Читать книгу - "Битва ставок. Великое противостояние. 1941-1945 - Анатолий Александрович Александров"

наступление советских войск, согласно уговору на Тегеранской конференции, начнется к середине июня на одном из важных участков фронта… Обязуюсь своевременно информировать вас о ходе наступательных операций».

С 6 июня Верховный торопил командующих фронтами с переходом в наступление. Вечером 7 июня Сталин позвонил командующему Ленинградским фронтом Говорову и заслушал его доклад о готовности фронтовой группировки к началу наступления на Карельском перешейке. Он также уточнил вопрос о готовности Балтийского флота к операции по высадке десантов в тылу финских войск.

Утром 14 июня Верховный сообщил начальнику Генштаба маршалу Василевскому, что из-за задержки в железнодорожных перевозках начало операции «Багратион» перенесено решением Ставки на 23 июня.

Пополудни 16 июня маршал Василевский направил Верховному донесение: «Хорошее впечатление производит новый командарм 43-й Белобородов. Отлично работают присланные с юга на фронт командиры корпусов Васильев и Ручкин. Дал указание сохранить за Васильевым, переведенным с гвардейского на негвардейский корпус, гвардейский оклад. Подготовка войск обоих фронтов идет вполне нормально, и, если погода позволит, к выполнению задания приступим строго в намеченный Вами срок».

Как бы второй частью итогового доклада Антонова об обстановке на фронтах за 17 июня явилось его сообщение о событиях в Нормандии:

- Войска союзников после высадки на побережье продвигаются вперед крайне медленно, всего два-три километ ра в сутки, товарищ Сталин. Несколько более высокие темпы наступления достигнуты лишь на полуострове Котантен. Их намерения на Шербурском направлении понятны - полностью обезопасить свои тылы от возможных контрударов с юга 7-й армии Дольмана. За истекшие десять суток боев им удалось объединить в один три небольших первичных плацдарма и продвинуться вглубь континента до тридцат и километров.

- Черчилль сообщил сегодня, что союзники перебросили во Францию пока лишь двадцать дивизий. Это половина из подготовленного контингента. Противник же имеет во Франции всего шестнадцать дивизий, притом достаточно ослабленных.

- Это явно заниженные данные, товарищ Сталин, - вступил в разговор начальник Генштаба Василевский. - По нашим данным, группа армий «Запад» фельдмаршала Рунштедта имеет пятьдесят две дивизии, из них десять - танковых.

Верховный бросил короткий взгляд на маршала Василевского, но все-таки поставил общий вопрос:

- Военная ситуация во Франции не претерпит больших перемен в ближайшее время. Но как отразится высадка англо-американских войск в Нормандии на советско-германском фронте? Что нам ожидать от немца?

- Я думаю, товарищ Сталин, что при любом развитии обстановки на западе Гитлер по-прежнему будет уделять основное внимание Восточному фронту. Здесь, по его мнению, кроются главные опасности для Германии, - сказал начальник Генштаба. - На западе он предпримет более энергичные шаги к замирению с англосаксами.

Верховный не согласился с маршалом Василевским:

- Никакого замирения немца с союзниками в ближайшее время не произойдет. Вчера немец нанес ракетный удар по Лондону. И намерен усилить бомбардировки. О каком замирении можно говорить в этих условиях?

Генерал Антонов продолжил мысль Василевского:

- Германское командование, конечно, беспокоит развитие обстановки на финском фронте, но и при успехе войск генерала Мерецкова в Южной Карелии оно не решится снять боеготовые войска с Запада. А вот с началом операции «Багратион» Гитлер предпримет авантюрные действия, чтобы о становить наступление советских войск.

