Читать книгу - "Голландская республика. Ее подъем, величие и падение. 1477-1806. Том 2. 1651-1806 - Джонатан И. Израэль"

Пенсионарий Голландии, Антони Хейнсиус, к 1702 г. был международно признанным государственным деятелем с огромным опытом. Хотя он тесно сотрудничал с Вильгельмом III, он никогда не был простым орудием в руках штатгальтера и считался (до определенной степени) защитником интересов Голландии. Тем не менее, он ассоциировался с политикой штатгальтера-короля и после 1702 г. его влияние пошло на спад, хотя и в меньшей степени, чем влияние других доверенных лиц Вильгельма III. В Штатах Голландии баланс сил резко качнулся от друзей штатгальтера к блоку партии Штатов. В ridderschap' е главенствующей фигурой стал барон Якоб ван Вассенар (1646-1707 гг.), лидер антиоранжистских дворян, добившийся возвращения в состав этой коллегии нескольких других дворян-антиоранжистов, которых в свое время отстранил Вильгельм III. Новый «письменный контракт» в Лейдене мог формально закрепить чередование должностей и равновесие между партийными блоками, но не было сомнений, на чьей стороне после 1702 г. будет перевес. Из всех голландских городов Лейден громче всего заявлял о своей оппозиции штатгальтерству и амбициям Иоганна Вильгельма Фризо. В Амстердаме друзья Вильгельма Витсен и Хюдде были переизбраны бургомистрами только за месяц до смерти штатгальтера-короля. Но с этого момента они оказались в тени лидеров республиканского блока во vroedschap'е — Яна Хюйдекопера, Якоба Хинлопена и ловкого Жана Корвера.

Фавориты Вильгельма III не отказались от власти и влияния, или возможностей обогащения, без борьбы. Они попытались подкрепить свои позиции доводом, что Соединенные Провинции, находясь на пороге войны с Францией и Испанией под властью династии Бурбонов, нуждались в том, чтобы их капитан-генералом и адмиралом была некая сиятельная особа, требуя от Генеральных Штатов назначить на эту высокую должность принца Георга Датского, консорта Анны, новой правящей королевы Англии. Предложение, поддержанное Хейнсиусом, а также Дейквелтом, Одвейком, Бентинком и Кеппелом, преследовало цель сохранить некую часть их влияния, введя разновидность «суррогатного» штатгальтерства. Дейквелт был отправлен в Амстердам, чтобы склонить к этой идее vroedschap: амстердамские регенты разделились во мнениях; но Корвер и Хюйдекопер увлекли за собой большинство, и оранжисты были побеждены.

В отличие от 1651 г. Штаты Фрисландии и Гронингена не предприняли никаких усилий убедить другие провинции, что они были обязаны, в соответствии с условиями Утрехтской унии, назначить штатгальтеров. Но две северные провинции продвигали интересы их молодого штатгальтера, желая, чтобы его признали «принцем Оранским», и в мае 1703 г. настаивали на его назначении генералом пехоты в армии с более высоким рангом, чем у других генералов Республики, в качестве предпосылки для последующего назначения на должность капитан-генерала, а со временем и штатгальтера. Это вызвало энергичное сопротивление со стороны регентов-республиканцев в Голландии, Зеландии и восточных провинциях. Лейденский vroedschap придерживался точки зрения, что Иоганну Вильгельму Фризо не следует предоставлять какого-либо особого титула или полномочий, так как это оскорбило бы «нашего великого и могущественного соседа и союзника», короля Пруссии. Антиоранжисты ловко использовали раскол, возникший в результате назначения Вильгельмом III наследником его прав и состояния фризского штатгальтера. Дело в том, что права Иоганна Вильгельма Фризо на наследственные земли и титул «принца Оранского» оспаривал новый король Пруссии, который (будучи сыном старшей дочери Фредерика-Хендрика, Луизы-Генриетты) сам претендовал на наследство и титул — и в марте 1702 г. оккупировал Линген.

