Читать книгу - "Глаз вечности - Мэгги Фьюри"

Аннас не просто боялась Пресвела – она его ненавидела. Он плохо обращался с девочкой, поцарапал ее ножом, ударил бедную Рохаллу, но что хуже всего – забрал малышку от папы.

Плохой дядька, твердила она себе. Плохой. Как те плохие, что убили маму. Некий инстинкт выживания заставил дочь Тормона замереть, затихнуть в седле так, чтобы по возможности этот ужасный человек вовсе забыл про нее. И не делал ей больно.

Время от времени девочка глядела из-под ресниц на Рохаллу. Сама-то она росла среди лошадей и очутилась в седле раньше, чем научилась ходить, а вот у белокурой няньки серьезные неприятности. Мало того, что перепугана – сидит неудобно, поминутно сползает, ногами не держится. Аннас так хотела подсказать Рохалле, в чем ее ошибка, но боялась открыть рот. Вдруг Пресвел рассердится? Только не это! Плохие люди сотворили с мамой нечто очень нехорошее. Нельзя, чтобы похититель повторил то же самое– с доброй девушкой. Или с самой малышкой.

Назойливый дождь сменили крупные, липкие снежинки. Девочка, на которой не было никакой теплой одежды, промокла и мелко затряслась от озноба, а также от слабости, голода, испуга. Если бы папа оказался здесь! Он бы не дал ее в обиду. Где же он? Зачем разрешил плохому человеку увезти свою дочку? Наверное, Тормон уже нагоняет их.

Как ни странно, кроме отца, Аннас очень не хватало сейчас леди Серимы. Пусть она упрямая и чуть-чуть сварливая, зато Пресвел всегда ее слушается. Сказала бы слово – и злодей отпустил бы их.

«Папа приедет. Обязательно приедет. Надо немного потерпеть. Главное – присматривать за Рохаллой и не сердить плохого дядьку. И тогда все будет в порядке».

Лучше бы совсем убежать. Да, это гораздо лучше. Не получается теперь? Ну что ж, Аннас подождет. Она все время будет начеку. И при первой же возможности…

А замысел-то и впрямь удается, радовался Пресвел. Уже вечерело, а никаких следов погони до сих пор не наблюдалось. Он, конечно, не дурак, смекнул, что отец девчонки и горцы не оставят его в покое. Однако где они? Небось далеко позади и не посмеют высунуть носа. Вот бы добраться до туннелей раньше, чем преследователи угадают намерения хитреца! А так и будет. Тогда уж ему никто не страшен: ни дикари, ни торговец, ни даже пресловутые крылатые чудища.

Долины погружались в сумерки. Впереди, в догорающем свете дня вырисовывались очертания скалистых хребтов и средь них гордый, высокий пик Чаикар – главная цель беглеца. Тени сгущались; город приближался с каждой минутой. Бывшего слугу Серимы начало заедать беспокойство. Раз или два до него доносились какие-то резкие крики. Может, ночная птица вылетела на охоту? Или хищник? Полный невежа во всем, что касается дикой природы, Пресвел не сумел бы распознать голос кровожадной летучей твари, тем более что ветер в открытой ложбине свистел все сильнее, заглушая и искажая прочие звуки.

Желанная гора вырастала на глазах. Холмы у подножия сделались круче и острее. Робкий снегопад усилился, но сырые снежинки не лежали на земле, а тут же бесследно таяли в грязи. Тучи нависали все ниже. Дорога терялась во мгле, а зажигать огни преступник не решался. Кони пошатывались от усталости и спотыкались на слякотной тропке. Еще недавно они проделали тот же путь в обратную сторону – но тогда Тормон постоянно давал скакунам передышку, приказывая всем спешиться и вести лошадей под уздцы. Пресвела, удирающего от погони, подобная затея совершенно не привлекала. Однако теперь даже до него потихоньку доходило: так кони долго не протянут. Не пришлось бы окончить путешествие на своих двоих, в любую секунду ожидая с неба летучих охотников! Довольно отрезвляющая мысль.

Вроде бы где-то у пределов Тиаронда беженцам встречалась заброшенная усадьба, а в полях – разбросанные домики пастухов и ремесленников. Сделать остановку? Проклятие, вот не, хотелось бы! Жаль бесценного времени, да и погоня уже, наверное, дышит в спину. Утешало только одно: Тормону и горцам-следопытам тоже пора искать укрытие.

Обогнув холм, Пресвел заметил по левую руку несколько Домишек, прилепившихся на откосе ложбины. Окна чернели, над трубами не вился дымок. Годится. Место ничем не хуже любого другого.

Понукать измученных лошадей взбираться вместе с всадниками вверх по склону – задача не из легких, но карабкаться самому? Нет уж, извините! Обнаружив пустой хлев, путники наконец-то спешились и провели изможденных коней в стойла. Рохалла прихрамывала на ходу и морщилась от боли; тем не менее похититель заставил ее расседлать скакунов и кое-как натереть несчастных животных пучком прокисшей соломы. Сам он довольно стоял рядом, не отнимая ножа от горла ребенка. Затем, оценив прочность привязи, оставил скотину саму искать себе пропитание на полу хлева, грубо подхватил девочку под мышку, вручил Рохалле свои тяжелые седельные сумки и велел идти первой.

В грязном, запущенном жилище пахло сырой плесенью. Не важно, лишь бы стены защитили от крылатых ночных убийц. Бывший слуга Серимы отпустил Аннас, и та бросилась в объятия белокурой девушки.

– Как ты, нормально? – ласково спросила Рохалла.

– Почти что. Мне холодно и хочется кушать.

– Вот вам, – важно изрек мужчина, развязывая сумки. – Еды навалом.

– А как насчет огня? – вполголоса промолвила девушка. – Мы замерзли.

– Перебьетесь, – отрезал преступник.

О чем она думает?! Мечтает, чтобы дым привлек жутких летучих тварей или подал знак обезумевшему от горя папаше? Не дождетесь, леди!

По лицу Рохаллы он видел, что та собиралась возразить, но потом сжала губы и промолчала. Не забыла урок! Пресвел расплылся в ухмылке. Давно нужно было показать ей, кто здесь хозяин, а он-то нюни распускал.