Читать книгу - "Грозный змей - Майлз Кэмерон"

Редмиду тяжело было долго смотреть на Тамсин, поэтому он перевел взгляд на арфистов на помосте. За ними на живом гобелене люди в странных доспехах резали воинов с копьями. Редмид уже где-то видел такие доспехи. Кажется, на старых статуях за Харндоном. Доспехи времен Архаики, шлемы с гребнями, большие прямоугольные щиты. Легионеры.

Стоит только подумать, что ты можешь понять ирков или что это просто еще один народ, они тут же напомнят, что старшие из них прожили уже тыщу лет и видели то, что люди давно забыли. О чем даже в книжках не пишут.

И в любом случае они помнят все совсем не так, как люди.

Редмид смотрел на музыкантов.

– Немногие из нас ценят жизнь, миледи.

– Ради поцелуев твоей милой Бесс, смертный, вернись домой. Это меньшее, что ты можешь сделать. – Она сладко улыбнулась, и как будто все юные девушки всех весен мира слились в одну деву с острыми зубами. – Забудь о славе. Уйди попозже, сражайся быстро, возвращайся пораньше и живым.

Билл Редмид засмеялся:

– Миледи, вы уговариваете меня дезертировать.

Тамсин раскинула руки:

– Война – чудовище, которое поедает разумные расы, я советую всем друзьям не соваться к ней в пасть.

– Но кто тогда остановит волшебника? – проговорил Билл Редмид. – Кто спасет медведей в лесу или крестьян в полях?

Она указала на живой гобелен.

– Возможно, им стоит спасаться самим. – Она подняла руку. – Мир, друг. Ты не найдешь аргумента, который заставит Тамсин смириться с потерей своего лорда.

Но Сказочный Рыцарь стоял на помосте в одиночку, облаченный в алые одежды из кожи и паутины. Он вскинул руку, призывая к тишине, так выразительно, что все в зале замолкли. Боглины и болотные тролли, золотые медведи, Стражи, ирки и люди.

– Завтра мы идем на войну, – сказал он.

Все молчали. Не жужжали мухи, не пролетала мимо моль.

– Мы не хотим никого завоевывать. Мы сражаемся, чтобы защитить своих друзей. Скорость станет нашей броней, а тишина – нашим щитом.

Он развел руки, и в воздухе засиял образ западных предгорий Эднакрэгов, как будто увиденных с большой высоты.

– К западу от Лиссен Карак стоит Стена, – продолжал Тапио, – она тянется с севера на юг у подножия гор, – он указал на башни, – мы должны миновать ее здесь. Здесь стоит королевский гарнизон, который мы уничтожим. – Он улыбнулся, демонстрируя клыки. – Так или иначе, мы никогда не признавали, что эта земля принадлежит так называемому королю Альбы.

Кто-то из повстанцев одобрительно заворчал. Остальные встревожились.

– Миновав Стену, мы должны будем двигаться быстро. Нес-с-сколько кланов медведей идет навстречу нам, и мы должны защитить их.

– А где Шип? – рявкнула одна из Стражей. Племянница Моган, Тремог. Ее сине-голубой гребень встал торчком.

Тапио кивнул:

– Здесь можно называть его имени, – он посмотрел на тонкого высокого темноволосого человека, сидевшего на помосте, – но, когда мы выступим в поход, я прошу всех забыть это имя. Мы хотим войти на территорию Альбы незамеченным, а его шпионы везде.

Он снова посмотрел на темноволосого, и тот встал. Человек развел руками и заговорил – тихо, но его голос слышался во всех уголках зала.

– Шип собирается осадить Тикондагу, – сказал он, – сегодня он принял бой на дороге, которую построили его рабы. Граф Западной стены ждал его в засаде. К сожалению, у Шипа теперь есть хорошие военачальники, и граф не преуспел. Завтра, не позже, он подойдет к крепости.

– Мы будем с ним сражаться? – спросила Тремог.

– Это трудно предвидеть, когда участвует столько сил, – честно сказал Тапио. – У нас недостаточно воинов и волшебства, чтобы встретиться с его армией в открытом бою, но, если он решит с нами сражаться, мы станем шакалами, цепляющимися за его ноги.

Гребень Тремог поник. Сама она задрожала. Редмид знал, что у Стража это признак неуверенности, а не гнева.

– Если мы не собираемся встречаться с ним лицом к лицу, зачем отправлять армию? – спросила она.

– Война – это не только битвы, – сказал Тапио. – Война – это еда, и вода, и болезни, и терпение, и гнев, и ненависть, и холод, и ужас, и хитрость, и сладкое серебро, и горькое железо, и блеск доспехов в лучах солнца или луны. Мы берем столько клинков, сколько можем потерять, столько, сколько можем прокормить, столько, сколько могут двигаться быстро. У Шипа куда больше воинов. Но может ли он прокормить их? Контролирует ли он их? Вступят ли в игру другие силы?

– Мы хотя бы спасем медведей, – добавил человек. – А потом, может быть, уйдем. А возможно, мы отыщем союзников среди врагов Шипа.

Тремог разинула пасть и заревела – у Стражей это сходило за смех.

– То есть ты не доверяешь нам свой мудрый план. Просто говоришь, как поступить. Мы что, дети людей, чтобы лгать друг другу? Ты наш предводитель. Если ты скрываешь что-то, так тому и быть. Худшее, что мы можем сделать, это уйти.

Многие засмеялись, и Тапио тоже.

– Да, я слишком часто имел дело с людьми, – признался он. – Верно, я не хочу делиться некоторыми своими мыслями. Но вкратце мой план таков: мы пройдем за Стену, найдем медведей и посмотрим, что случится дальше. Наше отступление будет безопасно. У нас достаточно сил, чтобы задержать Шипа.

– Ты и этот человек говорите так, как будто видите силы Шипа, а он не видит наших, – сказала медведица. Она убрала огромные мохнатые лапы со стола и села прямо. – Шип очень могуществен. Почему он не видит нас?

Темноволосый человек улыбнулся:

– Достаточно будет сказать, что вряд ли он посмотрит именно сюда, разыскивая лорда Тапио.

– Но если посмотрит, то сразу увидит нас, – сказал Тапио.

– Отсюда и тайна, – вмешался Редмид. – А кто этот господин?

– Я был мертв, – сказал темноволосый, – и, поскольку пока я больше умирать не хочу, я не стану открывать своего имени. Но со временем это случится. Я обещаю, что не предам никого из вас.

– Обещания людей ничего не стоят, – заметила Тремог. – Но люди учатся мудрости у Диких.

– А запад? – спросила Лири, красивая женщина из ренардов, и многие головы повернулись к ней. – Я говорю не за себя. Мой народ бродит среди озер, и меня отправили сюда с предупреждением, – она улыбнулась Фитца- лану, – с таким же приятным, какой была моя зима.

Сказочный Рыцарь склонил голову:

– Леди из народа ренардов, – сказал он своим нежным голосом, – у меня нет для тебя ответа. Запад движетс-с-ся. За великой рекой с-с-сотни боглинов ш-ш-шпионят за воинами.

Экреч поднялся из-за стола и медленно распрямился во весь рост, раскладываясь, как карманный нож. Его белая хитиновая броня и удлиненная, как у насекомого, голова выглядели необычнее всего в этом зале, полном разных тварей. Даже огромные ящеры Моган на его фоне казались привычными.