Читать книгу - "Пожиратель Пространства - Сергей Вольнов"

Вопрос: «А откудова я всё это знаю, собственно?!» – отчётливо читался на ней. Прописными метровыми буквами начертанный.

* * *

Словом – исчез цесаревич. Растворился, по выражению Тити. Но талисман—то Перебору остался, и мы все (кроме него самого и Бабули, ясный пень!) вдруг осознаём это. И делаем полезные выводы.

А Ба, похоже, их сделала даже ещё раньше, чем стали известны предпосылки. На то она и Бабушка! Гениально предусмотрительная.

И вносит она, значит, предложеньице. Закономерно проистекающее, простое как линейка, очевидное донельзя, но всё же – дерзкое, наглое, тяжко—осуществимое, как попытка ограбить один из филиалов банковской системы «Новая Швейцария».

«Для того, чтобы востор—ржествовала монархия! – с непередаваемым апломбом заявляет Бабуля, – и для того, чтобы насолить всем и всяческим р—революционерам, заменить надо растворившегося наследника на нашего Анджея, воспользовавшись исключительным внешним сходством. В пику коммерческой неудаче на Грэндрокс! Хоть опосредованно, а отомстим! Святыня Частной Собственности – да пр—ребудет неприкосновенной ныне и присно и во веки веков!».

«Ого, теперь ты не лишний!», – с оттенком удивления комментирует Абдур. Похоже, практическое применение, отыскавшееся и для «еврейчика», всерьёз уязвляет Янычара. Впрочем, к делу это не относится…

– А что мне, собственно, делать?.. – потерянно вопрошает Перебор. Вялый он вообще какой—то. Изнурённый вкрай. Ещё бы. Отдохнуть бы ему минуток шестьсот, а не шпионские подвиги совершать.

– Я тебя проинстр—руктирую, – воркующим тоном обещает Бабуля, – не переживай, малыш… – и приобнимает его интимно правой средней. – Позиция у нас выигр—рышная, любые странности Джонни вполне объяснимы кошмар—рной жизнью в узилище похитителей…

Ну ничего себе! У меня аж глаза на лоб лезут. Это—то как понимать?! «Изменчивость женской привязанности по мощности сравнима лишь с постоянством женского коварства»?.. Гласит старая, как мир, земная максима, в моём вольном переводе с древневосславянского.

– Ну—у, я попробую… – убитым тоном мямлит Перебор, – если надо…

Я вставляю:

– Не кажы гоп, пока не перепрыгнешь!

– А что такое «гоп»? – спрашивает он растерянно. От его обычной манеры поведения, нагловато—ершистой, и следа не осталось!

– Перепрыгнешь – узнаешь, – мрачно сулю я. Мне вдруг становится страшно. Если уж с этим упрямым лесняком этакое непотребство творится – не миновать беды великой.

– Обратный курс Папы. Он просчитан. – Говорит Марихуана. Все остальные молчат. А что добавить? Наш пилот исчерпывающе выразил всеобщую тревогу… Возвращение наше выглядит далеко не триумфальным, и перспектива успешного выживания крайне сомнительная, но другого пути у нас, похоже, нет.

Иного курса не предвидится, пока с нами пребудет Свет.

«Жизнь – как лестница в курятнике, короткая и вся в дерьме», – вспоминаю я ещё одну антикварную земную поговорку. Что—то мне сегодня в голову лезут исключительно избитые до посинения, древние как мир истины. По этому поводу думаю удручённо: «Конечно, мы, вольные торговцы вообще, любим всяческое ретро. Ясный пень, люблю и я – в частности. Но не настолько же, дхорр сотри с лика Вселенной!».

Капитан тем временем подытоживает сетевое совещание коротким «Так тому и быть!», свистает всех по местам, и наш многострадальный «ПП» начинает выполнять героическую программу обратного перехода в ОП. Вольный Торговец держит курс в направлении Сети миров.

«Пожиратель Пространства» наконец—то возвращается домой…

г. Николаев (Старый Юг – Намыв) 1997, 2004 г.