в апреле предупреждал своего брата об этой возможности и призывал к скорейшим действиям. «Пришла пора показать силу, ведь через год-два положение будет куда хуже».

Летом Кеннеди по выходным читал работы Мао и Че Гевары о партизанской войне. Он был убежден, что теперь самое главное — это способность при помощи армии противостоять растущей угрозе мятежей, организуемых левыми силами. Он приказал армии повысить навыки борьбы с партизанами. К сентябрю эта инициатива воплотилась в создании нового элитного корпуса для борьбы с повстанческими движениями — «зеленых беретов».

«Переход» Кубы в руки Советов подвиг Кеннеди к тому, чтобы принять меры для укрепления американской гегемонии в других странах Латинской Америки. Для предотвращения других революций наподобие кубинской он разработал для региона обширную программу помощи в экономическом развитии.

Это и стало декорациями для экономической конференции Организации американских государств, проведенной в августе в Уругвае, в курортном городе Пунта-дель-Эсте. Для обнародования программы «Союз ради прогресса» — грандиозного, беспрецедентного проекта стоимостью двадцать миллиардов долларов, рассчитанного на десять лет, — Кеннеди отправил туда своего министра финансов Дугласа Диллона. А в качестве представителя от Кубы Фидель прислал на конференцию Че.

Приезд Гевары накалил прежде спокойную атмосферу в Пунта-дель-Эсте. Че сразу перетянул все внимание на себя, фотографы и журналисты ловили каждый его взгляд и слово и ходили за ним повсюду. С приездом Че конференция стала настоящим театральным действом и историческим событием.

Гевара вел себя в соответствии со своей репутацией. За ним повсюду следовал юный телохранитель Леонардо Тамайо, что выглядело несколько экзотично. Все министры приходили на конференцию в костюмах, а Че был одет в военную форму. Все произносили свои речи сидя, а он, выступая 8 августа, стоял. Дуглас Диллон с нарочито скучающим видом смотрел в потолок и зевал, а Че разносил в пух и прах предложенную Америкой программу, говоря, что ее цель — еще больше изолировать Кубу, усилить контроль над остальными латиноамериканскими странами, подкупив их деньгами, и увеличить их зависимость от могущественного северного соседа.

С другой стороны, говорил Че, пример Кубы, отстоявшей свою политическую и экономическую независимость, может стать руководством к действию для остальных стран Латинской Америки. По оценкам США, благодаря «Союзу ради прогресса» страны Латинской Америки увеличат темпы экономического роста на два с половиной процента, а у Кубы, заявил он, через несколько лет этот показатель будет составлять десять процентов.

Чтобы со стороны Кубы звучала не только критика, Че предложил ряд условий, которые должны были выдвинуть страны, планирующие присоединиться к союзу. Среди них — свободный экспорт сырья в любые государства по их желанию и прекращение протекционистского субсидирования Америкой своих товаров, которое не дает возможностей для конкуренции.

Че подробно рассказал о многочисленных актах агрессии США в отношении Кубы, кульминацией которых стало вторжение в заливе Свиней, но затем перешел на более миролюбивый тон. Куба не желает зла своим соседям, сказал он, и хочет быть частью семьи американских народов. Ее лидеры всегда готовы сесть за стол переговоров и обсудить расхождения с США, но без всяких предварительных условий. Все, чего хочет Куба, — это гарантии, что на нее не будет совершено нападения и ей будет дано право быть «другой» в рамках своих границ. «Мы не можем не служить примером для остальных, как этого желали бы США, потому что пример — это понятие, не знающее границ. Но мы гарантируем, что не будем заниматься экспортом революции, что ни одна винтовка, ни одно боевое средство не покинет пределов Кубы, чтобы быть использованными в боевых действиях в других странах Америки».

Речь Че продолжалась два часа пятнадцать минут, и, как только он закончил, в зале раздался крик: «Убийца!» Охранники сцепились с кричавшим и выволокли его наружу, а в это время на трибуну, где стоял Че, забрались двое других неизвестных и стали оскорблять его. Не обращая на них внимания, Гевара спокойно сошел с трибуны и покинул зал. Позже полиция сообщила прессе, что нарушителями порядка оказались кубинские эмигранты из «Демократического революционного фронта» — финансируемой ЦРУ антикастровской группировки.

В Уругвай приехали родные Че, и впервые со времени отъезда из Аргентины он увидел своего брата Роберто и сестру Ану Марию. Приехали также его отец, мать, брат Хуан Мартин, сестра Селия и тетя Беатрис. Помимо того, прибыло и довольно много старых друзей Эрнесто: Хулио «Гаучо» Кастро, которого Че пытался зазвать на Кубу, Бето Аумада, Пепе Агилар, его старый «деловой партнер» Карлос Фигероа и Рикардо Рохо, успевший со времени встречи с Геварой на Кубе оставить дипломатический пост в Бонне и вернуться домой.

Различия между Че и его братом Роберто были разительны. Роберто женился на представительнице аргентинской аристократии и, хотя заявлял о своей аполитичности, работал юристом в отделе социального обеспечения аргентинских военно-морских сил, являвшихся одним из самых консервативных политических институтов страны.

Роберто не рассказывает, был ли у него с Че разговор о разнице во взглядах. В одном интервью, беседуя с журналистом о встрече в Пунта-дель-Эсте, он упомянул только, что нашел своего брата «совсем другим», не таким, каким Эрнесто был за восемь лет до того: он стал суровым, целеустремленным, и ему явно не хватало чувства юмора. Когда Роберто отметил эту последнюю перемену в Че, тот коротко сказал: «Остроты меня больше не интересуют, у меня теперь другое представление о юморе».