Читать книгу - "Стальное Сердце. Осада - Alan Raizen"

праву рождения. И дабы отплатить за доброту, мы с Даусом поделились их частью с госпожой. С тех самых пор внеземная мощь Дауса бьётся в сердцах каждого члена Крыльев Свободы, а божественная сила крови растекается по венам каждого матриарха. Нет лукавства в словах о моем превосходстве над всеми вами. Хочет того госпожа Латори или нет, но своей магией крови, как и все предыдущие матриархи, она обязана мне, а мощью бьющихся во всех вас сердец вы обязаны моему брату. Нам не нужны хозяева. И высшие существа вы для нас лишь формально, — черная плоть на руке Гольд уползала в разрез на ее ключице, а крылья, кажется, прятались обратно под лопатки. — И все же мы с братом верны Крыльям Свободы. Всем тем, кого матриарх назовет своими соратниками. Такова воля госпожи Данделии, — Гольд продолжила идти в сторону виднеющейся вдали Сальваты. — Впрочем, среди других стражей меня считают еретиком, ведь я считаю себя выше высших существ. Для них не важен уровень сил, важно лишь положение. В моем же понимании смертный, коими вы и являетесь, неспособны быть выше бога, — вздохнув, Гольд снова посмотрела на меня через плечо: — Идёмте в город. В вагонах, что были отсечены этой песочной, уже не осталось недругов. Я всех убила.

Я не знала, что ей ответить. Непохоже, чтобы Гольд была настроена враждебно хоть к кому-то из моих согильдейцев, и все же она прямо высказала свое отношение ко всем нам. Мое мнение о ней, как о довольно милой и приветливой девушке, разрушилось в одночасье. Признаться… Я даже предпочла бы отправиться в город в одиночестве, а не в ее компании. Не очень уж хочется находиться в обществе человека, который считает тебя ничтожеством.

— А люди? Там было много простых людей. Что с ними? — это важный вопрос. В конце концов, мы хоть и не должны были защищать гражданских, но все же такое пожелание было у Лесьяра и других дерийцев. Да что уж там, Тибара вынесла наше сражение наружу, чтобы не навредить мирным людям.

— Полагаю, выжившие среди них есть, — подала плечами Гольд. — Вы вольны пойти и посмотреть, я не стану препятствовать. Но и помогать, увы, тоже. Раз мне не нужно сопровождать вас до безопасной зоны, то я лучше отправлюсь на помощь господину Бертозу и остальным.

— Иди, — не задумываясь, ответила я, и стражница, поклонившись на прощание, распахнула свои огромные крылья и взмыла в небеса, где и обратилась едва заметной черной точкой, что вскоре и вовсе растворилась в ночной тьме.

Выходит, Гольд не вампир, потому солнечный свет ей не помеха. Ещё и говорила про какие-то деньги, которые ей дала Латори.

Помотала головой. Слишком много информации, которая не имеет совершенно никакого значения в данный момент. Главное, что мне стоит сейчас держать в своей черепушке — это то, что Гольд меня защитила. Если бы не она, Тибара наверняка размазала бы мою тушку по скале. Кроме того, благодаря ей же, Кристальная Крепость обращена в бегство в месте со своим Анубом, ее Стилхартом, который умеет перемещаться под землёй с огромной скоростью. И ещё, наверное, важная штука — это то, что мы увидели способности Фей Цинь. Кандидаты от Тиантана ведь всегда держат в тайне все свои умения и экипировку, так что вполне возможно, что если мы узнаем немного больше об этом драконе из маны, то можем и придумать, как игрок от Крыльев будет с этим бороться в следующем году.

Ладно. Пользы от меня в бою все равно сейчас никакой, здоровье ещё не восстановилось, склянки с зельем тратить не хочется, руки Инсигнии на перезарядке. С Тибарой помог фактор неожиданности. Наверняка она уже рассказала по голосовой связи остальным своим, что я умею, так что вряд ли получится с кем-то другим подраться так же как с ней. Ну, относительно успешно. Ранить Тибару — задачка нетривиальная. Для игрока… И нормального стража…

Найдя место, где стена из каменной породы и минералов брала свое начало, смогла, наконец, забраться в отсеченную часть состава Перуна. Двери тамбура замяты, и пришлось их буквально вырывать, чтобы пробраться в вагон. Те окна, что выбиты, закрыты снаружи все той же стеной, залезть через них не выйдет.

На полу кровь. Ручьями течет по всему вагону. Стекла выбиты, тут и там уже погибшие люди. Лишь некоторые ещё слабо дышат. Не буду терять время. Поспешила к ближайшему, упала перед ним на колени и, сорвав зубами перчатки с рук, положила ладони умирающему на грудь. Закрыв глаза, сконцентрировалась на кончиках своих пальцев, мысленно проговаривая простейшую молитву.

Чувствую, как между ладонями и грудью бедолаги растекается тепло. Получилось! Открыла глаза и радостно посмотрела на бедолагу, которому постаралась помочь. Им оказался мужчина лет сорока. Дыхание выровнялось. Интерфейс отобразил полосу его здоровья, что почти полностью восстановилась. Это максимум, на что я способна в плане исцеления. Показатель веры не позволяет добавить в арсенал более сильные чары исцеления.

Фляга на ману у меня бесконечная, так что постараюсь исцелить стольких, скольких вообще смогу. Эти несчастные не виноваты в том, что оказались в эпицентре разборок так называемых героев. Какие же мы все герои, если даже попытавшись отгородить их от себя, не смогли не дать им умереть…? Так себе героизм…

— Госпожа… — послышался очень хриплый и тихий голос.

Я моментально нашла взглядом его источник. Сердце сжалось. К и без того болящей после операции грудине добавилась еще и боль в моем новом сердечке. «Старику не помочь, так хотя бы им помогу». Так же я думала, когда давала этой девочке деньги…? И что же…? Сейчас она лежит, зажатая между кусками интерьера вагона и не может пошевелиться.

— Попробуете… брата спасти…? — она подвинула голову, чтобы показать мне мальчишку в своих объятиях.

Руки самой девочки, от плеча и до самых кистей, послужили перекладинами, что сломались под весом сломанных лавок и прутьев, но все же благодаря изгибу уберегли мальчика от превращения в кровавое месиво.

Я неуверенно кивнула и, закончив с исцелением какой-то женщины, поспешила к детям. Встав на колени в крови, что лужей расползалась вокруг замурованных в металле и дереве бедняг, обомлела. Стальные обломки, что были частью изничтоженного убранства поезда, хоть и не придавали мальчика своим весом благодаря самопожертвованию его старшей сестры, но все же добрались до него. Все тело мальчишки пронзено этими кусками металла. Если попытаться его оттуда вытащить, то я его с большим успехом добью, чем помогу. Если исцелю, то он останется инвалидом до конца жизни.