Голландия, через Генеральные Штаты, могла играть роль третейского судьи в споре из-за наследования, и в интересах Голландии было затянуть этот процесс как можно дольше. Действительно, тяжба продолжалась тридцать лет. Тем временем Голландия и четыре другие провинции, не имевшие штатгальтера, отказывались обращаться к Иоганну Вильгельму Фризо как «принцу Оранскому» или «Высочеству», или присваивать ему ранг, подобающий принцу. Молодой штатгальтер был назначен генералом армии, но на равных условиях с остальными генералами. Самый щекотливый пункт заключался в том, чтобы избежать нанесения оскорбления королю Пруссии. Генеральные Штаты вряд ли могли отказаться принимать письма от этого могущественного правителя, несмотря на то, что он подчеркнуто добавлял к своему имени титул «принца Оранского». Выход из затруднительного положения был найден в том, что его письма принимались, но в ответах на них титул «принца Оранского» скрупулезно опускался.

Изменение политической структуры в 1702 г., хотя и произошло без особых потрясений, было фундаментальным. Как и следовало ожидать, перераспределение влияния и патронажа, рассредоточение власти и формализация процесса принятия решений возродили также интерес к республиканской идее, идеологическим традициям партийного блока Штатов и консультативным органам власти Республики. Это отражала целая волна печатных изданий. Среди них были труды Эмануэля ван дер Ховена (ок. 1660 — ок. 1728 гг.), который в 1705 г. опубликовал первое серьезное исследование деятельности Яна де Витта, содержавшее официальные документы, а в 1706 г. — свою двухтомную «Hollands Aeloude Vryheid», где приводил доводы в пользу республики без штатгальтеров, прославлял Олденбарневелта и Гроция и, при обсуждении средневековой истории, демонстрировал сильное пристрастие к партии «Крючков» (которая сопротивлялась бургундцам и первым Габсбургам). Сюда же можно отнести и новое издание политических сочинений Макиавелли (1703-05 гг.) и двухтомное «Spiegel van Staet» Ромейна де Хоге (1706 г.), превозносившего органы власти Республики; а также «Diocletianus et Maximianus» (1704 г.) вели кого ученого-правоведа Герарда Нодта (1647-1725 гг.), критику коррупции при отправлении уголовного правосудия, которая отчасти представляла собой атаку на коррупционные методы baljuws Вильгельма III.

В Голландии перераспределение власти произошло мирным путем, без нарушения работы правительственного и административного механизмов. По-иному развивались события в других провинциях, которые в 1702 г. решили отменить штатгальтерство в виде реакции на действия Вильгельма III. Здесь концентрация власти в руках штатгальтера и его фаворитов была слишком обширной и формализованной, чтобы был возможен гладкий переход к новой политической конструкции. Штатгальтер и его фавориты подчинили провинциальные четверти и городские правительства системе контроля, что вызвало значительный объем неудовольствия, которое вскоре привело, особенно в Гелдерланде и Зеландии, к широкомасштабным беспорядкам.

Большая часть Зеландии погрузилась в смуту. Тогда как Флюшинг и Вер сохраняли верность своей традиционной оранжистской позиции, другие города стали свидетелями ожесточенной борьбы между оранжистской и антиоранжистской группировками. Много прежде оранжистских регентских семей, таких как ван Киттерс и де Хуберт, перешли (хотя зачастую лишь временно) в антиоранжистский лагерь. Волнения нередко разжигали бывшие регенты или члены семей регентов, изгнанных из городских советов в 1672 г. и (в Мидделбурге) в 1676 г., против соперников, введенных в состав муниципалитетов Вильгельмом III, которые теперь отказывались уступить им место. Как вошло в традицию в Зеландии, обе стороны обратились за поддержкой к горожанам и ополчению, причем оранжисты вербовали своих сторонников среди лавочников и рыбаков, антиоранжисты — зачастую среди средних слоев городского населения. Появились опытные агитаторы, раздававшие памфлеты в кофейнях и тавернах, разжигавшие политические страсти своими речами и организовавшие подачу петиций.