Читать книгу - "Громбелардская легенда - Феликс В. Крес"

— Одно мне все-таки непонятно, — добавила Каренира. — Как может такое быть, что какой-то кот, неважно, глупый или умный, присваивает себе твою фамилию? Я никогда в жизни не слышала ни о чем подобном!

— Каренира, — сказал Рбит, — подумай сама: если что-то является для данного племени, народа или вида — наивысшей ценностью, то разве из правила никогда не бывает исключений? Разве каждый армектанец чтит все традиции? Разве никогда не случалось, что они нарушались? Ваше почитание обычаев предков общеизвестно и чуть ли не вошло в пословицу. Ну и что с того? Я уверен, что для многих они превратились в пустой звук. Мифы приходится развенчивать, Каренира.

— Но я думала… что коты не умеют лгать.

— Вэрк. Однако они умеют молчать. Я тоже молчал, когда мои подчиненные хвастались победой на перевале Туманов. Победой, которую одержал кто-то другой.

Некоторое время никто ничего не говорил. — Еще раз расскажи обо всем, — потребовал Рбит. — Что ты, собственно, обещала тому легионеру? Что мы ему поможем?

— Ничего я ему не обещала, — возразила она. — Я просто сказала, что могу известить настоящего Басергора-Кобаля о том, что произошло. Я также сказала, что сообщу вам, против кого отправилась карательная экспедиция из Рикса. Он спросил, могу ли я сделать так, чтобы его людям ничего не угрожало со стороны ваших групп. Я сказала, что это не от меня зависит.

— Вполне справедливо, — заметил Глорм.

— Каковы, по твоему мнению, шансы этих легионеров? — спросил Рбит.

Она пожала плечами.

— На то, что они перехватят ту группу? Такие же, как обычно… Один к десяти или к пятнадцати… Горы большие. Есть где спрятаться.

— Ну что, Глорм?

Басергор-Крагдоб поднял брови.

— Говоришь, те солдаты пошли в сторону Бадора, в Тяжелые горы? Можно сообщить Мавале, там ее сброд… Но Мавала и так выпускает кишки каждому чужому, которого поймает на своей территории. А наши отряды?

Рбит размышлял вслух:

— В Бадоре сидит Тева. Может быть, ей удастся поймать Кагу. Если Кага узнает, что кто-то выдает себя за князя гор… Но кто знает, что может прийти в голову Каге?

— Это та самая девушка, которая тогда…

— Да, Каренира, та самая. Но Кага… очень изменилась. Честно говоря, она уже года два нам, собственно, не подчиняется. Она как-то договорилась с Мавалой, по крайней мере друг другу они не мешают. Но до поры до времени… Через год или через два Кага будет достаточно сильна, чтобы не бояться в горах никого. Особенно если нас уже не будет. Собственно, Глорм, — неожиданно констатировал он, — может быть, у этого отъезда в Дартан есть и положительные стороны? Если бы мы решили остаться, то, честно говоря, еще в этом году пришлось бы перебить все группы, которые подчиняются Каге, а ее саму… Я любил и люблю эту воительницу. Шернь, в Громбеларде останутся одни женщины, — заметил он с легкой усмешкой. — С тех пор как легионеры схватили старого Хагена, кроме нас, собственно, в горах считаются только с Мавалой и Кагой.

— Я правильно поняла, что вы не собираетесь сами отправиться в горы? — спросила Каренира, возвращаясь к сути.

Глорм и Рбит обменялись взглядами.

— Нет, Каренира. Честно говоря, у нас хватает хлопот даже здесь, в самом Громбе. В другой раз мы наверняка бы пошли. Но сейчас — нет.

Разговор прервал донесшийся снизу, из глубины дома, энергичный стук в дверь. Глорм нахмурился.

— Кого там принесло?..

Стук повторился, потом еще раз. Наконец дверь открыли. Глорм и Рбит узнали голос Лошадника. Ему отвечал другой голос, чужой. Вскоре беседа перешла в скандал. Хозяин звал слуг.

Глорм еще больше нахмурился. Он вышел в соседнюю комнату и вскоре вернулся, застегивая пояс с мечом.

— Посмотрю, что там, — сказал кот, направляясь к двери.

Он сбежал по темной лестнице и заглянул в проходную комнату. Оттуда вела на первый этаж другая лестница. Когда-то она продолжалась до верхнего этажа, но по требованию (и за золото) Басергора-Крагдоба Лошадник дом перестроил.

Когда Рбит добрался до низа, из комнат на первом этаже как раз выбегали двое слуг Лошадника, каждый со здоровенной палкой в руке. Хозяин сражался в дверях с высоким, хорошо сложенным мужчиной. При виде слуг пришелец потянулся к мечу.

Коту не очень хотелось показываться на глаза, однако похоже было, что вскоре перед домом начнется настоящая драка. Какой-либо шум вокруг этого здания был крайне нежелателен.

Скрипнула лестница.

— Шернь, — сказала Каренира, — я знаю этого человека.

— Тогда пригласи его войти или прогони, только быстро.

Лошадник отступил, пропуская слуг. Однако непрошеный гость тут же этим воспользовался. Он ворвался в комнату и мгновенно закрыл за собой дверь, впрочем, сразу же получив падкой по руке.

— Ваше благородие! — закричал хозяин при виде лучницы. — Этот человек…

— Я его знаю, — прервала она его.

Пришелец с мечом отпихнул в сторону сбитых с толку слуг и подошел к ней, убрав оружие и потирая ушибленную руку.

— Ваше благородие, нам нужно поговорить, — сказал он, не обращая никакого внимания на хозяина дома. — Это очень срочно и важно, прошу тебя!

Она задумчиво смотрела на него.

— Без бороды ты выглядел симпатичнее, мой дартанский алебардник, — заметила она.

Со второго этажа начала спускаться по лестнице заинтригованная шумом парочка в ночных рубашках. Лошадник кивнул слугам, чтобы те прогнали любопытных.

— Ваше благородие, — повторил дартанец, — у меня важное дело. Я прошу о коротком разговоре, ни о чем больше.

— Где мы можем поговорить, хозяин? — обратилась она к Лошаднику, не желая вести чужака к Глорму и Рбиту.

Он показал дорогу.

— Да хотя бы в комнате слуг, ваше благородие.

Они пошли в указанном направлении. Каренира закрыла за собой дверь и хотела было задать вопрос, но алебардник опередил ее.

— Ваше благородие, — сказал он, — человек, которого твой друг убил на заднем дворе гостиницы, был шпионом трибунала. И он приходил не один. Второго я прирезал только что, перед этим домом, и отнес в темный переулок. Но если ты велишь мне поклясться, что их было не трое, — я клясться не стану.

Она онемела.

— О чем ты? — наконец выдавила она. — Собственно, кто ты такой? Почему ты ходишь за мной?

Он кивнул.

— Я предпочел бы не говорить. Но сделаю это, если потребуется. Сейчас, однако, важно другое. А именно — что тебя видели, есть свидетели того, как ты входила в этот дом в обществе мужчины и кота. Я не хочу знать, кто эти двое. Но если их разыскивает трибунал — значит, их как раз нашли. И значит, им, возможно, грозит опасность, и тебе вместе с ними.