Читать книгу - "История одного эльфа - Галина Львовна Романова"

— А о чем? — спросил я у замолчавшего полукровки.

— О том, что ни я, ни мастер Ларсус не знаем такой дороги, которая не проходила бы ни через один город! Нам придется либо и дальше пробираться по бездорожью, шарахаясь от каждой тени и таясь от людей, либо рискнуть и идти по дорогам.

— И дело, разумеется, во мне, — кивнул я.

— В твоем ошейнике, длинноухий. И в твоих ушах.

— На свои посмотри!

Что правда, то правда — у большинства орков, как чистокровных, так и полукровок, уши были слегка заостренными. Не настолько, как у нас, эльфов, и тем более не так, как у альфаров или троллей. Вообще у большинства нечеловеческих рас уши имели заостренные кончики — кроме гоблинов, вообще не имеющих ушей. Собственно, по ушам люди нас и отличали.

— Ты на мои уши внимания не обращай, — откликнулся полуорк. — Я в этих землях родился! По материнской линии у меня тут такая большая родня, какой тебе и не снилось, ушастый!

— Перестань называть меня ушастым! — воскликнул я. — У меня есть имя! Я — Данкор из Дома Дармира!

— Ухарь, — представился полуорк. — Ухарь аж-Табар из рода Лирха Трилистника. У меня есть еще три брата и пять сестер, так что я не одинок. И мой отец, Тракт аж-Табар, не единственный орк в Княжестве. А ты — единственный эльф. Вы же, длинноухие, Вольные Княжества игнорируете. Это в Ирматуле или Великой Паннории у вас в столицах стоят замки, а здесь — нет. Так что ты будешь бросаться в глаза, как ни крути, хоть с ошейником, хоть без. Ты — чужак, и мы с мастером Ларсусом сейчас думали, как тебя спрятать.

— Могу дать совет, — помолчав, промолвил я, — либо обрезать мне уши, либо назвать меня рабом.

— Нет бумаг, подтверждающих это, — пожал плечами Ухарь. — Хотя… если выдать тебя за пленника, которого пока еще не продали, но ошейник уже надели… Хм, — он смерил меня взглядом, от которого мне стало нехорошо, — а это идея!

С этими словами, поднявшись с коряги, Ухарь направился к поджидавшему нас мастеру Ларсусу.

На другой день мы вышли из леса и пересекли границу.

Поскольку Вольные Княжества постоянно ссорились друг с другом, точных границ не существовало. И, говоря «пересекли границу», я говорю, что мы утром еще были в землях Опольских, а заночевали в деревне, принадлежащей Брезеньскому Княжеству. Во всяком случае, пустившие нас переночевать люди сказали, что платят дань именно Дартуссу Брезеньскому, который, в отличие от своих соседей, в ближайшее время не планировал ни на кого нападать.

Все это я узнал от Ухаря — в сельский дом меня не пустили, оставили на дворе вместе с лошадьми. Полуорк такого наплел про меня хозяевам, что они даже отказались меня кормить. Полукровка вынес мне часть своего ужина и, пока я ел, сидел рядом, верхом на плетне, озираясь по сторонам.

— И чего ты такого про меня наговорил, если от меня люди шарахаются? — поинтересовался я, кивая на приоткрытую дверь дома, в которой виднелись напряженные лица хозяйских детей. Круглое окошко тоже заполонили любопытные мордашки — самые маленькие дети не решались подойти к двери. Я чувствовал их взгляды, буравившие мою спину. Но стоило обернуться — все отпрянули от окон и дверей.

— Правду, Данкор. Только правду, — пожал плечами Ухарь. — Ты — пленный воин из далекой страны, которого удалось связать только с помощью магии.

— Какой магии? — изумился я. — Какая далекая страна?

