Читать книгу - "Сорванная карусель - Дмитрий Гришанин"

— Да, Шиша, дело серьёзное, шутки кончились, — поддержал его Студент.

Но, даже несмотря на категоричный тон своего лучшего друга, трактирщик и не подумал давать отступного и упрямо повторил:

— Я знаю, как, не привлекая внимания, проникнуть в дом, в котором наверняка есть люди.

— Да что ты говоришь? — всплеснул руками Студент. — И где же находится столь потрясающе легкодоступное местечко?

— Напрасно ты, дружище, смеёшься надо мной, — улыбнулся Шиша. — Ты часом не забыл, что у меня в этом городе свой трактир имеется? Между прочим, это довольно старое здание, с очень толстыми каменными стенами и тяжёлой, крепкой дверью. Отправляясь с вами путешествовать, я поручил следить за трактиром троим своим помощникам. Кроме того, в моём трактире всегда было множество постояльцев. Наверняка и сейчас там кто-нибудь отсиживается.

— Когда в городе начались волнения, твои помощники могли испугаться и сбежать, — возразил Ремень.

— Постояльцы возможно, но те трое, на кого я оставил дело, — покачал головой Шиша. — Это очень смелые и решительные люди, и я уверен, что они до сих пор там.

— Но Шиша, — уже боле заинтересованно обратился к другу Студент. — Где же логика? Ты же сам утверждаешь, что дверь надежная, да ещё поди и запирается на несколько внутренних запоров. Колотить в неё бесполезно — даже тебе её ночью не отроют. Но на поднятый нами шум, наверняка, заявятся тролли. Как же ты собираешься нас туда провести?

— Не беспокойся, нам не придётся колотить в дверь. —Шиша повторно озарил идущих рядом товарищей ярким светом соей лучезарной улыбки. — Я проведу вас черным ходом!

— Ах вот оно что, — Студент с кислой миной похлопал трактирщика по плечу. — В таком случае вынужден тебя, приятель, разочаровать. Наверняка, спрятавшиеся в твоем трактире горожане, если таковые действительно имеются в наличии, скорее всего уже давным-давно разыскали дверь твоего черного хода и забаррикадировали её — я бы на их месте сделал именно так. А значит, бесшумно открыть её не получится, и у нас снова возникнут проблемы с троллями.

Несмотря на серьезную обоснованность доводов Студента, Шиша продолжал настаивать на своем, упирая на то, что трактир его очень старый и принадлежал ещё его пра-пра-пра-прадедушке, что стены заведения хранят в себе массу секретов, известных лишь его хозяевам, и уж коль скоро он обещает провести отряд внутрь — он обязательно это сделает.

По большому счёту, отряду было всё равно в каком направлении брести по пустынным улицам ночного города, иной идеи бесшумного проникновения в дом-крепость никто предложить не смог, и Шише без труда удалось уговорить своих спутников навестить его трактир, благо он располагался совсем недалеко от порта. И примерно через час отряд оказался перед огромной входной дверью трактира.

Дверь оказалась крепко-накрепко запертой изнутри. Но, как все они недавно убедились на собственном горьком опыте, этот факт ещё ничегошеньки не означал. Доверенные люди Балта могли покинуть трактир через окно — карнизы двух огромных витрин рядом с входной дверью возвышались над тротуаром всего на метр, на них не было ставней, которые можно было бы закрыть изнутри, и они были тщательно заколочены толстыми досками снаружи. Чтобы наверняка узнать — обитаем сейчас трактир или нет, нужно было каким-то образом проникнуть внутрь.

— Ну, показывай свой чёрный ход, — обратился к проводнику Ремень.

— Сперва нам всем нужно подняться на крышу трактира, — неожиданно объявил Шиша. — Обещаю, там вы всё увидите.

По приказу ютанга четверо зуланов, опираясь руками о стену заведения, встали друг другу на плечи, и верхний, ухватившись за карниз, подтянулся и влез на крышу. Закрепив вокруг трубы верёвку, он сбросил свободный конец вниз, и по ней на крышу друг за другом стали карабкаться остальные члены отряда. Восхождение на кровлю семиметрового строения заняло у отряда ещё полчаса.

На крыше их взорам открылась целая дюжина печных труб. Из четырёх труб извергались густые клубы чёрного в ночи дыма.

— Молодчина, Шиша, — похвалил трактирщика Ремень. — Это ты ловко придумал — по дыму определять. Снизу его ночью не видно, а на крыше — всё как на ладони. Теперь ясно, что в твоём трактире и впрямь кто-то есть. Одно только мне не понятно: зачем тебе понадобилось всех нас сюда тащить? Можно было послать одного человека — он бы потом спустился и рассказал нам о дыме.

— Дым это совсем не то, что я собирался вам показать, — заверил Шиша. — Вот, полюбуйтесь-ка на это, — он указал спутникам на самую большую печную трубу, с диаметром дымохода никак не меньше метра.

— Я же обещал показать вам секретный черный ход, — таинственным полушепотом обратился Шиша к сгрудившемуся вокруг большого дымохода отряду. — Так вот полюбуйтесь — секретнее и чернее не бывает! Это труба самого первого, самого старого трактирного камина. Он выходит в небольшую комнату смежную с главным залом. О существовании этой комнатушки известно лишь мне одному. От основного зала её отделяет лишь тонкая фанерная перегородка, но со стороны зала эта перегородка замаскирована под каменную стену.

— Так ты что же предлагаешь нам спуститься вниз через этот дымоход? — потрясённо уточнил Ремень.

— Конечно, — кивнул Шиша. — Не беспокойтесь, там есть лестница. Но предупреждаю, господа, не сверните себе шею, лестница хоть и стальная, но уж больно много времени она простояла без ремонта. Спускаться по ней нужно очень осторожно.

Спускаться в непроглядную тьму, ощущая, как под потными руками и ватными ногами раскачиваются во все стороны чуть живые от старости скобы, то ещё удовольствие! Единственное, что утешало Лилипута — в роли смертника он выступал не первым и не последним.

Все прелести любезно предложенного трактирщиком воистину черного хода Лилипуту выпало испытать третьим по счету. До него в бездну камина уже спустились Студент и один из зуланов клана Серого Пера.

Постепенно его глаза адаптировались к окружающему мраку, а руки и ноги более-менее приспособились к шатким закопчённым скобам, так что в конце спуск его заметно ускорился. Но стоило ноге Лилипута, наконец, коснуться пола, усыпанного толстым слоем пепла, как кто-то резко дернул его за руку, от чего рыцарь потерял равновесие и больно ударился лбом о перегородку камина.

Злобное шипение Лилипута тут же было перекрыто сердитым шепотом Студента:

— Лил, ну что ты, ей-богу, такой неуклюжий. С ума сошел, так громко башкой о стенку биться. Хочешь чтобы нас застукали? Шиша же предупредил — от зала камин отделяет тоню-ю-юсенькая перегородка, а там, между прочим, народу немерено. Если они нас услышат…

— Может сам заткнешься? — попытался осадить чересчур разговорившегося друга Лилипут.

И — о чудо! — шепот Студента оборвался на полуслове.

— Между прочим, это ты меня дернул. Я не успел толком сориентироваться, вот и потерял равновесие, — пожаловался Лилипут. — Спятил что ли так пихаться? Теперь точно шишка на лбу будет.