Читать книгу - "Неждана - Ника"

— В земли Цвелизованные она сызнова хочет, — помягче уж сказала, чтобы парню душу не бередить. — Не любы ей березы с рябинами, зимы наши лютые да деревни с коровьим лепешками.

Мол, не в тебе, парень, дело, тут мозги уж в другую сторону на желудИ закручены.

— Да, я за-ради Морицы и горланский язык могу выучить, и китайную грамоту, коли потребуется, — Шульга не унимается.

— Ты родную грамоту за-ради себя выучи, — грустно улыбнулась Нежданка. — А Морица злая, посмеется над тобой да погубит. Не умеет она любить, на сердце у ней камень, а сверху жаба присела и леденит его, не иначе.

— Так уж я Морицку буду сильно любить за нас двоих, может, ускачет та жаба, коли теплом припечет, — спорит все дурачок наивный.

Надо ж так влюбиться, да еще в кого — в Морицу-мокрицу!

— А то ее не любили, — усмехнулась Нежданка. — Кабы у меня мамка такая была, как княгиня Рогнеда, я б ей руки кажный день целовала… А Морице все кажется, что не додают ей чего-то. К малым детушкам ревнует девка взрослая.

А про себя подумалось: «Мож, правда, не додают?»

— А ты все ж таки уговори ее со мной встретиться, — Шульга уж со слезой в голосе попросил. — Пусть хоть разочек она согласится меня выслушать?

— Ладно, я подумаю, как то устроить, — хмуро согласилась Нежданка.

Не смогла она устоять перед такими мольбами. Да, уж знала, что ничего хорошего для Шульги не выйдет. А вслух только сказала:

— Ты уж одежу сыщи хоть крестьянскую, не выносит она скоморохов — я предупредила.

Хорошо, что рано сегодня встала. Воротилась в терем, а там уже Олег с Игорем, кашей перепачканные, под ее дверью скачут — зовут за шишками идти. Не сразу поняла, об чем княжичи толкуют, да потом вспомнила.

Вчера за праздничным столом гости северные, кроме соболей, две огромных корзины кедровых шишек Белояру подарили. Зимава сразу княжичей позвала, чтоб завтра с утра приходили, угостит она их орешками. Малые не забыли, вот и ждут Славку свою, чтобы вместе пойти. Чтобы сызнова первая попробовала новое лакомство, да обсказала. Верят ей мальчишки, другие мамки-няньки все обмануть мальцов норовят, думают, что глупенькие, или просто не могут пояснить правильно, слов нужных не находят. А Славка все ловко подмечает, да по-честному сказывает.

— А что это вы неумытые такие, котята? — спросила нянька.

— А мы не любим умываться, — честно ответил Игорь.

— Студеная водица за шиворот текет, пальчики стынут, у меня даже моргушки мерзнут, — обстоятельно пояснил Олег.

Ну, уж коли «моргушки мерзнут», тут и не поспоришь.

— Ну, пойдем за шишками, как три медведя, — улыбнулась нянька. — Только я передник новый повяжу, чтоб ваши подарки было в чем обратно нести.

— Какая ты красивая Славка стала! — улыбнулся Олег.

— Да, такая же, как была, — смутилась девчонка. — Рубашка вон только новая, платок да передник, а я, как была, — вчерашняя.

— Неа, — даже Игорь маленький засмеялся, — ты теперь как розочки на кустах колючих.

— А была, как кто? — опешила Нежданка.

— Была…. — Игорь хитро закатила глаза в потолок. — Была, как простая ромашка… Которой кажный лепесточки оборвать сможет.

Сказал и побежал по терему, чтобы Славка сразу не споймала, да не защекотала за правду такую.

— Ах, вы, моргушки неумытые! Трещотки скоморошьи! — засмеялась нянька и припустила вдогонку.

Зимава так рано гостей явно не ждала. Из-за двери было слышно, как громко она отчитывает чернавок:

— Давеча их было шесть!

— Не брали мы, матушка, — лепетала Пригода

— Мы и трогать-то боимся таку диковину, — шмыгая носом, вторила ей Кислица.

— А куда ж тогда делася дареная царь-ягода из хором княжеского брата? — грудным голосом давила на девок Зимава.

Нежданка поняла, что не вовремя они с княжичами пришли. Попробовала малых увести, пообещав новую сказочку про лешего, да куда там! Олег с Игорем со вчерашнего дня ждали тех кедровых шишек, что белки.

— Не знаем, матушка. Не ведаем! — продолжали отпираться девки почти хором.

Нежданка поняла уж, что речь, поди, про тот арбуз, с которым к ней Белояр ввалился. Не досчиталась царь-ягоды Зимава, вот и лютует.

— Мож, закатилась куды? — всхлипывая, предположила Кислица.

— Думай, что говоришь! — прикрикнула на нее хозяйка. — Чай, не горошка, чтоб провалиться в щелку!

Нежданка поежилась. Все ей сейчас не нравилось. То, что малые стоят и это слушают. То, что про горошинку напомнили, которая закатилась. Да, и голос этот… Слышала она его раньше, давно, а где — не вспоминается.

— Прочь пошли обе, вы у меня еще пожалеете! — прошипела Зимава.

Кажется, она начала догадываться, что за дверью кто-то есть, поэтому понизила голос. Разумеется, двое мальчишек тихо стоять не умели — они скакали, переговаривались меж собой, тянули Славку за подол.

А Нежданке, как снегом в лицо кинули. Узнала она тот голос приглушенный. Там, в «Хохотушке», ночью в санях со старухой она была… Зимава!

Получается, мать Белояра хотела отравить малых княжичей?! Да, как же теперь те шишки от нее принять?

Чернавки вылетели из горенки одна за другой, обе зареванные, с красными носами и растрепанные. «Поди, за косы таскала,» — поняла Нежданка.

Олег с Игорем с радостными визгами доверчиво поскакали к Зимаве.

— Мы пришли за ведровыми шишками! — закричал Олег.

— Нет, их же в корзинках выносили, — напомнил Игорь.

— За корзинковыми шишками явились ни свет ни заря? — сладко улыбнулась Зимава, потрепав мальцов по макушкам. — А почто у вас борода из каши?

Сама взгляд злой на няньку бросила — понять хотела, давно ли под дверью с детьми стояла, много ли услыхать успела.

— У нас моргушки мерзнут! — захихикали княжичи.

Да, Зимава такой шутки не поняла, добрее смотреть не стала.

— А вот вам шишки я с вечера отложила, уж самые крупные, самые пригожие, — засуетилась Зимава.

Она дала каждому из мальчишек по две шишки — в каждую ладошку всунула. Дети снова завопили от радости.

Нежданка судорожно