— Да не бери в голову, — отмахнулся полуорк. — Для этих простых людей любая страна за пределами их родного Княжества — далекая! Моя собственная мать не пускала меня путешествовать, уверяя, что за пределами Вольных Княжеств живут только чудовища и дикари! И это при том, что она сама вышла замуж за такого «чудовища и дикаря»!

— И что теперь? — поинтересовался я.

— Ничего. — Орк спрыгнул с плетня. — Послезавтра, если ничего не случится, окажемся в Брезене.

С этими словами он спокойно направился в дом, оставив меня одного.

Я облокотился на плетень, озираясь по сторонам. Послезавтра… Сказать по правде, меня начинали раздражать эта Дорога и мое двусмысленное положение. Кто я? Беглый раб, вольный наемник или просто искатель приключений?

Ночью не спалось. И вовсе не потому, что меня замучили размышления, — просто очень трудно заснуть, когда тебя оставляют на пороге дома, ясно намекнув, что даже в сарай со скотиной не пустят, опасаясь за жизнь и здоровье коров.

Я какое-то время бродил по двору, не зная, куда себя деть, а потом все-таки пристроился у крыльца, завернувшись в плащ и положив под голову свернутую в скатку куртку.

Проснулся среди ночи от тихих звуков. Четыре человека крались вдоль плетня, делая все, чтобы их не услышали. Впрочем, человек их действительно не услышал бы. Но я-то эльф! Не меняя позы и расслабившись, чтобы в случае чего быстро вскочить, я прислушался.

— А где этот? — прошептал один из неизвестных. — Кто?

— Говорили, что у этой пары есть ручной демон. Откуда-то из дальних стран!

— И что?

— А то, что этот демон наверняка где-то здесь!

Я тихо хмыкнул. Демон действительно был здесь. И он все слышал.

— А вдруг он на нас бросится? Демоны опасны?

— О-очень!

— Тогда, мужики, я того… Трусишь?

— А вы — нет? Демоны-то, они того… жуткие и ужас до чего кровожадные!

— Не дрожи. У меня есть кое-что, чем можно заставить этого демона поджать хвост и убежать восвояси! Смотрите!

— А что это?

Я невольно приподнялся на локте — интересно же узнать, что за оружие приготовлено против меня!

— Осиновая щепка, сломанная в полночь новолуния, пропитанная кровью черной кошки и обвязанная волосом рыжей женщины. Она свяжет демона по рукам и ногам, и мы спокойно сделаем свое дело.

— Навалимся вчетвером — старикашка и наемник ничего сделать не успеют.

— А остальные? Там же хозяин, да и детворы у него почти десяток!

— А с ними разговор короткий: ножом по горлу — и вся недолга! Навалимся вместе — никто и пикнуть не успеет! Потом скажем, что это демон всех прикончил!

— Э, братва, да мы что, детей резать будем? Нет, я так не согласен!

— Не хочешь детей — тогда старикашку-купца прикончишь. Или наемника.

— Лучше старикашку. На это я согласен!

— Нам главное — до сундука его добраться! Кто его знает, что он в нем везет! Открыть бы!

Эти типы собрались грабить старого мастера Ларсуса и решились на убийство невинных детей, даже не поинтересовавшись, что везет в сундуке старый купец! Вообще-то любой мог предположить, что там нечто ценное: Ларсус не убивался по остальным товарам, но над этим небольшим с виду сундучком трясся, как мать над новорожденным младенцем. Каждый день с трепетом следил, как мы с Ухарем загружаем его на тягловую кобылу, и вел ее в поводу сам, то и дело косясь на сундук. А на привалах мы тоже должны были перво-наперво заняться ценным вместилищем, и уже после того, как сундук и купец оказывались на земле, я и полуорк могли устраивать лагерь и отправляться на поиски провизии. Наша троица находилась в пути не первый день, но прежде мы с Ухарем как-то не задумывались, что везет наш подопечный. Честно отрабатывали свои деньги и не совали нос в чужие дела. Но все на свете когда-то происходит в первый раз.