Читать книгу - "Сердце меча - Ольга Чигиринская"

Кроме того, радиоизлучение здесь было бешеное — межкорабельная радиосвязь возможна с трудом. Это давало ему при побеге дополнительные преимущества — сканеры очень быстро потеряют его. Ну, решайся!

Морита влез в противоперегрузочный скафандр, пристегнулся к драйверскому сиденью ремнями и рамой, проверил, как заправлен и заряжен вельбот — аккумуляторы аж искрятся, воздуха хватит на семьдесят два часа автономного полета — включил антиграв и хотел было отключить анкерные крепления, мертво державшие вельбот между мачтами «Паломника», но перед этим решил кое-что сделать.

Усмехнувшись, он включил внутрикорабельную связь.

— Вахтенный?

— Вахтенный слушает, — изумился на другом конце провода проклятый морлок.

— Свистни-ка мне своего неоперившегося капитана, нелюдь.

— Где ты, кургар? — спросил морлок после паузы.

— Угадай с трех раз, недоумок.

— Он в вельботе, Рэй! — Морита вспомнил, что Дик носит, где бы ни находился, обруч связи.

— Умный мальчик, — сказал он. — Капитан, я связываюсь с вами затем, чтобы сообщить, что не собираюсь более злоупотреблять вашим гостеприимством.

— Нет! — крикнул Дик.

— Я понимаю, как дорог вам, но у меня есть неотложные дела.

Он отключился и стартовал, пока Дик не заблокировал крепления. Вельбот развернулся и нырнул между мачт носом «вниз» — если считать «низом» днище корабля.

Морита выжал из двигателя и из себя все, что мог: восьмикратное ускорение. В глазах у него темнело, но он знал, что только так уйдет от корабля, способного развить восьмикратное чохом.

И все-таки он внутренне усмехнулся, увидев в экране заднего обзора вспышку — «Паломник» запускал двигатели.

* * *

Рэй молчал, но глаза его ясно говорили: надо было дверью. Актеон и Остин отдыхали, Том был на вахте, а Бат лежал в своей каюте со сломанной рукой.

— Вельбот может развить скорость меньше, чем у нас, но гравикомпенсаторов в нем нет, так что он не может так резко ускоряться, как мы, — объяснял Дик.

Он выглядел так же скверно, как в прошлый раз, а чувствовал себя, наверное, еще хуже. Он не успел отдохнуть как следует после прыжка — Моро сбежал меньше чем через два часа — и погоня отняла много сил. Бет видела, что он не только пил энерджист, но и глотал какую-то капсулу. Бет хотела было съязвить, что, как видно, он не только молитвами обходится — но передумала.

— Зато мы не можем так резко тормозиться, как он, — проворчала она. Это все они только что познали на опыте, когда Морита притормозил и «Паломника» пронесло мимо вельбота, а Моро ушел перпендикуярным курсом. Он проделывал этот трюк не меньше пяти раз, и в конце концов ушел. А «Паломник» все время погони кидало и разворачивало, и все поняли, почем фунт счастья, а больше всех — Бат, который не успел пристегнуться.

Сама Бет чувствовала себя героиней после того, как, преодолев ужас, пришла в рубку и заняла пилотское кресло — почти на равных правах с Диком, оттого и вправе себя считала подавать реплики.

Им обоим там опять пришлось несладко, хотя ветер здесь был не таким страшным, как в прошлый раз. Хуже всего было то, что из-за ветра они сбились с пути. Ненамного, но сбились: Дик был уверен, что к Ао-По должна вести еще одна, близко подходящая, дискретная зона. Смогли же там установить приграничный маяк! Не летели же ради этого полгода в субсвете!

Этот маяк, правда, требовал отдельного разговора…

— Срок автономного полета — трое суток, — продолжал Дик, не обращая внимания на реплику Бет. — Значит, где-то совсем близко то место, куда Моро стремился. И я не хочу туда врываться очертя голову.

— А что изменится, если мы туда войдем медленно и печально? — спросила Бет.

— Не знаю. Может, и ничего.

— Дик, он не может на вельботе перейти в межпространство? — спросила леди Констанс.

— Нет, миледи. Это невозможно.

— Но кто может жить здесь? Ведь до звездной системы очень далеко, и если там есть планета, то… — леди Констанс посмотрела на брата.

— То она необитаема, — кивнул лорд Августин. — Либо она вращается по дальней орбите вокруг обеих звезд, и тогда на ней не больше условий для жизни, чем на биллиардном шаре, либо она проходит по «восьмерке», и в этом случае на ней просто бешеный климат.

— Как вы сказали, сэр? — Рэй так и вцепился в лорда Гуса своими тигриными глазами. — Бешеный климат? Это когда зима такая, что замерзает почти вся вода планеты, а летом все сначала пересыхает и трескается, а потом все затянуто тучами, и не перестают грозы?

— Один шанс на миллион, что на такой планете вообще может образоваться вода, — качнул головой лорд Августин. — Атмосфера там должна состоять из испарений более тяжелых веществ. Например, серы.

— Дождь из серы, как в Библии, — Бет передернула плечами. — Бррр!

— Впрочем, Ао и По, как я их вижу, находятся друг от друга на таком расстоянии, что там могла бы быть планета с условиями, благоприятными для возникновения землеподобной атмосферы… Но реально такая планета известна только одна. Легендарная Картаго.

— Скваттерам не обязательно нужна землеподобная планета, — возразил Дик. — Они живут в кораблях. Бывают дрейфующие, «ничейные» планеты. Их звезда сгорела и они оторвались. Или другая звезда захватила их… Такая планета может находиться здесь, совсем рядом. И грависканер ее обнаружит.

Остин спросил что-то на нихонском и Дик, пожав плечами, ответил ему.

— О чем вы? — спросила Бет.

— Остин спросил — что ждет нас там, куда полетел Морита. Я сказал, что у нас все равно нет выбора, так что это неважно.

— Вот здесь черт и сидит, — сквозь зубы сказала Бет. — У нас все равно нет выбора.

— Значит, мы будем стабильно, с ускорением в одно G, двигаться в ту сторону, где исчез Морита, — сказал Дик. — И рано или поздно мы найдем то, что он искал.

— Скажи я, что скучаю о Моро, я бы соврал, — прогудел Рэй. — Но если бы вы мне позволили вытрясти из него правду, мы бы знали, какая пакость нас ждет дальше.

Грависканер показывал, что Морита удалился в сторону большого, но разреженного скопления какой-то массы — скорее всего, системы астероидов, притянутых «ничейной» планетой. Ничего толком сказать о нем пока было нельзя — оно находилось вне пределов видимости.

— Поздно жалеть о том, что не было сделано, — строго сказала леди Констанс. — И, честно говоря, о чем я совсем не жалею — так об этом.

— Есть еще одна важная вещь, — сказал Дик. Ему было плохо, отчаянно плохо, а тут еще и такая новость… Он собрался с духом и сказал:

— Я не вижу маяка.

— А… как мы должны его видеть? — спросил Рэй.

Скопление массы на грависканере было видно как замысловатая воронка.