Читать книгу - "О крови и проклятиях - Кортни Уимс"

а Гэвин усаживает его на стул. Тем временем солдаты у стен уже держатся за оружие. Несколько мятежников, сидящих с нами за одним столом, изучают наши лица так, словно мы можем взорваться в любую секунду. Будто одного неудачного взгляда или движения хватит, чтобы разбить вдребезги те жалкие крохи мира, за которые мы пока цепляемся.

Тони сидит напротив. Наши взгляды встречаются, и часть напряжения отпускает. Что-то подсказывает: я могу рассчитывать на неё, если понадобится держать её людей в узде, — даже если совершенно очевидно, как сильно они нас ненавидят.

Из коридора в дальнем углу появляются слуги и начинают расставлять перед нами тарелки с горячей едой.

— Добро пожаловать в общественный зал Мидкипа! Как ты себя чувствуешь? — Тони опускает взгляд на мой бок, пока перед нами ставят тарелки.

Я прослеживаю за её взглядом и осторожно касаюсь рёбер там, где вокруг торса намотаны бинты, скрытые под плотными слоями чёрной зимней одежды, которую она подарила мне вчера.

«Она тебе ещё пригодится», — сказала тогда Тони.

Словно сейчас она мне не нужна. На дворе самый разгар зимы, да ещё и так далеко на севере. Здесь холодно так, что сами преисподние, кажется, промёрзли бы насквозь. Одежды, которую я носила в Артериасе, для местного холода точно не хватило бы.

Я улыбаюсь Тони.

— Кажется, хорошо. И… спасибо за одежду.

— Хочешь поблагодарить — уговори остальных принять нашу помощь. Самое меньшее, что они могут сделать… — Она переводит взгляд на Гэвина и Нолана и морщит нос, глядя на пятна, покрывающие их одежду. — Переодеться во что-нибудь чистое. У нас более чем достаточно и одежды, и еды для всех.

Нолан отрывает взгляд от нетронутой еды на тарелке и смотрит на Тони, прищурив карие глаза.

— Нам не нужно пахнуть и выглядеть как вы. Я лучше голым буду разгуливать, чем позволю кому-нибудь принять меня за одного из вас — варваров и предателей, лишь притворяющихся людьми.

Тони приподнимает бровь; выражение её лица балансирует где-то между злостью и весельем.

— Правда? Тогда прошу. — Она делает широкий жест рукой. — Разгуливай. И у тебя хватает наглости разговаривать со мной в таком тоне, ты—

— Тони, — предупреждает Корвин с другого конца стола.

При воспоминании о прошлой ночи во мне снова поднимаются отвращение и злость. О том, как безжалостно Корвин избивал Дэриана. Как легко заносил плеть и бил снова. Как с его пальцев капала кровь Дэриана.

Пожалуй, я больше не голодна.

Я обвожу зал взглядом в поисках Дэриана, и во рту пересыхает, когда приходится признать: его здесь нет.

Об этом мне ещё предстоит поговорить с Сетаном.

— Мы пытаемся проявить к вам доброту— рычит Тони Нолану.

Нолан наклоняется через стол и плюёт в её сторону.

Попадает прямо ей на тыльную сторону ладони.

Ох… проклятье.

Тони медленно переводит взгляд с руки на Нолана, и в её глазах полыхает уже ничем не сдерживаемая ярость.

Все срываются с места одновременно.

Мятежники против артерианцев.

Тони вскакивает, выхватывая меч. Нолан хватает со стола тарелку, сбрасывает еду на пол и выставляет её перед собой, словно из неё может получиться хоть сколько-нибудь приличное оружие. Слуги приглушённо вскрикивают и разбегаются, а стражники у стен бросаются к нам. Я вскидываю руку, пытаясь остановить Тони, а остальные за столами тянутся к оружию — воздух наполняется металлическим звоном одного за другим обнажаемых клинков.

Нолан кидается через стол на Тони, а Гэвин бросается следом и в последний момент успевает ухватить его за рубашку. Нолан взбирается на каменный стол, волоча за собой что-то бормочущего Гэвина.

Мелайна хватает Нолана за грудки и с такой силой сдёргивает со стола, что любой отец мог бы ею гордиться.

Он сотрясает спиной каменный пол.

— Что ты творишь, Нолан? — выплёвывает она, прижимая его к полу.

Арчи вскакивает со своего места и хватает со стола вилку. Жаль, они пока не решили, что нам можно доверить ножи.

Я быстро оглядываю остальных артерианцев и замечаю Коула в нескольких местах от нас, ближе ко входу. Он растаскивает сцепившихся в драке артерианца и мятежника, пока вокруг теснится всё больше стражников.

Тони — хвала богам — хватает самообладания просто наблюдать с другой стороны стола, пока Мелайна пытается удержать Нолана.

Моё собственное терпение быстро заканчивается, но я снова и снова напоминаю себе, что обещала Мардж беречься. Мне и так чертовски повезло, что первые два раза, когда разошлись швы, не закончились серьёзной инфекцией или мгновенной смертью. И проверять на себе теорию «бог любит троицу» я не собираюсь.

Судя по многозначительному взгляду, который Мардж бросает на меня через весь зал, она думает о том же.

— Ах, так теперь, раз папочка у них главный, ты на их стороне? — рычит Нолан Мелайне. — Да ты такая же предательская дрянь—

Мелайна с силой вжимает предплечье ему в горло, обрывая фразу.

— Следи за языком!

Нолан бьёт слева, попадает Мелайне в челюсть и сбрасывает её с себя. Арчи тут же наваливается на Нолана сверху, легко усаживаясь ему на бёдра, и приставляет вилку к горлу.

Надо отдать ему должное — по крайней мере, он находчивый.

— Хватит! — глубокий голос прокатывается по залу громом.

Все замирают и оборачиваются к началу зала, где стоит Сетан.

Даже Нолану хватает ума прекратить сопротивляться.

Сетан прочищает горло и мрачно обводит всех взглядом.

— Мне напомнить вам, что поставлено на карту? Я не потерплю этого детского бреда. Ещё одна такая выходка — от кого угодно — и отправитесь в подземелье. Ясно?

Он смотрит на Тони, ожидая ответа. Та склоняет голову и убирает меч в ножны. Остальные мятежники следуют её примеру, пряча мечи и кинжалы, а затем снова рассаживаются по местам.

А мы, артерианцы, так и остаёмся стоять.

Затем Сетан переводит взгляд на меня.

— Ты. — Он дёргает головой себе за плечо. — Идём.

Я невольно оглядываюсь, проверяя, не обращается ли он к кому-то другому. Взгляд скользит мимо остальных артерианцев к Коулу — я жду, что вперёд выйдет он. Кожу обдаёт жаром, когда все разом переводят глаза на меня.

О боги… не Коул.

Я.

— Сейчас! — рявкает Сетан.

Я вздрагиваю, затем неохотно разворачиваюсь и следую за Сетаном и его стражниками из зала, через тот самый коридор, откуда появлялись слуги, а затем через боковую дверь — на улицу.

Мы молча петляем по городу, и я замечаю вдали чёрную фигуру Дэйши. Она следует за нами там, где улицы через несколько кварталов переходят в лес. Каждый житель, мимо которого она проходит, провожает её взглядом, застыв от