Читать книгу - "Восход ночи - Крис Мари Грин"

Сорин понес новую Избранную к Мастеру.

Доктор Вечность только что вернулся и стоял в дверях тайного покоя. Его аура сияла. Он включил радио, и комнату заполнили горестные стенания ночного ди-джея, сообщавшего слушателям о видеосюжете. Аура Мастера вспыхнула еще ярче — словно ореол вокруг скрывшегося за луной солнца.

«Сегодня Мастер превзошел самого себя, — подумал Сорин. — Какое воскрешение! Хвала этому дню за новую Избранную. Хвала этому дню за то, что усиление активности в Верхнем мире пробудило Мастера ото сна».

Опуская свое дитя на ложе из шелка и лепестков роз, старый вампир произнес с глубокой печалью в голосе:

— Говорят, мой сын погиб.

— Так лучше для всех. Перед смертью Робби спровоцировал утечку информации, и превратил нашу миссию из спасательной в карательную. Сначала Ли Томлинсон, а теперь и этот непокорный — мы ясно продемонстрировали остальным, что предательство не остается безнаказанным.

— Но какой ценой!

— Однажды вам уже преподали урок: предатели не заслуживают пощады.

— Да. — Это простое утверждение никогда не звучало печальнее. Мастер положил ладонь на рану Тэмсин. — Утраченное дитя уступает место новорожденному. В этом есть своя логика.

— Мы почтим память Робби в соответствии с традициями. А Марле Пеннибейкер мы сотрем память. Когда она вернется наверх, в ее сознании не останется и следа воспоминаний об этой ночи.

— След все же останется: Лимпет и его сыщики. Да, Сорин, я отдаю себе в этом отчет. Нужно закрыть все ходы и выходы в Подземелье — до тех пор, пока не составим план действий.

Сорин радостно встрепенулся. Неужели Мастер планирует перейти в наступление? Неужели близок тот день, когда враги падут?

Аура Мастера слегка дрожала от напряжения — он заживлял рану Тэмсин. По мере того, как в нее вливалась сила Мастера, кожа, побледневшая от потери крови, на глазах обретала прежний нежный оттенок. Губы дивы порозовели.

К ней вернулся прежний человеческий облик, но Мастер не остановился и продолжал наполнять ее истинной сущностью — Обаянием, контролировать которое Тэмсин предстояло научиться. Кожа ее начала светлеть, становясь призрачно-бледной и такой прозрачной, что казалось, она парит в воздухе. Тэмсин открыла глаза: в зрачках взвихрились водовороты неземных красок — мимолетных видений с того света, куда она, потерявшая душу, теперь никогда не сможет попасть.

Сорину вспомнилось хранилище сосудов, этот земной ад.

Преображение свершилось, и от красоты Тэмсин захватывало дух. Она медленно села, потрогана лицо. Сорин протянул ей старинное зеркало, и она принялась придирчиво изучать свое отражение.

Как все Избранные, она с первого взгляда влюбилась в свой новый облик. Смеясь и расхваливая саму себя, Тэмсин с упоением рассматривала каждую черточку.

Из угла доносился голос ди-джея, который отвечал на звонки поклонников звезды — они истерически рыдали и отказывались верить в ее смерть.

— Ты стала легендой, — сказал Мастер своей дочери. — А когда люди оплачут твою смерть и твоя слава достигнет невиданных высот, ты вернешься к ним.

— Но только после последнего этапа, — заметила она. В отличие от Робби Пеннибейкера, Тэмсин была готова следовать программе шаг за шагом: она прекрасно знала, что в своей практике доктор почти не знал неудач и стоял за профессиональным возрождением многих Избранных.

Сегодня, вернув Тэмсин человеческое обличье, Мастер поможет ей восстановить силы. Она проведет в Подземелье не одно десятилетие. За это время ее слава возрастет многократно. Как показывал богатый опыт доктора Вечность, публика будет жаждать появления новой Тэмсин Грин, которая исцелит их от ностальгии по безвременно погибшей звезде.

Тем временем она будет учиться скрывать свои способности и управлять Обаянием. А еще — питаться кровью Слуг и Обожателей, которые не могли устоять перед ангельской красотой и славой Избранных. Ее будут баловать, ей будут поклоняться — вечно юной красавице, которая не изменится до тех пор, пока на сцену снова не выйдет доктор.

Потому что, прежде чем выпустить ее в Верхний мир под опеку Слуги, который займется ее карьерой, ей изменят внешность. Большинству знаменитых актеров похожая процедура была знакома по прошлой, человеческой жизни, так что идея была для них не нова.

На заключительном этапе каждый Избранный шел «под нож», как называл это доктор. Успех процедуры обеспечивали его сверхъестественные способности, помноженные на те навыки, которым полвека назад обучил его Слуга — пластический хирург. Доктор Вечность подарит Тэмсин новое лицо и новое имя. Работать придется быстро, чтобы опередить процесс заживления. После операции кожа стянется над имплантатами на скулах и подбородке, и останется поразительное сходство, но не больше. Простые косметические изменения, не требующие хирургического вмешательства, завершат ее новый облик.

Но главной переменой будет Обаяние, сияющее в ее глазах: любой, кто в них заглянет, убедится, что в ней есть то нечто, которым обладала легендарная — так рано ушедшая из жизни! — звезда. И прежде чем публика заметит ее вечную юность, Тэмсин вернется в Подземелье, и все повторится снова.

Лучше, чем ботокс, да и эффект долговечнее.

Покровительство доктора было лучшей протекцией в Голливуде.

Тэмсин и ее отражение не могли налюбоваться друг на друга.

— Легенда. Как Джим Моррисон!

Наитие, соединяющее Мастера и Сорина, заколыхалось. Смертные назвали бы это смехом.

— Твоя новая семья ждет тебя, — напомнил ей Сорин.

Мастер опустил ладонь на голову Тэмсин, и ее тело приняло квазичеловеческий облик, который отныне станет оболочкой для ее Обаяния. Он заглянул в ее разноцветные глаза.

— Тайна, любовь моя, — произнес он. — Для всех, кроме тебя и твоих братьев и сестер, меня не существует. Помни об этом.

Она кивнула. Цена болтливости была хорошо известна: изгнание. Снова страх смерти, снова постепенное дряхление — и смерть. К тому же Тэмсин была профессионалом, привыкшим подписывать договоры о неразглашении.

— Да, Мастер, — прошептала она, целуя его руку с горячей благодарностью.

Сорин помог Тэмсин подняться с кровати и повел ее по туннелям. В Эмпорий.

Как только дверь открылась, их окутала гаремная роскошь. Хрусталь, бархат, парча. Головокружительные запахи благовоний и нагие тела.

Перед ней предстали ее собратья — те из них, кто ожидали заключительной стадии. Рядом с ними стояли Обожатели, а немного в стороне — горстка Слуг.

Она пораженно разглядывала окружающих: герой боевиков, заводной рэппер, непонятый музыкальный гений, потрясающе красивый комик с грустными глазами — ожившие мертвецы.

Знакомые лица, собравшиеся приветствовать свою сестру. Не постаревшие ни на йоту в ожидании того дня, когда они примут новый облик.