Вечером 18 июня Сталин заслушал доклад Василевского о ходе подготовки 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов к операции «Багратион». Уточнив вопросы взаимодействия смежных фронтов Баграмяна и Черняховского, Верховный особо остановился на использовании в ходе наступления 5-й гвардейской танковой армии. Ее основная задача - быстрый выход к реке Березина, захват переправ и освобождение Борисова - оставалась неизменной, а вот срок ввода в прорыв и направление удара он поручил назначить представителю Ставки, исходя из складывающейся обстановки.

Начальник Генштаба Василевский еще не закончил свой доклад, когда Верховному позвонил маршал Жуков. Он доложил, что 1-му Белорусском у фронту в сутки сдается лишь два транспорта с боеприпасами вместо трех по плану. Не закончено сосредоточение 1-го мехкорпуса Кривошеина. Из трех полков САУ в район сосредоточения прибыл только один. На 2-й Белорусский фронт из девяти автобатальонов прибыло четыре. Запасы авиационного горючего составили на 18 июня семьдесят процентов. Жуков предложил перенести начало операции для 2-го и 1-го Белорусских фронтов с 23 на 24 июня.

Вопрос этот решился не сразу. Верховный поинтересовался мнением начальника Генштаба. Василевский тут же позвонил командующим 1-м Прибалтийским и 3-м Белорусским фронтами. Баграмян и Черняховский выразили полное согласие с этим предложением. И все-таки окончательное решение по этому вопросу было принято Сталиным позднее.

22 июня. Три года Великой Отечественной. Продолжали теснить финские корпуса к госгранице СССР Ленинградский фронт на Карельском перешейке и Карельский фронт на Олонецком, Петрозаводском и Медвежьегорском направлениях. Разведку боем провели 1-й Прибалтийский, 3-й и 2-й Белорусские фронты. Начиналась крупнейшая битва Второй мировой - операция «Багратион».

В ходе разведки боем войска 1-го Прибалтийского, 3-го и 2-го Белорусских фронтов Баграмяна, Черняховского и Захарова прорвали оборону 3-й танковой и 4-й армий от двух до шести километров и вынудили Рейнгардта и Хейнрици ввести в бой резервы. Лишь на Оршанском направлении противнику удалось защитить укрепленные позиции.

Ощутимый успех сопутствовал войскам 3-го Белорусского фронта. 39-я и 5-я армии Людникова и Крылова, наступая из района Лиозно, к исходу 23 июня продвинулись вперед до тридцати километров, расширив прорыв по фронту до пятидесяти километров. Войска 11-й гвардейской и 31-й армий Галицкого и Глаголева, встретив отчаянное сопротивление врага на Оршанском направлении, успеха не имели, незначительно вклинились в его оборону.

Силами 49-й армии Гришина перешел в наступление на Могилевском направлении и 2-й Белорусский фронт. Нанося удар на участке в двенадцать километров, соединения 49-й армии продвинулись к исходу 23 июня вперед до восьми километров, с ходу форсировали Днепр, захватив важный плацдарм на его правом берегу, восточнее Белыничей.

Войска 1-го Белорусского фронта в первый день операции «Багратион» провели лишь разведку боем на Бобруйском направлении. Войска 9-й армии генерала Формана оставались в статичном положении, что позволяло фронтовым силам осуществить прорывы от Рогачева и Озаричей, по утвержденному Ставкой плану.

Напряжение к концу первого дня Белорусской операции достигло своей кульминации не только на фронтах, но и в Кремле. Верховный звонил непрерывно представителям Ставки, Жукову и Василевскому, командующим фронтами.

Вечером 23 июня Сталин вновь позвонил начальнику Генштаба Василевскому:

- Вы приняли решение, товарищ Василевский, где ввести 5-ю гвардейскую танковую армию?

- Нет, товарищ Сталин, пока не принял. Есть два варианта. Если в течение 24-25 июня 5-я армия Крылова и подвижная группа Осликовского сломят сопротивление противника на Оршанском направлении, то мы введем танковые корпуса Ротмистрова именно на участке 5-й армии. Второй вариант - участок прорыва 11-й гвардейской