Читать книгу - "Политическая биография Марин Ле Пен. Возвращение Жанны д'Арк - Кирилл Бенедиктов"

Крайне правые, попытавшиеся было объединиться вокруг Комитета в поддержку Тиксье-Виньянкура, вновь распались на многочисленные соперничающие группы. Мечте Ле Пена о создании единой мощной ультраправой партии, казалось, не суждено было сбыться. От предложения сотрудничать с голлистами, которые по достоинству оценили его организаторские и ораторские способности, Жан-Мари отказался. Позже, в книге « Французы прежде всего» Ле Пен писал, что «предпочитал оставаться самим собой, Ле Пеном, играющим только за себя, пусть и с минимальными шансами на успех». И, потерпев поражение, он стоически продолжал свой «переход через пустыню»^[46].

Переход через пустыню закончился в 1972 году, когда Жан-Мари Ле Пену предложили принять участие в проекте, получившем название «Национальный Фронт».

Вопреки распространенному мифу о том, что Национальный Фронт был создан Жан-Мари Ле Пеном (мифу, к популяризации которого приложила руку официальная партийная пропаганда), действительность была на порядок сложнее.

Фактически Национальный Фронт сформировался вокруг организационного ядра группировки «Новый порядок», о котором говорилось в начале этой главы. Между 1969 и 1972 годами «Новый порядок» стал самой крупной ультраправой организацией Франции. Во многом этому способствовал приход в его ряды опытных аппаратчиков из «Комитета в поддержку Тиксье-Виньянкура», один из которых — адвокат Жан Франсуа Гальвэр — стал первым руководителем организации. Через него был налажен контакт с образовавшимся на руинах Комитета движением Республиканский Альянс за свободу и прогресс (ARLP). Позже Гальвэр был смещен со своего поста гораздо более радикальной группой, во главе которой стоял Ален Робер — студент факультета права и лидер бойцов из Группы объединенных правых.

Частично переняв у «Запада» методику ведения борьбы, «Новый порядок» все же значительно реже использовал «тактику прямого действия». Об отказе от уличных акций речь, конечно, не шла: организация имела в своем распоряжении мобильные отряды боевиков, вооруженных дубинками и железными прутами. Но хотя на счету у «Нового порядка» были такие инциденты, как побоище у Версальских ворот, учиненное в марте 1971 г., опыт запрещенного правительством «Запада» кое-чему научил даже таких экстремистов, как Ален Робер. Поэтому активисты «Нового порядка» стремились организовывать шумные, но бескровные акции (одной из них стала манифестация протеста против визита во Францию Л. И. Брежнева 25 октября 1971 г.)

Но самым главным отличием «Нового порядка» было стремление привести свою идеологию хоть в какую-то систему. Правда, следует признать, что попытки эти не всегда были успешными. «Новый порядок» экспериментировал с отдельными элементами европейских фашистских и национал-социалистических систем. Руководители «Нового порядка» неоднократно подчеркивали, что ориентируются на итальянскую партию «Итальянское социальное движение» Джиорджио Альмиранте, организовывавшую массовые демонстрации и акции протеста^[47]. Поддерживали они тесные связи и с немецкой Национал-демократической партией ФРГ. Интересно, что, как и НДП, «Новый порядок» выступал за создание единой Европы, «от Атлантики до порогов Востока», Европы, свободной от иностранной гегемонии — как американской, так и советской.

В конце 1970 г. руководство «Нового порядка» выпустило брошюру «Революция 1970 г. — основные линии современного националистического решения», в котором излагались цели нового «идеалистического и экстремистского государства»^[48]. Среди прочего, это государство должно было «запретить опасные и антисемейные идейные течения» и организовывать для молодежи (начиная с десятилетнего возраста) специальные курсы военной подготовки. Отмечалось, что общество, которое стремится построить «Новый порядок», отличается от фашистского, поскольку в нем не будет смешения между государством, партией и человеком (что бы это ни значило. — К. Б.). В этом новом обществе «иерархии заслуг» будет отдаваться предпочтение перед корпоративной организацией, то есть общество будет, скорее, меритократическим, нежели тоталитарным. В заключение авторы брошюры заверяли читателя, что над их теоретическими поисками «продолжают витать идеи Хосе Антонио Примо де Риверы»^[49].

Таким образом, идеология «Нового порядка» представляла собой своего рода «ирландское рагу», в котором радикальные лозунги социальной справедливости соседствовали с традиционными и консервативными требованиями восстановления семейных ценностей и «иерархии заслуг», и все это надлежало осуществить в рамках «экстремистского государства». Эта эклектика во многом была обусловлена сосуществованием на платформе «Нового порядка» весьма разнородных элементов крайне правого фланга французской политики, которым подчас было очень не просто достичь компромисса.

Идеологическая слабость «Нового порядка» стала одной из причин поражения организации на первых же выборах, в которых она приняла участие, несмотря на ярко выраженный антипарламентаризм некоторых своих лидеров. Это были муниципальные выборы 1971 г. В 14 районах Парижа за «Новый порядок» проголосовало около 20.000 человек — капля в море для более чем двухмиллионного города. Учитывая тяжелые для ультраправых 60-е годы, это было, пожалуй, не совсем безнадежно — но лидеры «Нового порядка» рассчитывали на большее. Именно тогда им стало ясно, что без полноценной политической партии, созданной по примеру партий мейнстрима, шансов на успех у крайне правых нет. А это было досадно, потому что идеи крайне правых находили отклик в обществе; вот только без эффективной организационной машины конвертировать их в политический капитал не было никакой возможности. Решение о создании «революционной националистической партии» было принято на 2-м съезде «Нового порядка», проходившего в Париже 10–11 июня 1972 г.

Строго говоря, с этого дня и начал отсчитывать свою историю «Национальный Фронт». Недоверие к мейнстримным партиям среди крайне правых было слишком велико — в проекте отказались участвовать такие организации, как «Национальная реставрация», чей лидер Пьер Жюэль принципиально отвергал парламентские методы ведения политической борьбы. Не приняли предложения «Нового порядка» и интеллектуалы, называвшие себя «новыми правыми» и основавшие три года спустя «Группу изысканий и исследования европейской цивилизации» (GRECE).

Зато в рядах бывших членов «Комитета в поддержку Тиксье-Виньянкура» призыв к созданию новой партии нашел самую горячую поддержку. На переговоры с «Новым порядком» пошли две организации, наследовавшие Комитету: уже упоминавшийся «Республиканский Альянс за свободу и прогресс», стоявший на антиголлистских позициях, и «Движение молодой революции», сколоченное капитаном Сержаном из остатков группы ОАС-Метро-Молодежь^[50]. К «Движению молодой революции» были близки католики-интегристы, выступавшие против обновленческих идей Второго Ватиканского собора. Из рядов «Движения» вышли, в частности, Р. Мари, Жан-Пьер Стирбуа и Мишель Коллино, которые впоследствии стали видными деятелями НФ.